Глава 571 - Громкая слава, дело не окончено и след ведет к «Тяньцянь»
— Что?! — застыли в немом шоке мелкие шпаны, не веря собственным ушам.
Бум!
Один из бандитов обомлел настолько, что с глухим стуком грохнулся на землю, да только никто на него даже не взглянул. В их головах вихрем крутились лишь два слова:
Цинь Цзян...
Резня...
Глоток! Глоток!
Шпана судорожно глотала слюну, не в силах вымолвить ни слова — оцепенение сковало языки. Прошло немало времени, прежде чем один из гопников опомнился:
— Вырезать деревню? Да вы с ума сошли?! Что за чушь?! На дворе двадцать первый век, а не Средневековье! Кто вообще на такое способен? Кто дерзнет?! Бред собачий!
Остальные дружно закивали. В подобную дичь действительно не верилось: ладно еще небывалый размах жути, так ведь во всей деревне Шаншань, пусть та и стояла разоренной и пустой, не валялось ни обрубков тел, ни запекшейся крови.
Попробовали снова расспросить оставшихся стариков и старух — да толку-то? Те совсем выжили из ума и лишь безумно бубнили себе под нос одно и то же. (Тех же, кто сохранил здравый рассудок, уже увезла полиция для допросов).
— И че делать?.. — растерянно протянул один из шестерок. — Из них же ничего дельного не вытянуть.
— А че сделаешь? Говори как есть, — отмахнулся второй.
Бандиты вытащили телефоны и принялись докладывать руководству сухую правду: у подножия холма — следы тысяч ног, на самом холме — полный разгром, а уцелевшие старики бредят об одном: Цинь Цзян... вырезал деревню...
Могущественные боссы различных группировок, получив такие новости, окончательно выпали в осадок...
Тем временем шпана спустилась в соседние городки, и слухи, подобно лесному пожару, принялись разрастаться, обрастая все более дикими подробностями. В мгновение ока по уездам разлетелись десятки безумных версий.
Кто-то шептался, мол, сестру Цинь Цзяня уволокли на гору, и тот в ярости пригнал десять тысяч боевиков, сровняв деревню Шаншань с землей... Другие уверяли, будто Цинь Цзян просто проезжал мимо, деревня показалась ему бельмом на глазу, и он отдал приказ стереть ее с лица земли...
Слухи один другого вычурнее звучать стали точно сюжеты из фантастических романов. И даже когда полиция выпустила официальное опровержение, а часть жителей вернулась в свои дома, байки не утихли. В конце концов, кому интересна скучная правда? Все понимали, что эпоха не та, но под пиво с закуской грех было не приукрасить кровавую историю.
Слухами земля полнится!
В итоге слава Цинь Цзяня в соседних уездах раздулась до небывалых масштабов. Говорили, его именем теперь можно останавливать плач младенцев по ночам...
Впрочем, все это произошло позже.
***
Гудели турбины самолета.
В салоне Ли Хао, Чжан Чи и остальные парти, надев шумоподавляющие наушники, внимательно изучали запись с миниатюрной камеры-пуговицы, снятой с одежды Цинь Цин. Вдруг Чжан Чи ткнул пальцем в экран:
— Стоп... Сюда глядите!
Картинка замерла. На экране мужчина в кепке открывал багажник и смотрел на связанную Цинь Цин. Чжан Чи быстро кликнул мышкой, приближая лицо. Четкость возросла, и Ли Хао, всматриваясь в черты незнакомца, процедил с невольным изумлением:
— Это же... Мацы с Южной улицы...
Он узнал его. И дело вовсе не в том, что тот был неаккуратен — напротив, Мацы действовал предельно осторожно: кепку не снимал, с похитителями средних лет напрямую не разговаривал. Именно поэтому полиция, скрутив пару торговцев людьми, выбила из них лишь имя Ван Сюаня — мелкие шестерки и сами верили, будто исполняют его заказ. Мацы и его покровители специально подставили их, изначально сделав пешками.
Вот только хитрый делец не мог предусмотреть, что на потерявшей сознание Цинь Цин окажется микрокамера. А когда он наклонился к багажнику, его физиономия отпечаталась на пленке во всех деталях.
Цинь Цзян перевел холодный, тяжелый взгляд на монитор.
— Цзян-гэ, — указал Ли Хао на человека в кепке. — На видео видно, как он передает деньги похитителям Цин-цзе. Это один из главных заказчиков.
— Знаешь его? — сухо спросил Цинь Цзян.
— Пересекался пару раз, — кивнул Ли Хао. — Он не из корпорации «Хувэй». Это важная шишка из новоиспеченной корпорации «Тяньцянь» в Южном районе. Раньше терся на Южной улице, весь в оспинах, оттого и кличут — Мацы с Южной улицы.
«Тяньцянь»!
Лицо Цинь Цзяня не дрогнуло. В их совместных раскладах с Чжу Чжэном корпорация «Тяньцянь» и так стояла среди главных подозреваемых.
— Свяжись с Чжу Чжэном, — отдал короткий приказ Цинь Цзян. — Пусть повяжет Мацы в кратчайшие сроки и выбьет все до последнего слова. А дальше он сам знает, что делать...
— Есть! — Ли Хао принялся быстро передавать распоряжение.
Цинь Цзян повернулся к иллюминатору, вглядываясь в затянутое облаками небо:
— Корпорация «Тяньцянь»... Работа старого Дяди Луна? Вряд ли. За ним кто-то стоит? Или у старика крыса в собственном гнезде?.. Кем бы ты ни был, если дерзнул сыграть со мной в крысиные игры — не жди пощады.
История с похищением на этом не закончилась. Уничтожить покупателей, живодёров и деревню Шаншань было мало — настоящий кукловод оставался безнаказанным. И если сегодня Цинь Цзяню придется перевернуть весь Сунцзян вверх дном — да будет так! Похоже, кое-кто забыл, из какого теста он слеплен...
К тому же, правда на его стороне! А если, имея железобетонные основания, боишься умыть врагов кровью — какой ты к черту лидер? Проще сразу сдохнуть со своими братьями в канаве.
На вилле «Сяоси» царило тяжелое напряжение. Дедушка Цинь, родители Цинь Цзяня и сноха Цинь Вэя сгорали от тревоги. Чжу Чжэн сидел молча, опираясь на трость, а напротив него замерли Бай Лу, Сунь Юань и Фэн Линь.
— Прошло почти два часа... — Сноха Цинь Вэя нервно заламывала пальцы. — Ну почему нет никаких вестей?
Никто не ответил.
— Жди, — подал голос дедушка Цинь. — Сяо Цзян пошел за ней, значит, все будет в порядке. Не суетись.
Женщина лишь поджала губы — какая мать сможет сидеть спокойно, когда дочь в опасности? Но перечить главе семейства она не смела.
Вж-ж-ж...
Запел телефон Чжу Чжэна. Он принял вызов, молча выслушал собеседника, а затем, дав отбой, посмотрел на Фэн Линя:
— Бери своих парней. На Южной улице надо скрутить типа по кличке Мацы. Фотографию и ориентовку Ли Хао скинет тебе через минуту.
— Есть! — Фэн Линь поднялся и, не теряя ни секунды, устремился к выходу.
Чжу Чжэн повернулся к Бай Лу:
— Бай Лу, свяжись с полицией. Пусть будут готовы принять дело.
— Поняла, — кивнула девушка.
— Сунь Юань, на тебе полная подшивка по компании «Тяньцянь». Собери всё, вплоть до мелочей.
— Сделаю!
Раздав поручения, Чжу Чжэн обратился к родне Цинь Цзяня:
— Не волнуйтесь. Цинь Цин уже вызволена Цзян-гэ. На ней нет ни царапины. Сейчас она дает показания полициейским, а к вечеру будет дома, в Сунцзяне.