Глава 499 - Ван Тао: «Да у меня всего пару миллионов в год». Вновь в столовой
— И… и сколькими же людьми ты заправляешь?! — заикаясь, спросил Цинь Хэ.
— Если посчитать всех, — небрежно отозвался Ван Тао, — то тысячи две-три наберется. Точную цифру назвать трудно, ведь оба бренда расширяются каждый день, и новые сотрудники приходят сотнями.
— А… какая у тебя зарплата? — вырвалось у Цинь Хэ.
— Мой оклад? — Ван Тао пожал плечами. — Ну, пара миллионов в год, не больше.
«Всего… пара… миллионов?!»
В этот момент в головах родни Цинь Цзяна наконец сложился масштаб корпорации «Хэйлун». По крайней мере, они начали понимать реальную ценность денег в этом месте.
Неудивительно, что Цинь Цзян так легко выделил родителям пару миллионов на карманные расходы! Если его подчиненные получают по несколько миллионов в год, то для самого владельца это действительно мелкие брызги. Но больше всего их поразило то, с каким равнодушием Ван Тао упомянул эту сумму.
Впрочем, они не ошиблись. Ван Тао действительно не придавал значения этим миллионам.
Будучи костяком организации и стоя в первых рядах иерархии «Хэйлун», он владел с долей в компании! Годовая зарплата для него была лишь приятным бонусом, а основной доход приносили дивиденды. И по мере того как корпорация «Хэйлун» завоевывала новые рынки, его личное состояние росло как на дрожжах.
***
Жена Цинь Вэя осторожно дернула мужа за рукав и зашептала на ухо:
— Старик, ты видишь?! Тут всё по-честному, да и платят невпроворот! Я уж не прошу для нашего сына миллионов, но пристроить его директором на пару сотен тысяч-то можно? Поговори с Цинь Цзяном… Попроси за мальчика!
— Заткнись! — шикнул на нее Цинь Вэй, не поворачивая головы. — Я сам знаю, что делать.
Его сердце тоже бешено колотилось от жадности, но он понимал: момент выбран неудачно. Если надавить прямо сейчас, можно получить жесткий отказ.
Восемнадцатый этаж. Кабинет председателя.
— Брат Цзян, — докладывал Чжу Чжэн, — банк только что одобрил нам крупный кредит. Выдача пройдет аккурат перед земельным аукционом. Теперь нам не придется выскребать резервный фонд до суха, резерв останется нетронутым.
— Чем сейчас занят Мэн Юй? — спросил Цинь Цзян.
— Возится со своим отелем, готовит его к открытию. А в свободное время носится по городу в поисках «настоящей любви», так что ему сейчас не до нас.
— Полгода уже ищет, и всё без толку, — хмыкнул Сорок Девятый.
Цинь Цзян и Чжу Чжэн переглянулись и дружно расхохотались. С тем образом жизни, который вел Мэн Юй, найти «настоящую любовь» было так же реально, как найти жемчужину в навозной куче. Кто же ищет искренние чувства в ночных клубах?
С другой стороны, богатому мажору вроде Мэн Юя недостатка в женщинах не было. Вот только те, кто сам прыгал к нему в постель, искали исключительно его кошелек, что совершенно не вписывалось в его романтические идеалы.
— В следующий раз познакомим его с Янь Хуа, — улыбнулся Цинь Цзян. — Пусть позаимствует у него пару уроков по пикапу.
— Дельная идея! — хохотнул Сорок Девятый.
— Ага, — добавил Чжу Чжэн. — Главное, чтобы не вышло как у плохих учеников: «на словах Лев Толстой, а на деле проиграл бой».
Тут-тук!
В дверь постучали, и в кабинет вошел Ван Тао вместе с семейством Цинь.
— Мама, папа, ну как, осмотрелись? — поднялся навстречу Цинь Цзян.
— Да, сын… всё посмотрели, — кивнул отец.
Цинь Цзян посмотрел им прямо в глаза и произнес твердо, весомо:
— Я повторю еще раз: «Хэйлун» — законная, абсолютно легальная компания. Мы ведем чистый бизнес. То, что произошло на вокзале — лишь мелкий инцидент. В бизнесе не обходится без конкурентов и завистников, но на подобный мусор не стоит обращать внимания.
— Вот-вот! — тут же закивала жена Цинь Вэя, подплывая ближе. — Сяо Цзян абсолютно прав! Разве бывает бизнес без трений? У нас в деревне два торговца торфу постоянно драку устраивают, до крови друг друга лупят! А тут такое огромное дело. Главное, чтобы всё было по закону, а уж в тебе, Сяо Цзян, я с самого детства видела большого человека!
Цинь Цзян даже не посмотрел в ее сторону. Он повернулся к дедушке:
— Проголодались? Я распорядился заказать банкетный зал в ресторане.
Дедушка Цинь решительно взмахнул рукой:
— Какой еще банкет?! К чему эти траты! Внук, а можешь ты отвезти меня в институт, где учишься? Ты ведь первый студент в нашем роду! Я ни разу в жизни не видел настоящих университетов. Может, перекусим прямо в студенческой столовой?
— Да-да! — поддержали отец и мать. — Поехали в столовую! И недорого, и дух студенческий почувствуем.
Цинь Вэй с женой, хотя и мечтали об изысканном банкете, спорить не решились и тоже закивали. Что касается Цинь Хэ, то парень до сих пор пребывал в глубоком шоке и соображал с трудом.
Цинь Цзян улыбнулся:
— Хорошо. Поехали в Профтех.
Он прекрасно понимал, зачем родители хотят поехать в институт: они искали окончательное подтверждение тому, что он действительно учится, а не прикрывается дипломом. И этот визит должен был развеять их последние сомнения.
Ворота Профтеха.
Цинь Цзян шел во главе группы. Следом шагали родственники, а замыкали шествие Чжу Чжэн, Сорок Девятый и десяток крепких охранников из «Хэйлун».
— Сын, — тихим голосом произнес отец, озираясь по сторонам. — Мы же просто пообедать идем, зачем с нами столько людей?
— Папа, — подал голос Сорок Девятый, — это личная охрана брата Цзяна. Они обязаны сопровождать его круглосуточно.
— А нас вообще пустят? — обеспокоенно спросила мать. — Вдруг охрана на воротах не пропустит такую ораву?
Но не успел Сорок Девятый ответить, как охранники на КПП, завидев Цинь Цзяна, синхронно вытянулись в струнку и чеканили отдание чести:
Щелк!
Цинь Цзян лишь спокойно кивнул им в ответ.
Дедушка и родители замерли от неожиданности. Охранники учебного заведения отдают честь их сыну?! Они что, принимают его за какого-то высокого начальника?
Но это было только начало. Едва группа ступила на территорию кампуса, как проходящие мимо студенты и преподаватели начали наперебой выказывать Цинь Цзяну глубочайшее уважение:
— Здравствуйте, брат Цзян!
— Старейшина Цинь, доброго дня!
— Председатель Цинь, приветствуем!
Их лица сияли искренней радостью и благодарностью. И дело было вовсе не в том, что Цинь Цзян возглавлял «Хэйлун» или был главой студсовета. Причина крополась в одном простом слове: Столовая!
Если бы не Цинь Цзян, эти студенты до сих пор были бы вынуждены травиться отвратительным пойлом, которое им подавали раньше.
И вот так, под несмолкающие приветствия и восхищенные взгляды, дедушка и родители Цинь Цзяна шли по территории института, не веря собственным глазам.
Наконец они подошли к зданию столовой.
Стоило Цинь Цзяну переступить порог, как кто-то у самого входа радостно гаркнул на весь зал:
— Брат Цзян пришел-а-а-а!
Зал мгновенно взорвался. Сотни студентов, бросив еду, вскочили со своих мест, и над столовой разнесся оглушительный гул:
— Брат Цзян — лучший!
— Брат Цзян, мы любим тебя!
— Брат Цзян — настоящий бог!
Эти крики шли от самого сердца. После того как «Хэйлун» забрала столовую под свое крыло, заведение преобразилось до неузнаваемости. За считанные дни здесь провели тотальную замену оборудования: от сверкающих стекол витрин до удобных новеньких столов. Исчезла грязь, пропало хамство. А уж про порции и говорить не приходилось — поварихи словно излечились от паркинсона: куски мяса и свежих овощей накладывали от души!
И главное — цены стали ощутимо ниже, чем раньше! На десять юаней теперь можно было отъесться до отвала. По качеству столовая Профтеха теперь могла поспорить со столовой главного университета Сунцзяна. Вот только у того университета были государственные субсидии, а у Профтеха — только личные средства корпорации «Хэйлун»!
Чисто! Вкусно! Дешево!
В глазах этих ребят Цинь Цзян был человеком, достойным высших почестей!
И потому овации в зале не утихали, разгораясь всё сильнее…