Глава 484 - Налётчики. Лу Нань: «Правила моего старшего брата — и есть закон!»
— Алло...
— Это я, Фэн Чжао! Срочно общий сбор! Берем черные зонты и тяжелое снаряжение? Понял! Буду!
Щелчок.
Фэн Чжао повесил трубку. Его глаза вспыхнули в темноте комнаты. Он посмотрел в окно, где сгущались сумерки, и прошептал:
— Похоже, намечается серьезный замес. Иначе с чего бы вдруг собирать людей да еще и при полной экипировке?
Он открыл дневник и быстро набросал:
20 сентября 2011 года!
Я стал еще на шаг ближе... к правде!
Захлопнув блокнот, Фэн Чжао спрятал его в тайник, перепроверил работоспособность диктофона и с решительным видом вышел за дверь, сжимая в руке особый стальной зонт.
...
Заброшенное здание Детского дома «Синьсинь».
Лу Нань восседал на деревянной скамье. По обе стороны от него выстроились Фэн Чжао и остальные новички, держа наготове тяжелые стальные зонты.
— Брат Нань!
Лу Нань сдержанно кивнул и сделал жест рукой, приказывая всем встать за его спиной.
— Брат Нань, а зачем нас позвали? — не удержался один из парней.
— Когда придут гости, покажите всю авторитетность «Хэйлуна», — ровным голосом произнес Лу Нань. — Но говорить буду я.
— Понял!
Фэн Чжао выждал паузу и с наигранным любопытством спросил:
— Брат Нань, я тут слышал, будто этот район скоро пустят под снос?
— От кого слышал?.. — Лу Нань медленно повернул к нему голову.
— Да так... На улице народ болтает.
— Снос... — Лу Нань молча перевел взгляд на дверь, никак не прокомментировав услышанное.
Фэн Чжао решил зайти с другой стороны:
— Это же колоссальный куш! Купить за два миллиона, а потом поднять на сносе в разы больше! Слышал, «Хэйлун» поднялся именно на сносе. И вот опять! Похоже, у нашего руководства связи на самом верху... Брат Цзян реально крут! Всемогущий человек!
Фэн Чжао нарочно провоцировал разговор о связях Цинь Цзяня, пытаясь выведать хоть какую-то информацию о покровителях.
Парни за спиной тут же подхватили:
— А я еще удивлялся, зачем мы покупаем эту развалюху! Тут же ритуальный бизнес нафиг никому не нужен.
— Купили пару дней назад, а через неделю срубим миллионы! Правда... эх... — Один из новичков вздохнул.
Хоть он ничего не договорил, подтекст был ясен всем. Деньги за снос — это здорово! Но ведь это детское учреждение! Получалось, они наживаются на сиротах. И хотя закон был на стороне «Хэйлуна» — они честно выкупили объект, — чисто человеческий осадочек оставался.
Впрочем, вслух никто выражать сомнения не смел. В конце концов, они получали огромные зарплаты, и морализировать сейчас было бы верхом лицемерия. Поэтому разговор быстро съехал на величие Цинь Цзяня:
— У брата Цзяня точно есть крыша на самом верху!
— Да это и дураку понятно. Говорят, он еще на заре карьеры имел выходы на первых лиц города.
— Интересно, кто же его покровитель?..
Фэн Чжао посмотрел на Лу Наня:
— Брат Нань, парням же интересно. Может, приоткроешь завесу тайны?
— Ну... до самого неба, наверное, — ответил Лу Нань, посмотрев на Фэн Чжао.
На самом деле Лу Нань понятия не имел! Да что там Лу Нань — даже если бы вы спросили Чжу Чжэна или Сорок Девятого, они бы тоже только руками развели. Связи? Бай Мэн, что ли? Ну, может быть... Вот только Бай Мэн палец о палец не ударил, чтобы помочь «Хэйлуну» в обход закона.
Фэн Чжао поперхнулся воздухом: «До самого неба?! Ты мне зубы не заговаривай!»
Поняв, что от Лу Наня никаких конкретных имен не добиться, он решил больше не наглеть, чтобы не вызвать подозрений: «Ладно, придется искать ниточки в другом месте. Главное — есть зацепка. Рано или поздно я узнаю, кто сливает им градостроительные планы».
В этот момент снаружи раздались шумные шаги и пьяный орань:
— Где этот... как его там... Нань?! Вылазь, тварь! Попался, кидала паршивый! Обманным путем обобрал моего друга и его бабушку! Контракт аннулируется, слышишь?!
В помещение ворвалась гурьба развязных гопников. Во главе шел тот самый внук директрисы.
Увидев Лу Наня и его людей, парень аж просиял от радости. Он думал, что покупатели сбежали, но заметив свет в окнах, решил проверить.
— Тысяча чертей! Искал с огнем, а нашел под носом! — рявкнул внук и повернулся к коренастому мужику с жуткой отметиной на щеке: — Брат Шрамолицый, вот они! Это они обманули мою бабушку и заставили подписать ту филькину грамоту! Это чистой воды мошенничество!
Шрамолицый оглядел группу Лу Наня. Увидев всего семь-восемь незнакомых молодых парней, он облегченно перевел дух.
Мать вашу! Он-то боялся, что приют перекупил какой-то серьезный городской авторитет. Но раз это мелкие «незасвеченные» пацаны — разговор будет коротким!
Этот приют Шрамолицый сам присмотрел и рассчитывал забрать за миллион. А теперь выясняется, что его перекупили, да еще и место под снос идет! Он мгновенно посчитал себя ограбленным на миллионы юаней!
Поправив ремень, Шрамолицый шагнул вперед. Одной рукой он поглаживал рваный шрам на щеке, а другой ковырял зубочисткой в зубах:
— Хм... Вы чьих будете, пацаны?
— Из Китая, — сухо ответил Лу Нань.
Шрамолицый поперхнулся зубочисткой:
— Пф-ф... А ты дерзкий! Ты вообще в курсе, что эту территорию крышую Я? Я сам собирался выкупить приют, а вы влезли без очереди. Вы хоть понятия о воровском законе имеете?
— Воровские законы? — перебил Лу Нань. — Не слыхал. Я знаю только одно: правила моего старшего брата — и есть закон.
— И кто твой старший брат?
— Ты не дорос, чтобы знать его имя.
— Ах ты, сука! — Шрамолицый налился кровью. — Совсем берега попутал! Не знаешь, с кем связался? Ладно, дам тебе шанс уйти на своих двоих. Ты нарушил понятия, перешел дорогу пацанам и обманул старую женщину. Выплачиваешь моему братану миллион юаней отступных за моральный ущерб — и мы забываем эту историю. А сколько ты там потом со сноса поимеешь — твои проблемы. В противном случае... Понятия безжалостны, а Шрамолицый спуску не дает!
Он встал в горделивую позу, ожидая, что парни испугаются. Однако Лу Нань лишь указал пальцем на дверь и с ледяным спокойствием произнес:
— Пошел... на... хер! Пошел отсюда вон!
Шрамолицый аж задохнулся от такой наглости:
— Ах ты, тварь! Я тебе по-хорошему предлагал!.. — Он хрустнул шеей и сжал кулаки: — Братва! Уроем этих...
— Заткнись, гнида, — перебил его Лу Нань, поднимаясь со скамьи. — Слишком много текста. Если такая мразь, как ты, сегодня уйдет отсюда на своих двоих — я перепишу свою фамилию задом наперед.