Глава 388 - В лучах славы. Насколько же могуществен председатель Цинь? Ужасный день Лю Руянь
Ли Хао лишь презрительно фыркнул:
— Ты, ублюдок, о понятиях рассуждать собрался? Запомни: понятия Босса Цинь — вот единственные понятия, которые здесь работают!
— Ты... — лицо Нин Цзе налилось багровой краской от бессильной злобы.
Попади он в руки Ли Хао, дело ограничилось бы несколькими переломами и пару неделями в больнице, а там Тигр, Сходящий с Гор, обязательно вытащил бы его.
Но попасть к полицаям с видеозаписью открытого похищения на улице — это гарантированный срок на несколько лет.
Через пару лет, когда он отсидит и выйдет на свободу, мир вокруг изменится до неузнаваемости. Кто помнит сдувшегося зека? Он превратится в никому не нужный отработанный материал.
Более того, провалив такое простое поручение, он больше мог не рассчитывать на теплое местечко у Тигра, Сходящего с Гор. Но как бы Нин Цзе ни орал, Ли Хао даже не удостоил его взглядом.
Видя, что его утаскивают к автозаку, Нин Цзе отчаянно взвизгнул:
— Нечестно! Это незаконно! Они напали на нас, избили и удерживали!
— Я на них заявление напишу! Я тоже гражданин!
Ван Ху и Ли Хао переглянулись и одновременно усмехнулись.
Идиотизм! Полнейший, беспросветный идиотизм!
«Сингуан Юэюй» — дочерняя компания корпорации «Хэйлун». Ли Хао — официально оформленный глава службы внешней безопасности этой самой корпорации.
Соответственно, спасение сотрудницы собственной компании от уличных похитителей не просто законно — это чистой воды самооборона и выполнение служебного долга.
Похищение известной личности средь бела дня — тяжелейшее преступление, способное вызвать дикий резонанс в обществе. Полиция должна была спасибо сказать Ли Хао и его людям за то, что те скрутили преступников на месте и не дали истории превратиться в кровавую драму.
Бум!
Двери полицейского фургона с грохотом захлопнулись, погребая надежды Нин Цзе. Пара офицеров взяли краткие показания у Су Синин, после чего Ван Ху подошел к Ли Хао и хлопом опустил ладонь ему на плечо:
— Ладно, Хао-цзы. Остальное возьмем на себя. Гарантирую, вы останетесь довольны результатом. — (Он имел в виду, что Нин Цзе и его банда получат максимальный срок по всей строгости закона, и никакая крыша им не поможет.)
Однако в ушах Тань Суна и прочих менеджеров эти слова прозвучали совсем иначе.
Глядя на то, как дружелюбно офицер полиции общается с Ли Хао, они испытывали настоящий трепет.
Слухи не врут: у корпорации «Хэйлун» действительно связи на самых недосягаемых вершинах!
Видано ли дело — полиция открыто берет их сторону, а заявления бандитов о «насилии» просто игнорируются на месте!
Ван Ху попросил Су Синин быть на связи на случай уточнения деталей, после чего полицейский кортеж с сиренами уехал.
Тань Сун и остальные руководители тут же обступили Ли Хао.
Генеральный директор вышагнул вперед, отвесив чуть ли не земной поклон:
— Господин Ли! Какая честь! Что же вы не предупредили о своем визите заранее? Я бы лично организовал пышную встречу! Прошу вас, проходите в здание, поднимемся в мой кабинет, выпьем отличного чаю! — Хотя Тань Сун слышал, что Ли Хао занимает лишь должность начальника внешней охраны, но это была должность в головной корпорации! В иерархии для дочерней структуры он являлся прямым ревизором и большим начальником.
Тань Сун отлично понимал расклад: в глазах руководства «Хэйлун» десяток таких, как он, не стоят и одного Ли Хао.
Значит, лебезить надо по полной программе.
Другие топ-менеджеры подхватили соревнование в угодничестве:
— Господин Ли, я Цзюй Кай, директор по коммерции! Столько слышал о вашей доблести — и вот наконец вижу лично!
— А я директор по персоналу! Господин Ли, да с вашей внешностью вам самому надо сниматься в кино! Не хотите попробовать себя в роли звезды?..
Лесть сыпалась как из рога изобия. Со стороны топ-менеджеры выглядели как лакеи, отчего у наблюдавших за этой картиной сотрудников компании глаза полезли на лоб.
Ли Хао лишь нахмурился, игнорируя их слюнявые восторги.
Он был бойцом службы безопасности. Его задачей было умыть людей Тигра, Сходящего с Гор, и нанести сопернику ощутимый удар. А компания «Сингуан Юэюй» находилась в ведении департамента медиа и развлечений — лезть в их дела у него не было ни малейшего желания.
Поэтому он обратился исключительно к Су Синин:
— Мисс Су, придите в себя. И да, сегодня перед окончанием рабочего дня вам нужно съездить в штаб-квартиру «Хэйлун». — (Сестра Лу хотела пообедать с Су Синин: в прошлый раз не получилось из-за дел, а теперь момент был самый подходящий.)
Бросив эту фразу, он, даже не глянув на застывшего Тань Суна, взмахнул рукой:
— Уходим!
Шурх...
Многочисленные бойцы «Хэйлун» молча расселись по машинам.
Моторы взревели, и черная колонна быстро скрылась за поворотом.
...
Тань Сун и его свита еще долго стояли на тротуаре, потеряв дар речи.
Властность и авторитет, которые только что продемонстрировал Ли Хао, завораживали. Способность на коротке общаться с полицейским начальством, возможность привезти три десятка вооруженных бойцов и укатать врагов в асфальт, полнейшее пренебрежение к топ-менеджерам крупной компании... Все это не поддавалось описанию.
Спустя минуту один из директоров тихо пробормотал:
— Обычный начальник внешней охраны обладает такой жутью... Насколько же тогда грозен сам руководитель службы безопасности? Насколько могущественны вице-президенты Сорок Девятый и Чжу Чжэн? И каков же тогда их Босс... Каков сам председатель Цинь?!
У всех присутствующих в голове поневоле возник властный образ молодого человека, восседающего на вершине мира, на которого можно смотреть лишь снизу вверх, затаив дыхание.
Спустя пару мгновений они опомнились и снова перевели взгляды на Су Синин.
Если они не ослышались, Ли Хао перед отбытием велел ей вечером явиться в штаб-квартиру «Хэйлун»! Зачем? В сочетании с тем, что сам начальник охраны лично примчался спасать ее...
В следующее мгновение Тань Сун и остальные снова плотным кольцом обступили девушку:
— Ох, сестричка Су, ты точно не пострадала? У меня аж сердце кровью обливалось, я чуть с крыши не прыгнул, чтобы спасти тебя!
— Это слишком опасно! С этого дня выделяем сестре Су четырех личных телохранителей!
— Какие четыре?! Мало! Десять! Не меньше десяти!
Су Синин, разумеется, вежливо отнекивалась от всех предложений.
Она-то знала правду: Цинь Цзянь не имел к ней никакого отношения. Они виделись лишь однажды, и та встреча длилась от силы три минуты. Хотя она и не понимала, почему вокруг все так переполошились, но ясно осознавала: прикрываться именем такого человека — смертельно опасно.
Кое-как вырвавшись из гиперопеки, Су Синин в окружении свиты топ-менеджеров вернулась в здание.
Наблюдавшая за этим Ван Мэнмэн едва не скрежетала зубами от зависти:
— Су Синин... Ты все-таки завлекла Цинь Цзяня! Я не согласна! Почему ты?! Чем я хуже?!
— Я отдала два миллиона пластическим хирургам за свое лицо! Я звезда второго эшелона! А уж о моих навыках в постели... Тебе до меня как до Луны!
— Нет... Я не могу просто так сдаться!
— Я должна придумать способ...
Неподалеку от здания выброшенные на улицу папарацци и репортеры все еще оглядывались на офис компании, втихомолку переговариваясь:
— Неужели мы реально замнем такую сенсацию? Это же взрывной материал...
— Ты дурак? «Хэйлун» трогать нельзя — жизни дороже! Но кто сказал, что мы должны упоминать «Хэйлун»?
— А ведь верно! Мы напишем: «Известная актриса подверглась дерзкому нападению и была спасена загадочной организацией в черном»!
У многих репортеров вспыхнули глаза.
Три главных правила классической журналистики: оперативность, достоверность, объективность.
Но для современных желтых новостей достоверность давно не имела значения!
Для них действовало одно-единственное правило:
Тема должна взрывать мозги!
Темы хватало с лихвой. Если убрать упоминание «Хэйлун» и заменить их на «таинственных спасителей», можно было и срубить огромный куш на просмотрах, и не навлечь на себя гнев мафии.
Ли Хао прекрасно понимал, что журналисты найдут лазейку, но не стал им препятствовать. Шила в мешке все равно не утаишь.
К тому же подобные новости играли на руку «Хэйлун» — пускай Тигр, Сходящий с Гор, немного помучается от бессильной злобы.
Пока вокруг Су Синин плелись интриги, на другом конце города ситуация у Лю Руянь складывалась куда менее радужно...