Глава 366 - Мысли Цянь Хэ. Принять наследие «Хуашэн»?
Улица Хуапу.
В недрах одного из неприметных развлекательных клубов гремела музыка и стоял гул голосов. Заведение под громкой вывеской «Громкая Слава» пользовалось дурной, но крепкой популярностью на пару кварталов вокруг. В прокуренном зале неторопливо прохаживались несколько развязного вида парней, лениво зыркая по сторонам и бдительно следя, чтобы никто из подгулявших гостей не устраивал поножовщину.
На втором этаже, в кабинете управляющего, стоял сизый дым. Трое молодых шпанарей сидели на подоконнике и диване, затягиваясь дешёвыми сигаретами, а в центре, на мягком кожаном диване, восседал коренастый мужчина с суровым, словно высеченным из гранита лицом.
Это был Цянь Хэ.
Покинув в своё время Университетский городок, он зацепился за улицу Хуапу, и за неполный год успел неплохо пустить корни. Под его началом уже находились два игровых зала, четыре бильярдные и с десяток мелких точек, плативших регулярную дань «за покровительство».
А главное — под его рукой собралась целая сотня отчаянных голов!
Для этих мест — солидная сила. Не шестёрка на побегушках, а вполне упитанный бандитский клан средней руки, где к Цянь Хэ уважительно обращались исключительно «брат Хэ». Из всей той братии, что одновременно с ним вырвалась из студенческих трущоб, он уверенно входил в тройку самых успешных. Остальные давно либо сидели на нарах, либо подались в честный бизнес, а кто-то и вовсе умотал на юга — гнуть спину на заводах.
Студенческая вольница и жестокая уличная грызня — два совершенно разных мира. Не всякий бандитский авторитет из общаги способен пробиться на реальных улицах. Напротив, чаще всего вчерашние «короли двора» быстро скатывались на самоё дно, превращаясь в мелких карманников да гопников.
Но Цянь Хэ оказался вылеплен из другого теста. Он выплыл. И теперь вызывал жгучую зависть у менее удачливых сверстников.
Тук! Тук!
В дверь кабинета резко постучали. Не дожидаясь ответа, вошёл запыхавшийся парень.
— Брат Хэ! — выпалил он прямо с порога. — Тока что вести пришли! В Северном районе «Хуашэн» разгромили под ноль!
«Хуашэн» уничтожен?!
Сидевшие в кабинете парковщики и вышибалы опешили.
Синдикат «Хуашэн»! Настоящий титан уголовного мира не просто Северного района, а всего Сунцзяна! По сравнению с этой махиной скромная шайка Цянь Хэ выглядела как мелкая сошка: ни тех денег, ни тех связей, ни того авторитета. «Хуашэн» правил бал больше десяти лет, на них равнялись, о них слагали легенды... И вдруг такой исполин рухнул?!
Что за бред?
— Лао Дун, ты что, с ума сошёл? — выгнул бровь один из парней. — Какой, к черту, разгром? Кто бы мог снести «Хуашэн»? Ты там ослиных ушей переел или спросонья язык не ворочается? Может, не «Хуашэн», а какую-нибудь шарашку вроде «Сюаньшэн»?
— Да уж! — подхватил второй. — Я буквально вчера возил своих пацанов к ним в заведение. Слыхал, у них там как раз скидки в честь годовщины, гулянка вовсю... Как их могли разгромить?!
— Сам ты ослиные уши переел! — вспыхнул Лао Дун, брызгая слюной. — Какой еще «Сюаньшэн»?! Тот самый «Хуашэн»! Который держит шикарный клуб «Букингем»! Сегодня ночью их накрыли медным тазом!
Он перевёл дух и посмотрел прямо на Цянь Хэ:
— Информация железобетонная! Чжоу Хуа и Чжоу Шэн повязаны прямо на месте. Весь «Букингем» опечатан, из здания вывели не меньше сотен человек в наручниках! Об этом уже весь Сунцзян гудит!
В кабинете повисла мёртвая, гробовая тишина.
Цянь Хэ не меньше остальных был поражён этой новостью. Он прекрасно знал, каковой мощью обладал синдикат «Хуашэн». Падение такой империи — событие масштаба землетрясения. Но чтобы всё произошло так стремительно, без единого попереджающего шороха, без долгой кровопролитной войны... Это казалось немыслимым!
Если только...
Если только за этим не стоял кто-то, обладающий поистине чудовищным влиянием!
В глазах Цянь Хэ блеснул опасный огонёк. В его голове мгновенно всплыл образ одного человека — единственного, у кого хватало и дерзости, и причин ненавидеть «Хуашэн».
Но не успел он озвучить свою догадку, как Лао Дун добавил:
— Это дело рук Цинь Цзяна! Вся операция проходила под его личным руководством. Он лично привел сотни боевиков «Хэйлуна», блокировал все выходы из «Букингама» и тупо передал запертых крыс легавым...
Лао Дун вкратце пересказал подробности ночного погрома.
По кабинету словно пронёсся ледяной сквозняк. На лицах присутствующих застыло выражение глубочайшего шока и полного недоверия. Почти все они были ветеранами банды Цянь Хэ, выбравшимися из того самого Университетского городка. Когда-то они на равных сходились в драках с парнями Цинь Цзяна. Да, в итоге они уступили, но никогда не считали, что между ними лежит пропасть.
И вот прошло совсем немного времени.
Меньше года!
Тот самый Цинь Цзян, с которым они когда-то девали пайку и дрались за район, вознёсся до небес. Его имя гремело по всему Сунцзяну. Каждый раз, когда до них долетали слухи о корпорации «Хэйлун», парни старались затыкать уши и прогонять эти мысли — слишком больно жгла зависть. Но сегодняшняя весть ударила под дых с такой силой, что отмахнуться от неё было невозможно.
Синдикат «Хуашэн»! Исполин, на которого они привыкли смотреть снизу вверх, был смят и растоптан их бывшим соперником — группировкой «Хэйлун». Разница между ними превратилась в невидимую, но непреодолимую бездну.
В этот момент каждый из них задавался лишь одним мучительным вопросом: «А что, если бы мы тогда пробились в Профтех? Что, если бы вошли в состав корпорации „Хэйлун“?»
Тогда...
Сидели бы они сейчас в этом занюханном клубе, перебиваясь мелкими подачками? Или шагали бы по Северному району во главе сотен преданных бойцов, держа в страхе весь Сунцзян и восседая на самом пике криминального Олимпа?!
Молчание затягивалось.
Даже Цянь Хэ не находил слов. Он понимал: любые успокаивающие речи сейчас бессмысленны. С этой горечью парням придётся справиться самостоятельно.
Тук! Тук! Тук!
Внезапный, дробный стук разбил гнетущую тишину. В кабинет влетел растрёпанный паренёк:
— Брат Хэ! Мацы опять притащил своих головорезов! Завязалась драка, двоим нашим уже пробили головы! Совсем страх потеряли, суки!
Эта новость подействовала как искра на сухую траву. Сдерживаемая досада и глухая ярость мгновенно выплеснулись наружу:
— Мать их еб!.. В край охуели! Думают, если за ними стоит какой-то хмырь по фамилии Ван, так им всё с рук сойдёт?! Я лично сегодня этого Мацы на ремни порежу!
— Сука! Перекройте все выходы, чтобы ни одна тварь не сбежала! Если я ему ноги не переломаю, моё имя Лао Ся ничего не стоит!
— Порвём гадов! Сегодня мы их в землю закатаем!
Парни орали, брызгая слюной и сжимая кулаки. В этом реве смешалась и злость на обнаглевших чужаков, и отчаянное желание выплеснуть накопленную желчь — всю ту боль от осознания собственной ничтожности перед триумфом «Хэйлуна».
Цянь Хэ молча кивнул, не пытаясь их остановить.
Да, за Мацы действительно стояло семейство Ван. Но их основные силы располагались далеко от Северного района. К тому же, если позволять сявкам постоянно устраивать погромы на своей территории, то о каком авторитете вообще может идти речь? А главное — он видел, что его людям жизненно необходимо пустить кровь, чтобы не сойти с ума от бессилия.
Да и ему самому не помешало бы разрядиться.
Подумав об этом, Цянь Хэ лишь равнодушно взмахнул рукой:
— Идите. Только насмерть не забивайте.
— Понял, брат Хэ!
Главари кинулись к дверям, на ходу созывая бойцов.
...
В опустевшем кабинете Цянь Хэ подошёл к окну и долго всматривался в непроглядную ночную тьму.
Пропасть...
Неужели между нами действительно легла непреодолимая пропасть?
Цинь Цзян…
Цинь Цзян!!!
***
Время летело неумолимо.
С момента падения клуба «Букингем» незаметно прошёл целый месяц. В Сунцзяне установилось хрупкое затишье. Если не считать неумолимо растущих легенд вокруг имени Цинь Цзяна, крупных потрясений в городе больше не происходило.
Тем временем корпорация «Хэйлун» без устали наращивала мускулы. Особенно агрессивно развивались два сетевых бренда молочного чая, стремительно захватывая рынки соседних регионов.
В то же время Дядя Лун и лидеры других влиятельных группировок завершили раздел сфер влияния и вовсю готовились нанести официальный визит, чтобы торжественно провозгласить Цинь Цзяна главой Союза Северного района.
Однако...
Ещё до их визита к Цинь Цзяну пожаловали неожиданные гости.
Из органов охраны правопорядка.
И возглавлял этот десант лично Ван Фэн.
Всё та же неприметная уличная закусочная. Всё тот же незамысловатый набор: жареные бараньи почки, бутылка «Голубой феи» да порция тушёного чеснока. И всё те же двое мужчин, сидящие друг напротив друга.
— Наша специальная операция увенчалась успехом исключительно благодаря твоей неоценимой помощи, — заговорил Ван Фэн, наливая себе стопку. — Руководство в восторге! На самом верху прямо сказали: твоя заслуга в ликвидации «Хуашэна» огромна, и тебя следует отметить особой благодарностью!
Цинь Цзян даже не поднял головы от тарелки:
— Давай ближе к делу. Какую свинью ты мне на этот раз подкладываешь?
— Ты чего так сразу? — наигранно обиделся Ван Фэн. — Я от чистого сердца...
— Ели бы дело было только в похвале, ты бы сюда не припёрся, — перебил его Цинь Цзян. — Тебе что, делать нечего? Прислал бы Бай Мэна, и дело с концом.
Ван Фэн поперхнулся:
— .......
Поняв, что крутить финты перед Цинь Цзяном бессмысленно, капитан вздохнул и выложил карты на стол:
— Ладно. Верхи хотят, чтобы ты забрал себе все активы «Хуашэна».