Глава 228 - Наглость богатых мажоров, безумие Чжоу Шэна, прибытие Цинь Цзяня
Внезапно идиллическую картину бесцеремонно разрушили.
Молодой парень в строгом костюме, дурачась и шутя со своей девушкой, случайно задел плечом одного из мажоров. Мечты об империи мгновенно рассеялись, и золотая молодёжь смерила парочку ледяными, полными ненависти взглядами.
— Мразь! — мгновенно взвился один из золотых мальчиков. — Ты что, совсем ослеп?! Не видишь, где находишься? Глаза разуй, нищеброд, на кого прёшь!
Он с брезгливостью ткнул пальцем в своё пальто:
— Ты хоть представляешь, сколько стоит моя одежда?! Если испачкаешь — твоего годового дохода не хватит расплатиться!
Парочка застыла. Девушка, обладательница далеко не ангельского характера, поначалу хотела огрызнуться. Её парень, между прочим, занимал должность топ-менеджера в крупной компании и зарабатывал сотни тысяч юаней в год! Раньше он сам привык строить подчинённых. Но, встретившись взглядом с мажорами и мельком оценив ряд стоящих неподалеку спорткаров, девушка судорожно проглотила готовые сорваться проклятия.
Её парень тут же принялся подобострастно кланяться:
— Извините, ради бога! Мы не заметили… Простите великодушно, виноваты!
Однако демонстративное смирение лишь распалило мажора:
— Посмотрите на этих нищих ублюдков! Нашли место, где устраивать свои миленькие забавы!
Он ткнул пальцем в сторону входа:
— Глаза разуйте! Это клуб «Тяньшан»! Это не место для двух нищебродов… Валите отсюда, дебилы!
Остальные мажоры даже не подумали его остановить. Каждого из них бесило, что их сладкие мечты о величии были перебиты каким-то клерком. Для их круга подобное поведение было нормой: если перед тобой мелкая сошка — вытри об неё ноги.
Скандал привлёк внимание прохожих, но никто не поспешил на помощь.
В наше время каждый свято следовал правилу: не суй нос не в своё дело.
Умные не вмешивались.
Слабые — боялись.
Вокруг лишь послышался шепоток:
— Сразу видно — мажоры… Парочке не повезло, попали под горячую руку.
— В «Тяньшан» простые люди не ходят. Огрызнуться таким — себе дороже.
— Что поделать, социальное неравенство…
***
Мажор выплеснул злость и довольный собой оправил лацканы.
Девушка стояла, глотая слезы. В этот момент она почему-то вспомнила уборщицу в торговом центре, которую сама же не так давно догнала до слёз за то, что та случайно задела шваброй её туфлю. Колесо сансары сделало оборот.
И в тот самый момент, когда золотой мальчик собирался выдать очередную порцию оскорблений…
Рёв десятков мощных моторов сотряс воздух.
Мажоры вздрогнули и одновременно повернули головы.
На широкую аллею, ведущую к клубу, выезжал грандиозный кортеж. В центре кавалькады шел ослепительный «Бентли» с государственным номером «6666».
Главный из мажоров вытаращил глаза и невольно выдохнул:
— Четыре шестёрки… Это же машина Чжоу Хуа из корпорации «Хуашэн»!
Остальные парни мгновенно подтянулись, на их лицах проступил священный трепет. Корпорация «Хуашэн» была настоящим монстром Сунцзяня с капитализацией далеко за миллиард юаней. В 2010 году в Северном районе это был абсолютный край силы. А учитывая их темное прошлое и реальное влияние в криминальном мире…
С такими людьми они, сопливые мажоры, и близко не могли равняться.
Пользуясь тем, что внимание обидчиков переключилось на прибывший кортеж, парень подхватил заплаканную девушку за руку, и они быстро затерялись в толпе.
Кортеж корпорации «Хуашэн» с визгом тормозов замер у входа.
Хлоп!
Дверца головной машины распахнулась, и на асфальт выскочил Чжоу Шэн, одетый в вызывающе-красный пиджак. Окинув взглядом автостоянку и не обнаружив машин Цинь Цзяня, он злобно сплюнул:
— Чёрт! Я специально задержал наш выезд на десять минут, а этот Цинь Цзянь решил опоздать ещё сильнее?! Грёбаный выскочка!
В его понимании тот, кто приезжал позже, демонстрировал более высокий статус.
Чжоу Хуа и Иннань величественно вышли из «Бентли». С обеих сторон их тут же окружила плотная стена телохранителей, устремившихся к дверям клуба.
Чжоу Шэн, заметив стоящих на пути мажоров, рявкнул во всё горло:
— Чьи щеглы дорогу загородили?! Свалили в туман, живо!
Чжоу Хуа лишь слегка нахмурился, но не стал останавливать брата.
Мажоры от этого рявканья судорожно вздрогнули. Встретившись взглядом с наливающимися кровью глазами Чжоу Шэна, они не посмели вымолвить ни слова и боком-боком ринулись в сторону.
Как бы они ни петушились перед простыми людьми, они прекрасно знали, с кем можно качать права, а от кого нужно держаться подальше. Свяжешься с «Хуашэн» — даже родные отцы не станут впрягаться.
Группа Чжоу Хуа небрежно миновала сжавшихся парней.
Лишь когда авторитеты отошли на безопасное расстояние, один из мажоров тихонько процедил сквозь зубы:
— Тьфу! Изображает из себя хрен пойми кого… А сам недавно отгреб так, что чуть не раком ползал. Говорят, на коленях пощады молил!
Остальные тут же подхватили:
— Я тоже слышал! Ему вроде половину зубов выбили? Это всё рук дело Цинь Цзяня, того нового босса из Северного района.
— Этот Чжоу Шэн только перед нами такой смелый. А перед Цинь Цзянем он полный ноль! Посмотрел бы я, как он…
Забегавшись, парень не успел закончить фразу.
Потому что Чжоу Шэн внезапно развернулся и пошёл прямо на них. Его лицо перекосила свирепая гримаса.
— Что ты там тявкнул?! — оскалился Чжоу Шэн.
Природа наградила его чутким слухом, а имя «Цинь Цзянь» действовало на него как красная тряпка на быка. Он услышал практически каждое слово.
Мажоры побледнели до синевы.
Тот, что только что распускал язык, затрясся всем телом, глядя, как их обступает дюжина мрачных амбалов в кожаных куртках:
— Я… я ничего…
— Мы просто говорили… что «Хуашэн» — это сила! Что Шэн-гэ — самый крутой!.. Шэн-гэ, мы виноваты! Прости нас!
От его прежней спеси не осталось и следа.
В этот момент главный из мажоров, набравшись храбрости, сделал шаг вперед:
— Шэн-гэ, день добрый. Я Чан Кай, мой отец — председатель правления «Чанвэй Групп». Мы с пацанами просто приехали в клуб развеяться. Они глупости ляпнули, но вы ведь такой большой человек, не станете принимать близко к сердцу слова малолеток? Мы уже уходим, не будем мозолить глаза!
Он намеренно упомянул статус своего отца и максимально понизил тон, надеясь сгладить угол.
— Я разве разрешал вам валить?! — Чжоу Шэн с презрением смерил парня взглядом. — Какой еще «Чанвэй»-хуанвэй? Не знаю таких!
Мажоры застыли как вкопанные. Чан Кай позеленел от злости, а виновник скандала готовил штаны к худшему.
Поодаль сбежавшая парочка наблюдала за сценой с откровенным злорадством.
— Ха-ха! Так ему и надо! — тихо радовалась девушка. — Нечего было на меня орать! Подумаешь, бабки у него есть… Пусть его вообще прибьют!
— Заткнись, услышат же! — шикнул парень.
Наблюдатели из числа случайных прохожих тоже качали головами:
— Вот уж воистину — на каждого мудреца довольно простоты!
— Только что орлом летал, а теперь поджилки трясутся. Как быстро всё меняется!
— Это же Чжоу Шэн! Известный головорез. Любой нормальный человек его испугается.
Чжоу Шэн, наслаждаясь их ужасом, оскалился:
— Ладно, не скажу, что я злой. Каждому из вас по очереди крикнуть: «Цинь Цзянь — конченый урод!», и я вас отпущу.
Мажоры: (°o°)(°Д°)(꒪д꒪;)
Кто такой Цинь Цзянь?!
В Сунцзяне не осталось ни одного человека с деньгами, который не знал бы этого имени!
Чжоу Шэн заставляет их публично оскорбить Цинь Цзяня?!
Да он с ума сошёл?! Кто на это решится?!
Если Цинь Цзянь узнает, их же в речке покрошат!
Но и отказаться под налитыми кровью глазами Чжоу Шэна было равносильно смерти.
И как раз в тот момент, когда мажоры уже готовы были разрыдаться от безысходности, с улицы снова донесся плотный, нарастающий гул десятков мощных двигателей.
Гром прокатился по улице!