Глава 149 - Торговцы переходят к «Тяньхуа», дерзость Чжоу Шэна
Шум...
Внезапно один из молодых людей у окна ткнул пальцем вниз:
— Смотрите!
Все прильнули к окнам. Внизу, ведомая Ли Санем, к рынку «Тяньхуа» двинулась внушительная толпа — больше сотни торговцев. Почти каждый толкал перед собой тележку, загруженную товаром и оборудованием.
Это ещё что за шествие?..
В кабинетах на втором этаже авторитеты недоуменно переглянулись.
...
Внизу у ворот ночного рынка «Тяньхуа».
Увидев Ли Саня с такой армией, хозяин «Тяньхуа» едва не запрыгал от восторга.
Честно говоря, он сильно мандражировал перед сегодняшним открытием. У «Хэйлун» уже была прочная база, а его «копия» уступала оригиналу по многим параметрам — хотя бы по размеру той же сцены. Но теперь, когда к нему массово перебегают продавцы от конкурента, шансы на успех взлетали до небес!
Ли Сань подбежал к хозяину:
— Босс! Я привел людей, как и обещал! Твое слово в силе?!
Хозяин «Тяньхуа» закивал, расплываясь в улыбке:
— Конечно в силе! О чём речь!
Ещё бы! Он не был идиотом: сейчас главное — заманить людей, а уж когда всё утрясется, всегда можно пересмотреть условия.
Получив подтверждение, торговцы облегченно вздохнули. Больше всего они боялись, что их кинут. Если «Тяньхуа» их не примет, то после того, как они испортили отношения с Цинь Цзянем, им в Сунцзяне жить станет невмоготу.
— Заходите! Располагайтесь! — хозяин «Тяньхуа» широким жестом указал на торговые ряды.
Сотня с лишним торговцев быстро растолкала свои лотки по свободным местам, отчего «Тяньхуа» мгновенно преобразился, превратившись в шумный, бурлящий рынок, так похожий на «Хэйлун».
В ресторане напротив.
Дядя Лун и остальные авторитеты, выслушав доклады своих людей, реагировали по-разному:
— Цинь Цзянь выгнал сотню торговцев? М-да, молоденький он еще, горячий. В таких ситуациях надо не кулаками махать, а гасить пожар и удерживать людей.
— Переоценили мы его! Обычный сопляк. Раньше просто никто с ним всерьез не воевал, а теперь, когда за дело взялась «Хуашэн», посмотрим, как он запоет под перекрёстным огнем нескольких рынков.
— У ректора Профтеха связи, конечно, огромные, но станет ли он впрягаться за какого-то студента в открытую драку с «Хуашэн»? Тем более тут сугубо коммерческая история, как он вмешаются?
В один миг северные авторитеты поставили на Цинь Цзяне крест. Особенно когда увидели, что вокруг «Тяньхуа» уже начали толпиться студенты — пусть не десятки тысяч, как у «Хэйлун», но пару-тройку тысяч набралось точно.
— Похоже... — задумчиво пробормотал Дядя Лун, — «Тяньхуа» если и не оттяпает половину клиентов у «Хэйлун», то процента тридцать заберет железобетонно. Добавим сюда остальные обновленные рынки... Когда первая волна любопытства спадет, у «Хэйлун» останется от силы процента тридцать-сорок от былого потока.
— Тридцать-сорок процентов... Хм, это все равно десятки миллионов оборота и чистой прибыли миллионов десять. Кусок жирный. Вопрос лишь в том, кто будет его делить и насколько велик аппетит у «Хуашэн».
Старик не боялся, что «Хуашэн» заберет все себе. Чжоу Хуа всегда умел делиться пирогом и заводить нужных друзей. Хоть он и засовывал нос во все прибыльные сферы, но всегда оставлял крошки со стола другим.
Поэтому в криминальных кругах у него была отличная репутация!
Не будь этого, сегодня столько авторитетов не пришли бы выразить ему свое молчаливое уважение. Дележ пирога — это одно, а правильные связи — совсем другое.
15:50
До открытия «Тяньхуа» оставалось десять минут.
Под свежевыкрашенной аркой с вывеской «Ночной рынок Тяньхуа» хозяин заведения, сияющий как майская роза, беспрестанно пожал руки и обнимался с прибывающими гостями. Улыбка на его роже едва не разрывала щеки.
Многие из приехавших поздравить его раньше даже смотреть в его сторону не стали бы. Но хозяин прекрасно понимал: уважуху оказывают не ему, а корпорации «Хуашэн».
— Директор Чжан, сколько лет, сколько зим!..
— Директор Лю, милости просим! Сюда, пожалуйста!
Прибывшие боссы лишь вежливо кивали, не утруждая себя долгими разговорами.
А о чем с ним говорить?
Владелец уличного рынка!
Доход — миллион-другой в год. В их глазах — обычная мелкота с третьего сорта!
Даже если после реформы его доход подрастет до пары-тройки миллионов, он все равно не дотягивал до их уровня. Вот будет зарабатывать десятку в год — тогда и поговорим на равных.
Сегодня все держалось исключительно на авторитете «Хуашэн»!
К тому же, что значит «милости просим»? Это уличный рынок! Куда ты приглашаешь — пройти три метра от арки до лотка с сосисками?!
Рёв...
С улицы донесся оглушительный рев форсированного мотора!
На дорогу выкатил вызывающе-яркий кортеж Чжоу Шэна. Алый спорткар «Феррари» орал на всю улицу, заставляя прохожих затыкать уши.
Студенты уставились на роскошное авто, отчего Чжоу Шэн внутри машины растаял от удовольствия. Он высунул руки из окна и победно вопил:
— О-о-о-у-у-у!..
В VIP-кабинете Дядя Лун и остальные поморщились.
Два брата из «Хуашэн»...
Старший, Чжоу Хуа: хитрый, расчетливый, соблюдает правила, любит делиться и держится в тени.
Младший, Чжоу Шэн — полная противоположность: дешёвый понторез, обожает быть в центре внимания, вечно лезет в бутылку и чихать хотел на правила.
Кабы не старший брат, тормозивший этого придурка, Дядя Лун и остальные северные волки давно бы перегрызли ему глотку.
Потому что этот пацан был реально бесячим... и невероятно дерзким!
Визг тормозов!
Кортеж замер перед входом на рынок. Из ярко-красного спорткара вывалился Чжоу Шэн в ярко-красном пиджаке. Он шел особой раскачивающейся походкой, выпятив грудь колесом — вид у него был настолько провокационный, что так и подмывало дать ему по морде. Впрочем, пару дюжих телохранителей за его спиной остужали пыл у окружающих.
Хозяин «Тяньхуа» лебедем метнулся навстречу, заискивающе протягивая обе руки:
— Брат Шэн! Какой день! Ваш визит — величайшая честь для нашего рынка! С вашим приходом «Тяньхуа» просто расцвел!
Хлоп!
Чжоу Шэн тыльной стороной ладони небрежно смахнул протянутые руки хозяина:
— Завязывай со своей порожняковой лестью. Как дела на объекте?
Хозяин «Тяньхуа» подскочил ближе и зашептал:
— Господин Чжоу, будьте спокойны! Пахали день и ночь, оборудование отличное, ничем не уступаем «Хэйлун»! Напечатали кучу рекламных купонов, дали рекламу... Не буду врать, отжать у «Хэйлун» половину клиентов сразу, может, и не выйдет, но процентов тридцать мы у них срежем железобетонно!
Тридцать процентов?
Сука... Маловато!
Впрочем, Чжоу Шэн при всей своей придури не был законченным идиотом. Он понимал: «Хэйлун» стоит на удобном пустыре прямо внутри студгородка, а «Тяньхуа» — обычная торговая улица. Разница есть.
Тридцать процентов — уже неплохо!
А если прибавить остальные рынки, то в сумме они сожрут больше половины бизнеса Цинь Цзяня. Правда, инвестиции пришлось влить немалые — всю реконструкцию под свою ответственность профинансировала «Хуашэн».
— А где Цинь Цзянь?! — Чжоу Шэн огляделся по сторонам. — Ты же говорил, он обещался сегодня приехать? Я хочу посмотреть, как этот хмырь будет корчить из себя крутого!
— Да не приехал он! Испугался, наверное! Да и что он может показать? Торговцев-то у него меньше стало — я сегодня сотню с лишним его торгашей переманил! — Хозяин рынка со вкусом приукрасил историю с Ли Санем, расписывая, как гениально он стравил торговцев с «Хэйлун» и как умыл Цинь Цзяня.
Чжоу Шэн слушал и буквально млел от удовольствия.
Когда Цинь Цзяню плохо — ему хорошо!
Если не утереть нос этому щенку, каждый встречный подумает, что на корпорацию «Хуашэн» можно садиться верхом...
В этот момент к ним подошел Е Цзэ, только что припарковавший свою «БМВ». Он буквально прыгнул к Чжоу Шэну с сияющей улыбкой:
— Господин Чжоу, добрый день! Я Е Цзэ.
Чжоу Шэн слегка нахмурился. Е Цзэ? Кто это ещё за хрен?
— Мой дядя — ректор Профтеха, — быстро добавил Е Цзэ.
Чжоу Шэн снова нахмурился, не понимая, к чему тот клонит.
— А ещё у меня личные счеты с Цинь Цзянем! — выпалил Е Цзэ.
Только тогда Чжоу Шэн скупо кивнул. У такого отморозка, как Цинь Цзянь, врагов хватало с избытком.
Невзирая на холодность Чжоу Шэна, Е Цзэ продолжал лебезить и рассыпаться в комплиментах, попутно пытаясь завести разговор с другими стоявшими рядом боссами.