Глава 549 - Пока я хочу идти, дорога будет под моими ногами!
Глава 549. Пока я хочу идти, дорога будет под моими ногами!
В своём кабинете Найтингейл методично подписывала документы. Услышав нарастающий гул снаружи и панические крики Сюй Анго, она лишь на мгновение подняла взгляд. Но не успела она и слова вымолвить, как в дверях бесшумно возник Линь Мо.
Он мельком глянул в окно на бушующее людское море. Его лицо осталось холодным и неподвижным, словно высеченным из камня.
— Босс... — Найтингейл начала было подниматься.
Линь Мо лишь слегка качнул ладонью, останавливая её, и направился к выходу. Он спускался по лестнице не спеша, размеренно. Однако его фигура перемещалась с пугающей скоростью — казалось, он просто прошивает пространство, и вот, спустя пару вдохов, он уже стоял перед разъяренной толпой.
Линь Мо не стал забираться на возвышение, не стал кричать. Он просто встал там, прямо перед теми, кто орал громче всех.
И произошло нечто странное. Люди, только что требовавшие «справедливости», внезапно осеклись. Их крики застряли в глотках, словно сдавленные невидимой рукой. Тишина, начавшись от Линь Мо, кругами разошлась по всей площади. Пять тысяч глаз теперь были прикованы только к нему.
— Господин Линь, вы не можете так с нами поступить! — вперед, опираясь на палку, вышел старик, пользовавшийся в общине уважением. Голос его дрожал, но он нашел в себе силы заговорить. — Мы поверили вам, согласились идти в Новый город... Но вы же посылаете нас на верную смерть! С жалкой горсткой гвардейцев нам не выйти из Хайчжоу!
— Верно! — послышались робкие выкрики из толпы. — Мы не боимся смерти, но мы не хотим подыхать просто так!
— Умоляем, пусть «Ночные Клинки» защитят нас!
Толпа снова заволновалась. Страх и отчаяние смешивались с робкой надеждой на милосердие лидера. Линь Мо медленно обвел взглядом лица — испуганные, злые, молящие. Он не стал ничего объяснять. Он не стал их успокаивать.
Вместо этого он повернул голову и посмотрел в сторону главных ворот Общества Возрождения — туда, где начинался единственный путь из города. Все невольно проследили за его взглядом.
Главная магистраль была погребена под завалами: остовы сгоревших машин, рухнувшие перекрытия зданий, переплетенные стальные балки. Там не то что колонна — одинокий путник с трудом бы пробрался.
Один из молодых парней, видимо, решив, что в толпе он в безопасности, выкрикнул, дерзко вскинув подбородок:
— Вот видите! Даже дорога из города завалена намертво! Как мы вообще проедем?!
Линь Мо проигнорировал его слова. Он просто плавно оторвался от земли и взлетел к завалам.
В следующую секунду две с половиной тысячи человек стали свидетелями того, что они не забудут до конца своих дней.
Гр-р-р-р...
Земля под ногами отозвалась глухой, утробной дрожью. Завалы, годами преграждавшие путь, внезапно ожили. Остов многотонного автобуса первым издал леденящий душу скрежет деформируемого металла. А затем, под застывшими взглядами людей, он медленно... поднялся в воздух.
Ни взрывов, ни грохота, ни туч пыли. Словно подхваченный невидимой дланью исполина, искореженный автобус легко взмыл вверх и был небрежно отброшен в сторону, на руины соседнего здания, подняв лишь легкое облачко цементной взвеси.
И это было только начало.
Бум! Бум! Бум!
Огромные куски бетона, перекрученная арматура, ржавые легковушки — всё, что забивало магистраль, внезапно лишилось веса. Вещи взлетали в небо десятками. Там, в вышине, неведомая сила сортировала их с пугающей точностью: металл к металлу, бетон к бетону. Это походило на какой-то безумный, божественный субботник.
Хаотичные груды мусора послушно разлетались в стороны, ровными рядами укладываясь вдоль дороги, образуя аккуратные стены высотой в несколько метров. Весь процесс проходил в жуткой, почти абсолютной тишине.
На площади не было слышно ни звука. Тысячи людей стояли, разинув рты, наблюдая за этим рукотворным чудом. На их глазах дорога, заблокированная месяцами, расчищалась вопреки всем законам физики.
Тот самый дерзкий парень, что кричал минуту назад, внезапно почувствовал, как ноги стали ватными. Он рухнул на колени, а по его штанинам поползло предательское мокрое пятно. От ужаса он просто перестал контролировать себя.
Старик, стоявший впереди, дрожал всем телом. Трость выпала из его рук, но он даже не заметил этого. Он смотрел в спину парящему в небе человеку, и губы его беззвучно шевелились, не в силах изрыгнуть ни слова.
— Матерь божья... Босс стал ещё сильнее? — Те Шань, стоя на крыше грузовика, протер глаза и с силой влепил себе пощечину. Боль подтвердила: это не сон.
Сюй Анго и вовсе поступил проще — он пал ниц, вжавшись лицом в пыль, и мелко дрожал. Теперь он проклинал тот миг, когда решил побеспокоить Найтингейл из-за «бунта». Перед лицом господина Линя любое их недовольство было лишь писком букашки под сапогом титана. А титан даже не утруждал себя тем, чтобы смотреть вниз.
В окне офиса застыла Найтингейл. Она смотрела на этот силуэт в небе, на то, как он играючи перекраивает ландшафт, и в её холодных глазах вспыхнул фанатичный восторг. Она знала, что он силен. Но она не представляла, что он стоит за гранью человеческого понимания. Это было уже не «пробуждение». Это было нечто иное.
Не прошло и пяти минут, как перед людьми раскинулась идеально ровная, широкая трасса. На асфальте не осталось даже мелкого камешка.
Линь Мо плавно опустился на землю. Он не оборачивался. Стоя спиной к замершей, объятой благоговейным ужасом толпе, он произнес негромко, но его голос отчетливо услышал каждый:
— Дорога есть. Теперь у кого-то остались вопросы?
Эти слова ударили по людям сильнее любого взрыва.
Полых!
Кто-то первый, не выдержав психического давления, рухнул на колени. Следом, словно костяшки домино, начали падать остальные. Люди валились целыми рядами. Страх, почтение, обожание — все эти чувства слились в одно: абсолютную покорность.
Больше никто не смел возражать. Никто не смел сомневаться. Старик, что недавно просил о пощаде, теперь рыдал, уткнувшись лбом в асфальт. Он всё понял. Для господина Линя триста километров пути ничем не отличались от трехсот метров. Пока этот человек хочет идти, дорога сама будет ложиться ему под ноги.