Глава 43 - Весьма необычное появление
Поставив последнюю подпись, Линь Мо небрежно бросил ручку на стол.
— Теперь эта компания — моя.
Он перевел взгляд на адвоката Вана. Его глаза были холодны и спокойны, как замерзшее озеро.
— Даю тебе два часа. Первое: мне нужен полный список сотрудников «Юаньсин Текнолоджи» — от топ-менеджмента до последней уборщицы. Должности, оклады, история всех поощрений и взысканий. Второе: немедленно заморозить все счета компании и опечатать активы. Без моего личного приказа ни один юань, ни один лист бумаги не должен покинуть территорию предприятия. Третье: оповести всех, что завтра в девять утра я провожу общее собрание в главном цеху.
Голос Линь Мо был лишен эмоций, но в нем звучала такая сталь, что возражать казалось самоубийством.
— Опоздавших или проигнорировавших считать уволенными по собственному желанию.
Мозг адвоката Вана на мгновение превратился в чистый лист. Он работал с миллиардерами, разруливал сложнейшие враждебные поглощения, но никогда не видел такого подхода. Никакого переходного периода. Никаких банкетов для «сплочения коллектива». Никаких лицемерных речей о «светлом будущем». Только приказы. Ледяные, жесткие, не оставляющие пространства для маневра.
— Д-да, господин Линь... Я немедленно займусь этим, — адвокат непроизвольно вытянулся в струнку. На его лбу выступили бисеринки пота.
Только закончив фразу, он осознал, что произошло. Он — человек Тан Лао, но аура этого юноши буквально подавила его волю. Он инстинктивно взглянул на патрона, ища поддержки. Но Тан Лао лишь неопределенно махнул рукой, словно всё шло своим чередом:
— Раз господин Линь распорядился, выполняй.
— Слушаюсь, Тан Лао.
Адвокат, пятясь, почти выбежал из кабинета.
— Тан Лао, господин Линь, я пойду помогу Вану, — Су Вань тоже поспешила скрыться, понимая, что в этой комнате сейчас остались два игрока совершенно иного масштаба.
— Господин Линь, — наконец заговорил старик. — Стоимость «Юаньсин» — сто восемьдесят миллионов. Как прикажете поступить с остатком средств от продажи золота?
Линь Мо протянул ему заранее заготовленную записку.
— Мне нужно пять миллионов наличными. Остальное пусть побудет у вас. Когда я разберусь с внутренними делами компании, переведете средства на её счет.
Тан Лао многозначительно улыбнулся:
— Господин Линь, теперь, когда у вас есть капитал, не желаете ли сменить транспорт? Я могу подобрать для вас достойный автомобиль.
— Не горит, — Линь Мо усмехнулся, перебив его. — Тот фургон вполне справляется. В нем удобно возить и грузы, и людей. Вот когда «Юаньсин» по-настоящему встанет на ноги, тогда и подумаю о машине.
Взгляд Тан Лао стал предельно серьезным. Человек, способный выложить золото на четверть миллиарда, но предпочитающий старый грузовик... Таких людей было два типа: либо законченные безумцы, либо те, чей масштаб мышления настолько превосходил обывательский, что внешние атрибуты статуса для них превращались в пустой шум. Но главное — откуда такая уверенность, что он оживит этот полумертвый завод? Тан Лао всё больше казалось, что Линь Мо — это бездонный колодец, дна которого не видать.
Вскоре Су Вань вкатила тележку с двумя черными кейсами без опознавательных знаков.
— Господин Линь, здесь пять миллионов наличными, как вы и просили.
— Хорошо.
Линь Мо кивнул, поднялся и слегка склонил голову перед Тан Лао в знак вежливости. Подхватив тяжелые кейсы, он вышел, не тратя времени на пустые прощания.
— Доброго пути, господин Линь, — донеслось ему в спину.
Су Вань проводила его до ворот. Она смотрела, как он закидывает миллионы на пассажирское сиденье так небрежно, будто это были пакеты с продуктами. Дверь захлопнулась, и белый фургон, выглядевший нелепо среди припаркованных у входа лимузинов, с ревом тронулся с места.
Когда гул мотора затих, Су Вань вернулась в кабинет. Тан Лао стоял у окна, глядя на старое дерево баньяна во дворе.
— Тан Лао, этот Линь Мо... мы действительно собираемся сотрудничать с ним так плотно? — в её голосе сквозила тревога. — Его прошлое — сплошное белое пятно, а стиль ведения дел... он просто деспотичен. Я проверяла: еще неделю назад он был никем, обычный обыватель. И вдруг — такие богатства. Я боюсь...
— Чего ты боишься? — Тан Лао медленно повернулся и сел в кресло. Его лицо было непроницаемым. — Всю информацию, которую ты нашла, сотри. Не должно остаться ни одного байта. И передай моим людям: отныне любые попытки копать под господина Линя будут караться по законам семьи.
— Слушаюсь! — Су Вань похолодела.
— Я учил тебя, — старик отхлебнул уже остывший чай. — Маклер должен знать свое место. Тот, кто знает слишком много, долго не живет. Линь Мо выбрал «Юаньсин» не ради акций или земли. У него есть что-то своё, и ему нужна легальная витрина, чтобы явить это миру. Люди, обладающие ТАКИМИ ресурсами, могут раздавить нас, даже не заметив. Поэтому делай всё, что он попросит. О золоте забудь, о его делах не спрашивай.
— Я поняла, Тан Лао.
*
Следующий день. 08:45 утра.
Территория «Юаньсин Текнолоджи» на окраине города напоминала затишье перед бурей. Несколько сотен сотрудников собрались в огромном сборочном цеху №1. Люди сбивались в кучки, перешептываясь, и в воздухе буквально висело напряжение.
— Слыхали? Нас купил какой-то таинственный богач!
— Да уж, — вторил другой. — Говорят, вчера вечером юристы опечатали бухгалтерию и все кабинеты начальства. Прямо пломбы на двери повесили!
— Кто он такой? Неужели начнутся сокращения? У меня ипотека, мне нельзя без работы...
Впереди всех стояли топ-менеджеры во главе с генеральным директором Чжао Куньда. Тот, выпятив пивное брюшко, пытался сохранять достоинство, то и дело поправляя свой галстук от Hermes, но дрожащие пальцы выдавали его с головой.
— Ну чего разнылись! — прикрикнул он на подчиненных. — Я говорил с адвокатом Ваном. Обычная смена собственника! Новому владельцу всё равно понадобятся опытные кадры, которые знают производство и рынок. Так что стойте смирно и не позорьте компанию!
На деле же у Чжао Куньда поджилками трясло. Вчерашний юрист вел себя как робот, игнорируя любые попытки наладить «неформальный контакт».
В этот момент послышался гул мотора. Все головы синхронно повернулись к открытым воротам цеха. Сотрудники представляли себе это по-разному: кавалькада черных «Роллс-Ройсов», бронированный «Майбах» или, на худой конец, вызывающая «Ламборгини».
Вместо этого на территорию влетел побитый жизнью белый фургон. Лихо заложив вираж и подняв тучу пыли, он замер прямо у входа. Дверь открылась, и из кабины вышел молодой человек в безупречном темно-сером костюме.
Тишина стала абсолютной. Люди замерли в замешательстве. Что это? Перформанс эксцентричного богача? Или курьер просто ошибся адресом?
Линь Мо, не обращая внимания на недоуменные взгляды, направился вглубь цеха. Он прошел мимо сияющего фальшивой улыбкой Чжао Куньда, проигнорировал трибуну и встал прямо посреди толпы рабочих. Окинув всех холодным взглядом, он раскрыл папку. В цеху стало так тихо, что было слышно, как шуршит бумага.
— Чжао Куньда, — произнес он первое имя.
У гендиректора ёкнуло сердце, но он тут же нацепил самую радушную маску и засеменил вперед:
— Господин председатель! Я здесь! Чжао Куньда, основатель и бессменный лидер «Юаньсин»! Я знаю тут каждый винтик, каждого клиента, я...
— Где твой кабинет? — Линь Мо перебил его, даже не взглянув на собеседника.
Чжао осекся, глотая слова. Он растерянно указал на офисное здание:
— На третьем этаже... Там, где панорамные окна...
Линь Мо наконец поднял на него глаза. В них не было ни гнева, ни презрения — только ледяное равнодушие.
— Даю тебе десять минут.
В цеху стало слышно, как муха пролетит.
— Забирай шмотки, — Линь Мо сделал паузу, после чего добавил лишь одно слово:
— И вон.