Глава 108 - Сделка
Улочки городка Упавшего Ворона были вымощены серым камнем, а вдоль них ровными рядами тянулись небольшие дома. Каждый, кто хотел продать свой товар, мог заняться любой свободной постройкой — места хватало с избытком.
Несмотря на то что на ежегодный торг съезжались маги со всех окрестных земель, их общее число было скромным. Пройдясь по главной улице и проведя беглый подсчёт, Хелаг насчитал не больше тридцати человек. В последующие дни народу, конечно, прибавится, но едва ли общая цифра превысит полсотни.
«Теперь понятно, почему Калис так легко вычислил во мне чужака, — размышлял Хелаг, разглядывая скудные вывески. — Бродячих учеников слишком мало. Большинство из них давно знают друг друга в лицо, так что новый человек здесь как на ладони».
Он продолжение исследовать ярмарку. В некоторых лавках уже вовсю хозяйничали торговцы: они вышивали на грифельных досках списки товаров и предметов, которые хотели бы получить взамен.
«Похоже, здесь царит натуральный обмен. Золото принимают неохотно, а расчётов магическими камнями я пока вообще не видел».
В ассортименте преобладали травы, сушёные органы волшебных тварей, минералы и редкие свитки с элементарными заклинаниями. Обычные деньги мало интересовали местную публику — главным приоритетом было добыть ресурсы для собственного развития.
В отличие от членов чародейских гильдий, у этих одиночек не было стабильных каналов снабжения. В мире обычных смертных они могли без труда сколотить огромное состояние, но добыть стоящие алхимические ингредиенты было для них невыполнимой задачей. Все богатые месторождения давно подмяли под себя Великие Дома.
Оказавшись в Ручейной Долине, Хелаг видел, как богата та земля. Узнай бродяги о том месте, они бы ринулись туда, незирая на любую смертельную опасность.
Обойдя пару десятков лавок, Хелаг так и не встретил ни одного стебля травы лунного камня. Похоже, нужный ему продавец ещё не прибыл. Впрочем, и остальной товар не вызывал у юноши особого азарта — большинство представленных компонентов уже имелось в его запасах благодаря щедрости Лари.
Когда стемнело, Хелаг выбрался из толкающейся толпы, отыскал пустующий дом и заперся изнутри. Достав из пространственного кольца вяленое мясо и чистую воду, он скромно поужинал. В стенах городка Упавшего Ворона можно было не опасаться ночного нападения — за нарушение покоя нарушителей ждала суровая кара.
Спустя два дня ярмарка официально открылась. Число гостей возросло до шестидесяти человек. Всё это время Хелаг провел в комнате, непрерывно медитируя. Анализ каменной плиты пришлось временно приостановить — в столь опасном месте требовалось сохранять максимальный запас духовных сил.
Улицы городка оживились. В толпе то и дело мелькали фигуры в пышных чёрных мантиях — распорядители ярмарки. Хелаг попытался ощутить их силу: каждый из них был учеником третьего ранга с невероятно плотной, тяжелой аурой.
«Скорее всего, они из Острова Снов», — догадался он.
Благодаря присутствию строгих надзирателей сделки проходили спокойно. Продавцы без опаски демонстрировали редчайшие артефакты, не боясь, что кто-то вырвет сокровище из рук и бросится наутек.
— Трава лунного камня! Настоящая трава лунного камня! — вдруг донесся из глубины улицы изумленный возглас.
— Это же высокоуровневый ингредиент! Откуда у него такое?
— Вещь, конечно, редкая, но мне от нее толку чуть. Наш брат-ученик из такой травы ничего сварить не сможет.
— Вот именно! Будь у меня навыки для работы с такими травами, я бы давно пристроился в какому-нибудь ордену, а не скитался по пыльным ярмаркам!
Хелаг мгновенно направился на шум. Возле одной из лавок собралась плотная толпа. В центре стоял человек в белой фарфоровой маске. В руках он держал изящную резную шкатулку. На стёганом красном шелку покоились два серебристых полупрозрачных листочка, от которых исходило мягкое, едва уловимое свечение.
«Глубокая Синева, проверь подлинность».
[Проверка завершена. Объект идентифицирован как трава лунного камня.]
В естественной среде эта трава росла на дне глубоких водоёмов, в местах, куда не проникает ничто, кроме прямого лунного света. До сбора она выглядит как обычная болотная тина. Человек без спецпознаний пройдёт мимо и не обратит внимания.
— У меня есть две порции травы лунного камня, — раздался из-под маски глухой голос. — Меняю их строго на компоненты для заклинаний Некромантии или Проклятий.
— А золотом расплатиться совсем нельзя? — с досадой выкрикнул кто-то из толпы. — Материалы этих школ днём с огнём не сыщешь!
Продавец непреклонно качнул головой:
— Нет. Золото меня не интересует.
— Ты так ничего не продашь, — попытался воззвать к разуму покупатель. — Среди бродяг почти нет специалистов по Некромантии и Проклятиям. Слишкмо уж сложна теория.
Он был прав. Учения Темных Искусств требовали глубочайших академических знаний, недоступных самоучкам. А таскать с собой специфические и опасные ингредиенты этих школ без нужды никто бы не стал.
— Если не смогу обменять на нужные мне вещи, просто заберу траву с собой, — отрезанным тоном отозвался человек в маске.
Хелаг решительно шагнул вперед, расталкивая зевак. Достав из кошеля жутковатую костяную фигурку, он произнес:
— У меня есть кое-что подходящее. Но обменивать такую вещь всего лишь на две порции твоей травы... пожалуй, я окажусь в глубоком убытке.
— Это же... Кукла злобы!
— Откуда у него артефакт такого уровня?! — ахнули в толпе.
Взоры присутствующих мгновенно скрестились на Хелаге. Для мага, практикующего проклятия, Кукла злобы была бесценным сокровищем. Использовать её для простых чар нулевого круга считалось невероятным расточительством.
Человек в маске заметно занервничал. Было видно, как загорелись его глаза, но он понимал: двух стеблей травы действительно мало за такой предмет.
Поколебавшись, торговец достал из закромов толстую фолиант в кожаном переплёте:
— Это полная модель заклинания нулевого круга «Ледяной шип». Если я добавлю этот свиток, мы сможем договориться?
Хелаг снисходительно хмыкнул:
— Ты шутишь? Кукла злобы — это проводник для проклятий первого круга! Твой «Ледяной шип» не покрывает и половины её стоимости. Если у тебя нет ничего более стоящего, разговор окончен.
С этими словами Хелаг сделал вид, что убирает фигурку обратно в сумку.