Глава 832: «Смена времен года, мощная магия жизни! Листья силы!»
Двенадцать ледяных сливовых дисков врезались в тела Предков, в которых пребывали волшебники Второго Кольца. В следующее мгновение огромные туши кровавых демонов были разбиты в пух и прах.
Окружающее море крови застыло, и высасывание духовности из смертных прекратилось.
Троица никак не ожидала, что Локк атакует столь яростно и без предупреждения.
Даже в мире черных волшебников такие злобные и прямолинейные личности встречались редко. В том жестоком мире каждый боялся ранений, опасаясь, что враг воспользуется моментом слабости.
Трое магов синхронно выкрикнули заклинания, и их кровь, пролившаяся на землю, превратилась в кровавые щупальца, рванувшиеся к Локку. Однако, не успев коснуться цели, они были пронзены изумрудно-зеленым копьем, в которое превратился Морской Золотой Песок Второго Кольца.
Огромные щупальца рассыпались кровавым дождем, а скрытая в них проклятая энергия начала падать вниз вместе с каплями.
Увидев это, Хуссейн изменился в лице.
— Локк, будь осторожен! — Выкрикнул он. — Они мастера магии проклятий. Эта кровь течет из их ран не просто так – они пытались применить модель заклинания «Жертвенная Рука Святой Крови». Тот, кого схватит такая рука, получает инъекцию чудовищного количества проклятий. Ты рассеял руки, но в крови осталась мощная проклятая энергия. Если этот дождь прольется на город, тысячи людей мгновенно станут проклятыми вампирами.
— Тогда они смогут выкачать кровь из этих несчастных, чтобы залечить свои раны и снова атаковать тебя!
Трое вампиров оскалились в насмешке, их взгляды были полны презрения.
Призывать проклятие через проклятие крови – в этом заключалась философия Дворца Кровавого Демона.
Локк мельком взглянул на Хуссейна:
— Не беспокойся. Этого не случится.
Большая Лазуритовая Зимняя Зеленая Слива в его руках выпустила уникальную силу зимнего сна. Эта энергия, рожденная из смеси ледяной магии и магии жизни растений, была истинной частью зимнего цикла.
Кровавая вода, собиравшаяся пролиться на лица смертных и скот в городе, замерзла, не успев долететь до земли. Ледяная крошка посыпалась на крыши, пугая горожан, которые поспешили закрыть окна и двери.
Они и не подозревали, что не превратись этот дождь в безобидный лед, они в то же мгновение стали бы жалкими жертвами кровавого проклятия.
Лица черных волшебников, только что искаженные злорадством, застыли. Они истратили почти всю жизненную энергию, полученную через Небесное Орудие, чтобы сотворить «Жертвенную Руку Святой Крови» с великим магическим узором.
Потерпев неудачу в прямой атаке, они хотели устроить резню в миллионном городе, чтобы использовать кровь смертных как жертву для проклятия Локка. Но кто мог подумать, что Локку достаточно будет один раз взмахнуть веткой сливы, чтобы вся кровь превратилась в ледяную крошку?
Что еще страннее – обычно активная проклятая энергия мгновенно затихла. Словно лед действительно был способен запечатывать такие силы.
Трое черных магов с ужасом обнаружили, что на их собственных ранах выступила странная изморозь. Она блокировала их бессмертие, не давая телам восстанавливаться.
— Что это за сила? — Прошептал один из них.
Хуссейн тоже в изумлении уставился на зимнюю сливу в руках Локка.
— Такие методы в магии жизни? — Пробормотал он. — Всего мгновение – и вся проклятая энергия вошла в состояние изоляции. Значит, это растение способно заставлять любую энергию впадать в спячку. Это магия зимы?
Магия четырех сезонов, по сути, является высшей формой магии жизни. Поэтому черные волшебники сталкивались с ней крайне редко.
Хуссейн благодаря работе в юридической фирме обладал широким кругозором и знал многих магов, поэтому смог заметить признаки того, что именно применял Локк.
Это не было простой имитацией – казалось, перед ним сам прототип истинной магии зимы. Он и не предполагал, что Локк за столь короткое время добьется такого прогресса.
Трое черных волшебников побледнели. Им пришлось направить все остатки жизненной энергии из Небесного Орудия внутрь себя, чтобы залатать раны, нанесенные душe и телу сокрушительным ударом Локка.
К тому же они поняли, что зимняя магия не просто ранила их – она погрузила часть их сил в жуткое оцепенение.
Нельзя сказать, что сила была запечатана. К ней всё еще можно было обратиться, но ее эффективность стала ничтожной. Та же порция магического давления теперь выдавала куда меньший результат.
Словно эта часть их магии просто уснула. Это был специфический эффект зимней магии – эффект окоченения.
— Оказались чуть крепче, чем я думал, — произнес Локк, глядя на них. — Но на этом всё.
Благодаря методу селекции Луны он уже максимально усилил Большую Лазуритовую Зимнюю Зеленую Сливу. Его магическое давление превышало девятнадцать тысяч сто единиц, тогда как у них оно было около пятнадцати тысяч. Его показатели рассеивания энергии, мгновенного прироста давления и совместимости – всё было выше.
Добавив к этому мощь высокоуровневых заклинаний зимы, Локк едва не прикончил их одним ударом. Лишь благодаря способности вампиров к выживанию они выкарабкались из предсмертного состояния, хотя десятая часть их сил осталась скована льдом.
Черные волшебники переглянулись. Они чувствовали, что из-за магии Локка их эффективное магическое давление упало примерно на 750 единиц. Десятая часть их магических сил просто перестала работать.
Быстрый расчет привел их к пугающему выводу: зимняя слива Локка фактически обладала потенциалом ополовинить их мощь.
Кто выдержит такое? Они не были уверены, что после следующего удара ледяных дисков их магическое давление не рухнет ниже десяти тысяч.
Трое магов одновременно атаковали Локка, пытаясь провести вторую контратаку. Они начали читать заклинания, активируя три модели магии рода крови Второго Кольца с великими магическими узорами.
Две из них были проклятием «Алая Кровавая Сабля», а третья – «Контракт Жизни и Смерти».
Это была их вторая совместная атака. Сабля использовала запретную силу бессмертия как источник энергии, превращая проклятие, которое обычно действует долго, в мгновенный разрушительный удар.
Если такая сабля поражала волшебника, все накопленные в нем проклятия детонировали в одно мгновение. Ею можно было бить издалека, сражаться в ближнем бою или накладывать дополнительные проклятия на само лезвие. Идеальное оружие для их боевой системы.
В сторону Локка полетели алые лезвия в форме полумесяцев, каждое размером с гору.
В это же время в левой руке одного из демонов возник кровавый кнут. Он хлестнул им в сторону Локка – этот кнут был воплощением проклятой энергии. Стоило ему пробить духовную защиту врага, как он устанавливал принудительную связь между родословными и узурпировал ее, вызывая изменения.
Тогда любая рана, нанесенная магу, отражалась бы на Локке, и наоборот.
Очевидно, у троицы был боевой опыт. Алые сабли были лишь отвлекающим маневром, они не надеялись победить ими Локка. Их истинной ставкой был «Контракт Жизни и Смерти», призванный связать их судьбы.
Вампиры могли восстанавливаться за счет мешков с кровью, слуг или повторного разорения своего среднего плана через Небесное Орудие. Поэтому такой контракт был выгоден им, но губителен для Локка.
Трое черных волшебников с надеждой смотрели на кнут, скрытый за завесой сабель. Они верили, что это заклинание достигнет цели.
Главным плюсом «Контракта Жизни и Смерти» было то, что на одном уровне он срабатывал всегда, если разница в магическом давлении не превышала десять тысяч единиц. Минус был лишь один: расстояние между магом и целью не должно превышать тысячи метров, иначе проклятие рассеивалось.
Именно поэтому только один из них решил добавить в эту модель великий магический узор – сабли были куда универсальнее.
Хуссейн хоть и беспокоился, но, видя, что Локк не просит о помощи, в бой не вступал.
— Мелкий трюк, — бросил Локк, глядя на летящие в него чары.
В его левой руке появилось второе магическое растение – летняя Пинеллия из семейства ароидных. Среди них было множество видов, способных нагревать окружающую среду.
Он взмахнул Пинеллией, и на ее кончике вспыхнула модель заклинания «Летняя Трава-Инхо», превратившись в магическую искру. Эта искра, обладая гравитацией, втянула в себя все кровавые сабли и насильно притянула кровавый кнут.
Затем вся эта мощь была отбита обратно в троицу.
Поскольку Пинеллия была летним растением, обладающим силой восходящего пламени, три заклинания не просто вернулись назад. Их мощь, смешавшись с магией самой Инхо, начала кипеть и неистово рваться вверх.
Бум!
Энергия взорвалась прямо у них в глотках и ударила в головы. Из тел волшебников вырвались столбы раскаленной магической силы, устремившиеся в небо.
Все жители столицы увидели три исполинских огненных смерча. В вышине они превратились в огненное облако, и энергия рассеялась.
Странно, но у горожан тут же исчезла тяжесть в груди и уныние.
Император и ученик второго ранга во дворце тоже почувствовали себя значительно лучше, ощутив во всем теле необычайную свежесть.
На краю поля битвы Хуссейн коснулся пальцем правого глаза. Шрам над ним лопнул, и потекла кровь, насыщенная проклятиями. Она застыла, превратившись в алый монокль.
Хуссейн анализировал силу Локка:
— Всё верно. Похоже, за те месяцы, что мы не виделись, он углубился в изучение магии четырех сезонов. Видимо, помогли те несколько проектов, что он вел в последнее время.
— Магическое давление и энергия этих волшебников в воздухе были доведены до кипения магией летнего растения. Словно их подожгли, и энергия превратилась в прядь дыма, уходящую вверх.
— Эта «Летняя Трава-Инхо» куда мощнее той, что я видел раньше. Кажется, что он просто отразил атаку, но на самом деле он использовал свойство восходящего пламени, которое заставляет магию кипеть и стремиться ввысь. Он направил их собственную мощь против них же, ввергнув их магическую силу в хаос.
— Сами себя наказали, по сути.
— Смертным стало легче, потому что магическое давление, окутывавшее город, было сожжено магией жизни Локка. Давление исчезло – исчез и дискомфорт.
Хуссейн, будучи гением, пошел в рассуждениях дальше:
— Магия жизни тесно связана со здоровьем всего живого. Магия четырех сезонов, по сути, – это лишь разные состояния жизненной энергии.
Трое черных волшебников вышли из огненных столбов. Их тела были в лохмотьях, они получили тяжелейшие ранения.
Переглянувшись, они осознали: мощь Локка сокрушает их. Им не выстоять даже втроем.
Решение пришло мгновенно: нужно бежать! Иначе сил на побег просто не останется.
Они снова прибегли к помощи Небесного Орудия, во второй раз за короткое время буквально дочиста обобрав свои миры среднего масштаба. Они насильно перехватили жизненную энергию, чтобы исцелиться.
Но это означало истощение их Великих Заклинаний – они начали жить взаймы. Стоимость их активов упала, и магическое давление каждого снизилось еще на пятьсот единиц.
Теперь оно составляло четырнадцать с половиной тысяч. Троица лихорадочно обменивалась мыслями:
— Плохо дело. Мы все подохнем от рук этого исследователя с Горы Золотой Короны. Он слишком свирепый, его магия слишком резкая. Он один подавляет нас троих, каждый наш выпад оборачивается против нас.
— В этот критический момент мы должны сплотиться и помочь друг другу! Иначе – смерть. Предлагаю: один отдает свою кровь двоим другим, те активируют Небесное Орудие и поглощают его энергию, чтобы усилить себя, а потом уносят его с собой!
— Отличная идея! Это лучший выход из нашего положения. Помогая друг другу, мы все выиграем!
Договорившись, они одновременно развернулись и бросились наутек в разные стороны, даже не помышляя о том, чтобы кто-то жертвовал кровью ради других.
Шутите? Тот, кого будут «сосать», гарантированно труп.
Если двое усилятся за счет одного, им будет проще бросить бедолагу на растерзание этому свирепому белому волшебнику и спасти свои шкуры.
Все трое были черными магами и в Бледном Паломничестве насмотрелись на человеческую мерзость. Никто из них не был настолько глуп, чтобы верить в мораль и в то, что напарник бросится их спасать!
Пусть гибнет товарищ, лишь бы я уцелел.
Удирая, они косились друг на друга: нужно просто бежать быстрее спутников, чтобы тот, кто отстанет, отвлек на себя внимание Великого Волшебника Глазного Демона.
Так что их истинными врагами сейчас были не Локк, а бывшие союзники. Двое магов мгновенно выбрали жертву – того, кто был слабее всех и чье давление упало сильнее. Они выкрикнули проклятия, ударив ими в спину сотоварищу, чтобы тот вынужденно замер на месте.
Тот забился в кровавых путах, осыпая предателей проклятиями:
— Будьте вы прокляты, ублюдки!
Затем он обернулся к Хуссейну:
— Хуссейн, ты ведь тоже волшебник-вампир! Этот белый убьет меня, а потом примется за тебя! Нам лучше объединиться!
Хуссейн лишь холодно взглянул на него. Он понимал, что это лишь отчаянная попытка загнать его в ловушку своих речей. На такие уловки он не покупался.
— Можете не бежать, — произнес Локк.
В этот момент на телах всех троих проявилось огромное количество спор Морского Золотого Песка, которые начали превращаться в гаметы.
Заклинание ботаники второго ранга: «Смена Поколений»!
Эти споры он тайно распространил в воздухе с помощью песка Второго Кольца, и пока враги были отвлечены, они начали паразитировать на их телах.
Спорофиты и гаметофиты Морского Золотого Песка начали стремительно сменять друг друга. Характеристики этих превращений соответствовали то летней природе Пинеллии, то зимней – Лазуритовой Сливы.
Из-за этого тела Предков трех черных волшебников начали насильственно проходить через смену сезонов.
Хуссейн сразу разгадал план Локка.
Эффект самого заклинания был не слишком велик, ведь Локк использовал лишь стерильные споры. Сама по себе смена сезонов на теле не так страшна. Но Локк использовал это как повод для прямого столкновения своего Великого Заклинания с тремя вражескими – лобовой удар магического давления об магическое давление.
Это создавало идеальные условия для Войны Миров.
Тела Предков наверняка попытаются прервать сезонные изменения, чтобы не дать Локку вмешаться в климат их родных планов и через это ослабить их мощь.
«Хочешь расширить свой лес через Войну Миров? – …подумал Хуссейн. – …Что ж, раз ты помог мне, я отвечу тем же».
Он надрезал указательный палец правой руки. Три капли крови упали вниз, превращаясь в кровавые щупальца.
Жертвенная Рука Святой Крови!
Щупальца обвились вокруг трех магов, вводя в них проклятия, чтобы еще сильнее ослабить их магическое давление.
Троица взревела от ярости:
— Хуссейн! Ты потомок Прародителя! Почему ты помогаешь чужаку, использующему магию жизни?!
Хуссейн лишь усмехнулся – как быстро сменился их тон. Эти жалкие слова не могли поколебать его позицию.
— Ты уже дважды ослабил их давление, — сказал Хуссейн Локку. — К тому же они сами истощили свои Великие Заклинания двумя ритуалами подряд. Они в упадке.
— Теперь, когда я проклял их, тебе будет куда проще навязать им Войну Миров и победить без лишних усилий.
Локк обернулся и показал Хуссейну жест «Окей». Затем он вновь перевел взгляд на черных волшебников. Его магическая сила четырех сезонов столкнулась с их телами Предков. Началось состязание чистого магического давления, которое быстро переросло в прямое противостояние Великих Заклинаний – Эволюционной Луны против их Небесных Орудий.
В этот момент за спинами троицы начали проявляться очертания плана среднего масштаба.
Оказалось, что они используют один мир на троих. Локк на мгновение удивился, но тут же понял: достаточно крупный план действительно может служить основой для Великих Заклинаний сразу нескольких магов. В сущности, это было нормальной практикой.
Тот же план Луиса принадлежал лишь одному волшебнику Второго Кольца с его Погребением только потому, что Волшебник Морган в молодости был гением среди черных магов, пока его не подставили и не лишили сил.
Трое магов впали в панику:
— Проклятье, он инициировал Войну Миров!
— Но неужели он один, с единственным Великим Заклинанием, всерьез надеется подавить нас троих?!
Локк сделал шаг вперед. Окружение изменилось: свет Эволюционной Луны ворвался прямиком в их мир – план Хайденберг.
В небе этого измерения взошла полная луна.
План Хайденберг был классическим жизненным планом среднего масштаба. Цивилизация здесь застыла на уровне феодализма: поместья, королевства и могущественная Церковь Света, якобы основанная по воле божества.
Простые смертные здесь не обладали сверхспособностями – обычные дворяне и короли.
Однако в этом мире скрывались три клана вампиров. Прикидываясь аристократами, они паразитировали на человеческом обществе, веками ведя подковерную борьбу с Церковью и постепенно превращая многих в своих апостолов.
Локк окинул мир взглядом. Его сущность осталась за пределами системы кристаллических сфер этого плана. Он заметил, что почти вся верхушка власти здесь состоит из вампиров.
Эти кровососы в человеческом обличье тайно правили смертными и проводили ритуалы кражи жизни для трех черных волшебников.
Недавние повторные ритуалы уже поставили общество на грань краха: слишком много смертных погибло, и социальная система начала рушиться.
Как только Эволюционная Луна Локка вошла в этот мир, ее свет принес с собой массу смертных растений для создания экосистемы.
— Хм? Только смертные растения, ни одного магического? — Локк всматривался в просторы плана. — Здесь должно быть три центра ритуалов. Где они?
На краю плана Хайденберг он увидел Кровавую Реку. Похоже, деятельность трех магов притянула сюда силу этого плана, заставив реку течь через их мир.
Взгляд Локка остановился на самой высокой горной вершине – Горе Света.
— Вот оно что. Эта Церковь – лишь прикрытие для проведения обрядов Небесного Орудия. Все три центра ритуалов находятся на одной горе. Они годами обустраивали этот мир, вкладывая основные ресурсы в эту Церковь.
Основа Войны Миров – прямое столкновение Великих Заклинаний. Свет Локка упал на его экосистему.
— Будем действовать по проверенной схеме, — решил он. — Сначала наделим смертных из местного сопротивления силой следопытов.
На этот раз система следопытов Локка была куда более совершенной. Она уже прошла обкатку в плане Луиса и продолжала развиваться в руках его ученика, Николаса Шоу.
— Чем больше и качественнее моя экосистема, то есть листва деревьев, благословленная лунным светом, тем больше силы я смогу дать следопытам.
На ветвях деревьев плана Хайденберг начали появляться листья, содержащие в себе особую силу. Локк назвал их «Листьями силы».