Глава 608 - Убедить Доэрти
Фан Хао подмигнул Лоране.
Бледное, холодное лицо девушки едва заметно вспыхнуло румянцем, и она с подчёркнутым обиженным видом отвернулась к окну.
Фан Хао перевёл взгляд на письменный стол, за которым Ребекка склонилась над какими-то бумагами, и спросил:
— Когда выезжаем?
— Прямо сейчас. Забери вот это, в дороге может пригодиться, — Ребекка указала на стоявший у стены массивный деревянный сундук.
Фан Хао подошел и откинул крышку. В глаза ударил слепящий золотой блеск. Сундук был доверху набит золотыми монетами, а поверх лежал пачка карточек Военных монет номиналом по десять тысяч каждая. Судя по всему, Ребекка собрала всю наличность, которую только смог наскрести город Лисис.
Фан Хао не придал этому особого значения — сам он давно стал богачом крупного калибра. Когда оптовые покупатели брали у него снаряжение, одна сделка могла принести до миллиона Военных монет. Он и сам приготовился к тратам, взяв с собой карточки Военных монет крупного номинала. Мелочь Ребекки вполне сгодится на карманные расходы, ведь номинал его карточек был слишком велик для мелких расчётов.
В этой поездке, чтобы пробиться в Высший совет, им придется раскошелиться и купить необходимый статус. Это заложит фундамент для их будущего влияния в совете Федерации Ста Городов.
Забрав сундук в пространственное хранилище, Фан Хао подождал, пока Ребекка передаст подписанные письма ожидавшим у дверей чиновникам. Затем она вызвала четверых оставшихся Рыцарей Львиного Сердца в качестве эскорта и, повернувшись к Фан Хао, произнесла:
— Ну вот и всё, трогаемся.
Фан Хао кивнул и развернул портал. Вспыхнул свет, и вся группа исчезла.
***
Они вышли из портала на территории замка Ли Жун.
Сама Ли Жун всё ещё оставалась в Крепости Шантерок, но в ближайшее время руководство Федерации должно было отозвать её обратно. В конце концов, она не являлась кадровым военным, а её магические навыки находились на уровне подмастерья — после окончания войны удерживать её там не имело никакого смысла.
Уладив вопросы с подбежавшей стражей, путешественники сели в карету и покатили по мощеной дороге в сторону города Серебряных Крыльев. Использование замка Ли Жун в качестве промежуточной точки сэкономило им массу времени.
К вечеру экипаж въехал в город Серебряных Крыльев и остановился у особняка, где они останавливались в прошлый раз.
С наступлением темноты Фан Хао и Ребекка вновь отправились в путь, захватив приготовленные подарки, — они держали курс в резиденцию Оливии, близкой подруги Ребекки.
В карете Фан Хао восседал на мягком диване, а Ребекка устроилась у него на коленях, обвив руками его шею. Её упругие бёдра приятно давили на его ноги.
— Оливия — моя лучшая подруга, — тихо объясняла Ребекка. — Она точно поддержит нашу номинацию в Высший совет, поэтому мы первыми наведаемся к ней.
Вчера вечером, перед отъездом, Ребекка связывалась с Оливией через Раковину Голоса. Та с радостью согласилась принять подругу.
Фан Хао, обнимая её за тонкую талию, усомнился:
— Оливия ведь не входит в совет. Какая разница, поддерживает она нас или нет?
Ребекка, услышав такое пренебрежение к своей единственной подруге, наигранно возмутилась и слегка шлепнула его по плечу:
— Она сама не депутат, зато в её роду депутатов хватает! А её муж — глава Чертогов Правосудия!
— А-а, вон оно что, — протянул Фан Хао. — Тогда понятное дело.
Карета слегка поскрипывала на мостовой. Внутри царил приятный женский аромат, и дорога совсем не казалась утомительной.
Наконец экипаж замер у резиденции Оливии. В сопровождении вышколенного слуги они пересекли ухоженный двор и вошли в дом.
— Ребекка!..
Едва они ступили в главный холл, как им навстречу выбежала женщина в роскошном алом платье и заключила Ребекку в жаркие объятия. Было видно, что их радость искренняя, а не наигранная светская фальшь.
Обнявшись с подругой, Оливия перевела взгляд на Фан Хао и стоящего за его спиной Димитея.
Она тепло улыбнулась юноше:
— Господин Фан Хао, мы снова встретились.
— Рад видеть вас, госпожа Оливия. Вы выглядите ещё моложе и пленительнее, чем при нашей прошлой встрече.
Не давая Оливии опомниться от комплимента, Фан Хао сделал шаг в сторону, и слуги внесли несколько изысканных коробок.
— Это скромные подарки, которые Ребекка лично приготовила для вас. Надеемся, они вам понравятся.
Оливия с любопытством взглянула на подношения: косметика, бальные платья и те самые шелковые чулки, которые Ребекка обещала достать. Убедившись, что это действительно дружеские знаки внимания, а не попытка подкупа (а желающих подступиться через неё к мужу хватало с избытком), Оливия просияла и велела слугам всё принять.
После этого она увлекла Ребекку к мягкому дивану:
— Какими судьбами в городе Серебряных Крыльев? Только не говори, что просто соскучилась — со дня своей свадьбы ты ко мне носа не кажешь! — с легким укором произнесла Оливия, косясь на Фан Хао.
Фан Хао мысленно вздохнул: «Я и сам-то Ребекку вижу по праздникам!»
— Ты разве не слышала? — удивилась Ребекка.
— О чём?
— Город Лисис номинирован в Высший совет.
— Что?! Так этот кандидат — ты?
По правилам совета, номинировался правитель города Лисис, то есть Фан Хао. Но в глазах высшего света реальная власть принадлежала Ребекке, а Фан Хао считался лишь симпатичным юным мужем на содержании.
— А что, я уже не могу совершить нечто грандиозное на благо Федерации? — Ребекка кокетливо выпрямила спину.
Оливия рассмеялась:
— Я просто поражена. Не думала, что номинируют именно тебя.
— Моего мужа, — поправила её Ребекка, нежно прижавшись к рукаву Фан Хао.
Оливия закатила глаза, игнорируя их демонстрацию чувств.
Девушки погрузились в беседу. Они обсуждали всё на свете: свежие сплетни, кто на ком женился, какие кланы заключили династические браки… Типичный светский трёп богатых дамочек.
Впрочем, Фан Хао подметил: Оливия тщательно избегала любых тем, связанных с политикой и решениями совета. Умная женщина.
Поскольку дамы увлеклись и не обращали на него никакого внимания, а вести светские беседы со слугами было не с руки, Фан Хао извлек Книгу Лорда и стал лениво листать региональный чат. Читать треп ищейщиков-иномиряне оказалось куда интереснее, чем слушать истории о незнакомых ему старых аристократах.
Прошло немало времени. Подруги дошли до обсуждения какого-то старого дворянского дома, в котором якобы завелись призраки. Короче говоря, обсудили всё, кроме главного.
В этот момент парадные двери распахнулись, и в холл вошел высокий, статный мужчина в роскошном дворянском камзоле.
Доэрти.
Глава Чертогов Правосудия в городе Серебряных Крыльев.
Увидев Фан Хао и Ребекку, Доэрти на секунду замер — явно не ожидая увидеть их здесь так быстро.
Оливия с улыбкой поднялась, подхватила мужа под руку и проворковала:
— Наконец-то ты вернулся! Ты только глянь на них — сидят, ручки сцепили, продохнуть друг без друга не могут!
Доэрти смерил Ребекку и Фан Хао прохладным, исполненным властности взглядом. Но услышав щебет жены, его суровое лицо немного смягчилось:
— Вот как?
— А то! — Оливия прижалась к его плечу. — У нас с Ребеккой свои женские секреты. Если ты свободен, покажи господину Фан Хао наш дом, покажи ему тут всё.
Доэрти ещё раз окинул гостей взглядом и, не желая расстраивать супругу, кивнул:
— Фан Хао, иди за мной.
Фан Хао переглянулся с Ребеккой, поднялся и проследовал за Доэрти на второй этаж.
Они поднялись по винтовой лестнице, прошли по длинному коридору и остановились перед одной из дверей.
Слуга вбежал первым, зажег подвесной ночной камень, воскурил благовония и подал горячий чай с изысканными сладостями. Вся процедура была отточена до автоматизма.
— Присаживайся, — буркнул Доэрти.
Димитей остался караулить у дверей, а Фан Хао вошел в кабинет.
Доэрти опустился в кресло за письменным столом, Фан Хао присел напротив.
[Доблестное Сердце — Доэрти (Оранжевый герой 8-го ранга)]
Прежде Фан Хао видел Доэрти лишь на заседаниях совета — тот восседал на высоком возвышении Высшего совета. Теперь же, находясь вблизи, Фан Хао смог оценить его характеристики. Глава Чертогов Правосудия в городе Серебряных Крыльев имел всего лишь 8-й оранжевый ранг. По боевой мощи он находился примерно на одном уровне с Димитеем.
Доэрти обладал могучим телосложением и суровым нравом, излучая невидимую ауру давления.
— Пришел из-за Высшего совета? — прямо спросил Доэрти. Голос его звучал низко и холодно.
Фан Хао ответил без запинки:
— В город Серебряных Крыльев я приехал ради совета. А сюда пришел, чтобы сопроводить Ребекку в гости к госпоже Оливии.
Доэрти с легким удивлением поднял глаза на юношу. Его удивил не сам ответ, а тон, которым тот был произнесен. В Федерации древние аристократы и депутаты вели разговоры с Доэрти с трепетом и робостью. А этому парню на вид едва исполнилось двадцать лет. По словам жены, он был лишь «маленьким мужем» Ребекки, но говорил абсолютно спокойно, без малейших признаков нервозности или смущения.
Внимательно изучив Фан Хао, Доэрти произнес:
— Ты весьма хладнокровен.
Фан Хао кивнул, не намереваясь вести светские беседы о своем хладнокровии. Выпавший шанс пообщаться с Доэрти наедине выпадал не каждый день.
— Какова позиция главы Доэрти относительно вступления города Лисис в Высший совет?
— Ты вправе задавать такие вопросы?
— Разумеется.
Доэрти снова бросил на него долгий взгляд. Неважно, правду говорит этот юноша или блефует, но раз он гость, поддержать разговор стоит.
Поразмыслив, Доэрти ответил:
— Чертоги Правосудия пока не сформировали окончательную позицию по этому вопросу. Нам требуется дополнительное обсуждение.
Отсутствие четкой поддержки в данный момент само по себе являлось ответом. И это было предсказуемо. В Высшем совете восседали пять членов. И если вместо прямого принятия кандидатуры назначались дополнительные «консультации», это означало лишь одно — их не хотят там видеть. Даже без общего голосования любого из пяти членов Высшего совета было достаточно права вето, чтобы заблокировать город Лисис. Кто захочет делиться властью?
Фан Хао не стал ходить вокруг да около и выложил карты на стол:
— Давайте без экивоков, глава Доэрти. Какую именно услугу мы должны оказать Чертогам Правосудия, чтобы совет сдержал свое обещание?
Брови Доэрти сошлись к переносице. В словах юноши явственно прозвучал упрек в нарушении слова. Ведь Доэрти сам во всеуслышание заявил: тот, кто решит проблему с нежитью, получит место в Высшем совете. А теперь начались эти виляния.
Впрочем, формально он обещал лишь номинировать кандидатуру, а не гарантировал автоматическое вхождение.
— Услугу Чертогам Правосудия? — Доэрти откинулся на спинку кресла с легкой усмешкой. — Ты еще слишком молод, а замашки у тебя крупные…
— Десять пятиствольных органных орудий гномов!
— Что ты сказал? — Доэрти нахмурился.
— У меня есть десять пятиствольных органных орудий гномов. В Торговом союзе их рыночная стоимость составляет пятьдесят миллионов Военных монет, — спокойно произнес Фан Хао.
Брови Доэрти сдвинулись еще сильнее. Он въедливо всматривался в лицо юноши, пытаясь понять, не шутит ли тот. Органные орудия гномов — это вопрос не денег, а доступности. Гномы категорически не продают такое оружие чужакам. У Восьми Пиков имеются подобные орудия, но людям, пусть даже союзникам, они продают лишь обычные пушки. Органные орудия можно добыть разве что на аукционах Торгового союза, где каждая фракция обязана выставлять ценные лоты. Да и там их раскупают мгновенно.
И этот парень утверждает, что у него их десять?
Если они у него есть, почему они не стоят на оборонительных валах города Лисис? Разведка Чертогов Правосудия не обнаружила ни одного органного орудия в Лисисе.
— Здесь не место для глупых шуток, — строго предупредил Доэрти.
Фан Хао продолжaл:
— Я купил их на весеннем аукционе Торгового союза. Как вам такое предложение? Если вы дадите согласие на вхождение города Лисис в Высший совет, эти десять орудий станут собственностью Чертогов Правосудия.
Он подчеркнул: именно Чертогов Правосудия, а не всего совета. Прямой и незавуалированный подкуп Доэрти.
— Хм! И ты думаешь, я поверю, что ты способен выложить десять органных орудий? — с сомнением спросил Доэрти.
— Эх, глава Доэрти, мелковато мыслите! — усмехнулся Фан Хао. — Подумаешь, органные орудия. Не велика невидаль! Я тут даже подумывал подарить парочку королеве Анастасии, раз уж у Чертогов Правосудия их нет. Но повторюсь: ваше согласие — и десять орудий ваши. Я распоряжусь, и иномиряне доставят их прямо сюда.
Он упомянул ящеров исключительно ради поднятия собственного веса в глазах собеседника.
— Анастасии? Какая еще королева? — нахмурился Доэрти.
— Королева Священной Династии Анастасия. Люди привыкли звать их ящеролюдьми.
— Ты с ней знаком?
— Мы провели несколько весьма успешных сделок и находимся в довольно теплых отношениях, — Фан Хао неторопливо сделал глоток чая, убедившись, что в нём нет яда.
Доэрти зажмурился. Этот парень становился для него все большей загадкой. Первоначально, исходя из донесений разведки и слов жены, Фан Хао казался ему обычным симпатичным альфонсом, живущим за счет Ребекки. Но сейчас становилось очевидно: юноша далеко не так прост, как пытаются показать слухи.
Доэрти погрузился в раздумья и наконец произнес:
— Даже если Чертоги Правосудия дадут согласие, это не гарантирует одобрения остальных четырех членов.
Фан Хао кивнул:
— Об этом вам беспокоиться не стоит, глава Доэрти. С остальными четырьмя фракциями я переговорю лично. От вас требуется лишь один голос «за» от имени Чертогов Правосудия.
Доэрти вновь замолчал.
Пятьдесят миллионов Военных монет за один голос. Невероятный размах! На эти деньги можно полностью перестроить целый городской квартал.
После паузы, за время которой Фан Хао успел допить чай, Доэрти наконец произнес:
— Я могу дать предварительное согласие. Но мне нужно обсудить этот вопрос внутри Чертогов Правосудия. Ответ дам через несколько дней.
— Договорились, — спокойно кивнул Фан Хао.
Дальнейший разговор уже не касался дел совета. Доэрти пытался аккуратно выведать, где именно находятся земли Фан Хао и как тот получил доступ к закрытым аукционам Торгового союза. Фан Хао увиливал как мог, а там, где уклониться не удавалось, сваливал всё на Ребекку — мол, она запрещает ему болтать лишнее. И на глазах Доэрти снова превратился в послушного альфонса.
На втором этаже, в уютной спальне.
Мягкий свет ночных камней озарял изысканный туалетный столик. Оливия, облаченная в чёрный шелковый пеньюар, показывающий изгибы её зрелого тела, сидела перед бронзовым зеркалом, пока Ребекка показывала ей, как пользоваться привезенной косметикой.
— Ну и как твой юный муж? — тихо спросила Оливия.
— В каком смысле?
Оливия игриво улыбнулась:
— В постели. Хорош?
Ребекка вспыхнула и смерила подругу строгим взглядом:
— Хорош, довольна?
Оливия окинула её взглядом. Её собственный муж был героем воинского класса, обладавшим физическими возможностями, далеко превосходящими обычных людей. Но даже он не мог заслуживать таких недвусмысленных похвал. А тут — молодой, с виду худенький паренек… Оливия решила, что Ребекка просто щадит самолюбие своего юного избранника.
— Ох, вижу, ты в него по уши влюблена, раз так защищаешь его достоинство! Я даже начинаю ревновать, — наигранно вздохнула Оливия.
— Я говорю чистую правду! — серьезно возразила Ребекка.
— Ага, конечно! Небось сама его всю ночь заставляешь отрабатывать, вот он у тебя такой худенький и ходит! — Оливия игриво шлепнула подругу по бедру.
Ребекка уклонилась:
— Ты стала совсем как эти светские сплетницы! Только об одном и думаешь!
— Кто бы говорил!
Девушки шутливо погнались друг за другом по комнате, как вдруг из-за двери раздался голос Фан Хао:
— Ребекка, время уже позднее. Не будем мешать госпоже Оливии отдыхать.
Возня в спальне мгновенно утихла.
— Иду! — откликнулась Ребекка. Затем она шепнула Оливии на ухо: — Мне пора. А в этом наряде ты гарантированно сведешь Доэрти с ума.
Оливия покраснела. Нарядиться в шелка и чулки среди ночи — понятное дело, для кого это предназначалось. Но слышать это вслух было слегка смутительно.
— Ой, да ну тебя!
— Всё, я пошла, не провожай.
Ребекка выскочила за дверь, подхватила Фан Хао под руку, и они направились к выходу.