Глава 502 - Полученные сведения
Пожар на торговой улице потушили ещё за полночь.
Но отголоски его не утихли и наутро. По всему городу сновали люди, разбирая завалы. Стражники в форме сновали туда-сюда, выясняя причину случившегося.
Позавтракав, Фан Хао вместе с Анджей и остальными отправился взглянуть на место происшествия. Добравшись, они увидели толпу. Люди толпились вокруг, переговариваясь: кто-то, мол, поджёг, у кого-то родня сгорела заживо, и всё в таком духе. Судачили о вчерашнем пожаре.
Фан Хао и его спутники, народ крепкий, без труда протиснулись сквозь толпу.
И увидели всю улицу целиком.
Выгорело не одно-два здания. Куда ни глянь — целые ряды построек с обугленными фасадами, кое-где ещё курился дымок. Люди в жёлтых одеждах обрабатывали тлеющие участки. Хорошо ещё, вчера маг вызвал ливень, иначе полгорода бы выгорело.
Глядя на это пепелище, Фан Хао вспомнил о Ли Жун. Из здешних он мало кого знал, а с ней был знаком лучше всех. И её лавка как раз стояла на этой улице.
Размышляя так, он снова протиснулся сквозь толпу и направился к павильону «Сяньмэн».
Чем дальше он углублялся, тем яснее понимал: пожар был страшнее, чем казалось. Похоже, огонь вспыхнул именно в «Сяньмэне» и уж оттуда перекинулся на соседние лавки. Всё выгорело дотла.
О каком входе могла идти речь! Перешагнув через обрушившуюся стену, Фан Хао ступил внутрь.
Внутри царил полный хаос. Ни косметики, ни одежды, ни украшений — ничего не уцелело. Он уже собрался достать Книгу Лорда, чтобы связаться с Ли Жун, как вдруг услышал — из-за обломков доносились сдавленные рыдания.
Плач был тихим, словно его старались сдержать. Но по хриплому, дрожащему голосу чувствовалось, как человеку горько.
Фан Хао обогнул стену.
В углу, скорчившись, сидела Ли Жун, вся перемазанная сажей. Она спрятала лицо в ладонях, и плечи её ходили ходуном. Заслышав шаги, она поспешно вытерла слёзы и подняла голову.
Залитое слезами лицо превратилось в сплошное грязное пятно.
Увидев Фан Хао, она не выдержала — слёзы хлынули с новой силой.
Фан Хао понимал её горе. Столько трудов! Казалось, всё уже налаживается. И вот — один пожар, и нет ничего. Ни второго филиала, ни бизнеса, ни надежд. Одно пепелище.
Он присел на корточки и легонько похлопал её по вздрагивающему плечу.
— Всё будет хорошо. Не плачь. — мягко проговорил он.
Но его слова лишь подлили масла в огонь. Ли Жун с рыданиями бросилась ему на грудь, и плач её стал только громче. Слёзы вмиг промочили рубашку.
— Всё пропало... Всё... — всхлипывала она.
У Ли Жун были свои владения, в городе она не жила. Прошлой ночью она слышала гром, но о пожаре и не ведала. А сегодня утром пришла в город и сразу поняла: что-то не так. Увидев обугленные руины «Сяньмэня», она оцепенела. В голове — ни одной мысли.
Она ворвалась в пепелище и принялась раскапывать обломки в поисках уцелевшего товара. Но разве могло что-то уцелеть в таком огне? Из-под обломков она доставала лишь головешки.
Так и стояла она, прижавшись к груди Фан Хао, и бормотала сквозь слёзы: «Нет ничего... совсем ничего...»
Фан Хао знал о её мечтах о деле. Знал, как больно терять всё. Он всё так же мягко поглаживал её по спине:
— Фабрика-то цела. Фундамент остался. Можно начать заново...
Хны-ы-ы...
Ли Жун проплакала ещё немного, потом понемногу затихла. Утерев слёзы, она отстранилась.
Некогда миловидное лицо теперь было размазано слезами и сажей. Казалось, она и сама побывала в огне.
— Вытри лицо. Вся в саже, как чучело. — Фан Хао протянул ей платок.
Ли Жун взяла его и провела по лицу. От этого сажа только размазалась ещё сильнее.
Видя, что она немного пришла в себя, он спросил:
— Никто не пострадал?
Ли Жун выглядела отрешённой. Прежней живости в ней не было и в помине.
— Нет... По ночам в лавке никого не остаётся. Просто... моя лавка... её больше нет...
— Ничего, отстроим. Главное, что люди целы. — Фан Хао заметил, что от её вытираний лицо стало только чернее. Он смочил платок водой и сам стёр с её щёк грязь, открывая бледную кожу.
— Ой!
Внезапно Анджа, рывшаяся в обломках, вскрикнула. Она разгребла мусор и вытащила продолговатую железную шкатулку.
Ли Жун, всё ещё шмыгая носом, повернулась на звук. Увидев коробку в руках Анджи, она всхлипнула раз-другой — и вдруг, сорвавшись с места, подбежала к ней.
Выхватив шкатулку, она открыла крышку. Внутри аккуратными стопками лежали золотые монеты. Это была дневная выручка лавки.
Анджа не стала возражать, что у неё отобрали находку. Сейчас в казне владений и без того полно денег, ей на эти монеты было плевать.
Способность Анджи отыскивать сокровища всегда вызывала у Фан Хао восхищение. Нашла деньги прямо среди пепла — что с неё взять.
Ли Жун прижала шкатулку к груди и несколько раз глубоко вздохнула, успокаиваясь. Когда эмоции улеглись, она тихо спросила:
— Фан Хао, Анджа... Вы как здесь оказались?
— Вчера видели зарево. Решили проведать тебя. — пояснил Фан Хао.
Пожар этот был странным. Город Серебряных Крыльев — крупный, уровня эдак пятнадцатого. Лавки на торговой улице строили из аккуратно тёсаного камня. Даже при закрытых дверях такой огонь сам по себе не вспыхнет. И хорошо ещё, что маг вызвал дождь, иначе сколько бы зданий сгорело, сколько народу погибло.
— Спасибо вам. — поблагодарила Ли Жун.
И надо же — первыми, кто пришёл к ней на помощь, оказались Фан Хао и его люди, с которыми она имела дело всего раз.
— А что дальше... — начал Фан Хао.
Но договорить не успел — за стеной послышались торопливые шаги и крики:
— Госпожа Ли! Госпожа Ли! Есть новости!
Шаги приблизились, и во двор вбежали несколько работников «Сяньмэня». Увидев Фан Хао и его спутников, они слегка опешили.
— О, и вы здесь, босс! — узнал его один из работников-попаданцев, обратившись по старой привычке.
Непонятно было, что этим людям здесь надо, но сейчас было не до расспросов.
Фан Хао кивнул:
— Ага.
Поздоровавшись, работник перевёл взгляд на Ли Жун.
Та уже взяла себя в руки. Глаза ещё красные, но лицо снова стало лицом строгой хозяйки, лишь чуть перепачканным.
— Что стряслось? Вечно ты как ошпаренный. — Ли Жун достала сигарету и прикурила.
— Госпожа Ли, мы только что узнали от ночной стражи. Они велели подумать, не было ли у вас врагов. Тот пожар — дело рук человеческих. — выпалил работник.
— Человеческих рук? — Глаза Ли Жун сузились.
Только что она горевала — и вот уже пылала гневом. Всё, что она создавала, уничтожено — и это сделал кто-то намеренно!
— Да. Стража говорит, что очаг был у нас, и они нашли следы горючего вещества. Велели подумать, кто мог такое устроить, и сообщить им. — продолжил работник.
Среди работников были и попаданцы, и местные. Работа у них была непыльная: продавать товар, учить женщин краситься. Платили прилично. Можно было жить спокойно всю зиму, и семьи были бы при деле. А теперь этот пожар лишил их всего. Они знали, что это поджог, и злились не меньше.
— Хорошо, я поняла. Поищите тут, вдруг что ещё уцелело, что можно забрать. — распорядилась Ли Жун.
— Есть, госпожа.
Работники разбрелись по пепелищу.
Третий этаж — это украшения. Анджа смогла что-то найти — может, и им повезёт. Если не они, так городские уборщики всё равно всё выгребут.
За стенами руин.
Ли Жун курила, размышляя.
Фан Хао осмотрелся: оставаться здесь ей негде. Он предложил:
— Пойдём ко мне. Приведёшь себя в порядок. Тут недалеко, да и тебе удобнее будет, если что.
Ли Жун, погружённая в мысли о поджигателе, замялась:
— Н-неудобно как-то...
Фан Хао понял, что её смущает.
— Здесь всё в руинах, думать всё равно не получится. Пойдём, там и поразмыслишь спокойно. — сказал он напрямую.
В этот раз Ли Жун не отказалась. При её нынешнем положении сближение с Фан Хао — только на руку.
— Спасибо, босс Фан Хао.
Фан Хао кивнул и повёл её к себе.
...
У военных Лисиса было своё поместье, выделенное городом. Здание просторное, комнат много пустовало.
Вернувшись, Фан Хао велел приготовить для Ли Жун воду, чтобы она могла помыться. Сейчас она была черна, как трубочист.
Приказав служанкам позаботиться о гостье, Фан Хао занялся своими делами.
До совета оставалось всё меньше. А перед его началом несколько дней подряд шли закрытые совещания. Ребекка теперь каждый день пропадала на заседаниях, пытаясь перетянуть на свою сторону влиятельные силы.
Вернувшись в комнату, он почувствовал вибрацию Раковины Голоса, лежавшей в пространственном хранилище.
Достав её, он увидел сообщение от Лораны.
Может, из-за того, что Лорана всегда была сурова, а он уже начал обхаживать Ребекку, — при виде весточки от неё сердце почему-то ёкнуло.
Поднеся раковину к уху, он услышал приятный, но холодный голос Лораны:
— Крысы принесли вести.
Услышав эту короткую фразу, Фан Хао опешил.
Так быстро?
Вчера Ребекка упомянула о предателях в Лисисе. После того как они простились, он вернулся в комнату и связался с Лораной. Та не особо горела желанием, да и у самого Фан Хао совесть была нечиста из-за Ребекки. Они долго препирались, пока он не сказал, что это поможет Ребекке. Тогда Лорана наконец согласилась заняться расследованием.
Фан Хао, впрочем, и не просил её вести расследование в привычном смысле. Люди копают такими темпами — до начала совета не успеют. Ему нужны были Черепные крысы — подземный мир. У них была самая разветвлённая сеть осведомителей во всём Лисисе. Даже Безликих когда-то ловили по их наводке. Вычислить парочку предателей для них — плёвое дело.
Но чтобы так быстро...
Фан Хао поднёс раковину к губам:
— Кто именно?
Вскоре голос Лораны ответил:
— Всего четырнадцать. Пятеро уже исчезли, остальных я взяла под стражу.
Ничего себе, сколько! Это уже не подкуп — это целая сеть шпионов, внедрённых заранее.
— Нужны имена этих пятерых. — попросил Фан Хао.
— Хорошо. Служанка Стаси, чиновник по внутренним делам Марк... — Лорана без запинки перечислила пять имён — от горничной Ребекки до местных чиновников.
После отъезда Ребекки эти люди под разными предлогами исчезли. Похоже, они уже давно тайно пробрались в город Серебряных Крыльев. И ждут только начала совета, чтобы выступить свидетелями и нанести удар в спину.
— Понял. — ответил Фан Хао.
Он уже собирался убрать раковину, как снова раздался голос Лораны. На этот раз в нём слышалась лёгкая неуверенность:
— Кхм... Вы там как, благополучно добрались?
— Да, всё хорошо. Как только решим вопрос и закончится совет — вернусь. — ответил Фан Хао.
— Ребекка в порядке? Ты её не обижаешь? — снова спросила Лорана.
Он и представить не мог, что Лорана заговорит таким тоном. В другое время он бы отпустил какую-нибудь колкость. Но сейчас не решался. В голове уже рисовалась картина, как он вернётся, а Лорана узнает о нём и Ребекке...
И что тогда будет? Лучше не думать.
Сейчас не время. Если тянуть с ответом — она что-нибудь заподозрит.
— Всё хорошо, чего мне её обижать. Я и тебе подарок привёз. Вернусь — отдам. — сказал он в раковину.
— Хорошо. — ответила она и снова стала прежней — холодной и отстранённой.
Разговор окончен.
Фан Хао открыл Книгу Лорда и проверил уровень верности Лораны.
[Одинокая Краса Ночи — Лорана Ан Тобиас, текущая верность: 67.]
Хм... Неплохо. Уже шестьдесят семь. Вряд ли она решит его прикончить.
Фан Хао толкнул дверь и вышел.
В тот же миг открылась дверь напротив. Оттуда вышла Ли Жун — чистая, после купания.
На ней была бежевая кофта и облегающие брюки. Длинные стройные ноги так и обтягивала ткань. Кожа у неё и так была светлая, а в этом наряде она словно преобразилась. Уже не та бойкая и разбитная хозяйка лавки, а скорее чистая, яркая молодая женщина.
Одежда была запасной, из гардероба Анджи. Фигура у Анджи спортивная, но кое-что у неё было маловато. На Ли Жун всё сидело в обтяжку — и грудь, и бёдра, и талия.
— Босс Фан Хао.
— А, ты. Ну что, догадалась, кто это сделал? — спросил Фан Хао.
Глаза Ли Жун вспыхнули убийственным холодом:
— Догадалась...