Глава 349 - Хвала прекрасной даме
Кровавый Замок контролировал всё Лунное Нагорье, хотя его войска насчитывали от силы тысяч шестьдесят. Союз Человечества мог бы без труда снести вампиров, но так и не сделал этого, предпочтя подписать унизительный мирный договор.
Главной причиной тому был Красный Герцог — оранжевый герой 9-го ранга. Одно его имя внушало такой ужас, что соседи боялись даже помыслить о нападении.
Уничтожить Кровавый Замок люди бы смогли, но связываться с оранжевым героем без крайности никто не хотел: Красный Герцог был непревзойденным охотником и мог перебить верхушку Союза поодиночке.
Даже когда армия нежити Фан Хао ворвалась на Нагорье, справиться с Красным Герцогом удалось лишь благодаря воскрешению Лораны.
Именно поэтому Фан Хао так жаждал получить его останки. Едва узнав о гибели Герцога, он тут же снарядил поисковую экспедицию.
В Главном зале замка молча восседал Великая Стена. У его ног лежал узел из льняной ткани, в котором угадывались очертания черепа.
Увидев спускающегося Фан Хао, рыцарь поднялся и преклонил колено:
— Владыка.
— Ну как? Есть успехи? — Фан Хао опустился на Трон из костей.
Великая Стена виновато опустил голову:
— Повелитель, я искал несколько дней, но нашел лишь обрубки. Остальное тело найти не удалось.
Розыск в горах оказался адским трудом. Лорана указала примерный район, но найти фрагменты тела в ущельях было сложнее, чем иголку в стоге сена. Несмотря на поиски с воздуха с помощью костяных драконов, найти удалось лишь малую часть.
Фан Хао вздохнул. Порыв азарта мгновенно угас.
Лояльность героев-скелетов изначально равна 100%, так что Великая Стена не стал бы лениться. Раз говорит, что не нашёл — значит, тела действительно нет.
— Встань, Великая Стена. Покажи, что удалось собрать.
Рыцарь поднялся и развязал холстину.
Внутри лежали высохшие, обугленные фрагменты: череп, кисть руки, пара костей и целая пара иссохших крыльев нетопыря. Солнце сделало свое дело — точно так же выглядел казненный Филдинг.
Судя по всему, Лорана настолько ненавидела Красного Герцога, что буквально разорвала его на куски и развеяла по ветру. Из этих жалких остатков ни Нильсен, ни Зал трансформации скелетов не смогут поднять полноценного героя.
«Что ж, к лучшему, — подумал Фан Хао. — Нужно уважать чувства Лораны. Подними я Красного Герцога в виде скелета, она бы взбесилась и снова его разнесла».
Но глядя на череп и крылья, он вспомнил про дневник демонической куклы. Для головы голема требовался как раз череп героя!
Раз с героем-скелетом не вышло, останки станут отличным материалом для марионетки. И тело пристроено, и Лорана не в обиде.
Фан Хао прояснел лицом:
— Ты отлично справился, Великая Стена. Отнеси это Нильсену в музей органов, пусть законсервирует.
— Слушаюсь, господин.
Великая Стена завязал узел и удалился.
Фан Хао остался в зале один. Создание демонической куклы требовало не просто костей, но и глубоких знаний алхимии. Похоже, пора либо самому учиться алхимии, либо искать среди живых грамотного специалиста.
...
Два дня спустя.
Город Лисис, Храм.
Фан Хао в сопровождении Анджи нанял на улице двоих рабочих и принес в храмовый комплекс тюки с 50 готовыми комплектами [Одеяние аколита пламенной веры] .
— Сударь, вы кого-то ищете? — навстречу вышел молодой аколит.
— Я купец. Прошлый раз обещал пожертвовать храму одежду. Вот, привез первую партию, — улыбнулся Фан Хао.
Узнав о пожертвовании, аколит расплылся в почтительной улыбке:
— О! Проходите в приемную, я сейчас же позову жрицу!
Рабочие сгрузили тюки, Фан Хао расплатился с ними, и те ушли.
Вскоре дверь отворилась, и в комнату вошла сгорбленная старая жрица. Увидев Фан Хао и девушку-зверолюдку, она опешила. Прошло совсем немного времени с их первой встречи. Неужели передумал? Такое бывало сплошь и рядом.
— Торговец, мы снова встретились. В прошлый раз я даже не спросила ваше имя.
— Меня зовут Фан Хао. А как обращаться к вам, уважаемая жрица?
— Мириам, — представилась старуха, садясь напротив.
— Матушка Мириам, я привез первые 50 мантий. Остальное доставлю позже.
Жрица нахмурилась. Обычно пожертвований приходилось ждать месяцами, а то и годами, а тут — пара дней!
— Вы не шутите, господин Фан Хао?
Фан Хао молча развязал тюк и достал одну мантию.
Старая жрица взяла ткань и обомлела. Качество пошива было безупречным! Даже одежда, заказываемая через ратушу, уступала этой строчке. Ткань приятная, мягкая...
Но едва жрица заметила стилизованный череп на груди, её лицо перекосилось:
— Господин Фан Хао, это ещё что такое?!
— Не поймите неправильно, матушка Мириам, — спокойно пояснил Фан Хао. — Мое заведение называется Текстильный дом Кости. Точно такой же знак стоит на нарядах, которые у меня заказывает госпожа Ребекка. Разница лишь в том, что для знатных дам знак делается незаметным.
Услышав имя Ребекки, жрица сменила гневливый тон на милость. Значок — полбеды, главное, чтобы это не было дерзкой провокацией против Бога Света и Богини Плодородия.
— Госпожа Ребекка тоже шьет у вас?
— Разумеется! В этом году наш Текстильный дом Кости выбран официальным поставщиком платьев для Совета Союза. Скоро о нашей фирме заговорит весь город!
Мириам окончательно смягчилась. Раз сам Совет Союза одобряет эти наряды, то и храму зазорно не будет.
— Что ж, спасибо вам, господин Фан Хао. Когда следующие комплекты будут готовы, я пришлю людей забрать их.
— Договорились.
Они вышли в коридор. Проходя мимо одной из открытых дверей, Фан Хао услышал слащавый мужской голос:
— Хвала Богу Света, хвала Богине Плодородия, и хвала вам, прекрасная жрица! Пусть ваша кожа остается нежной, а лик — юным и прекрасным...
— Ах, да я ведь не жрица, а лишь скромный аколит... — ответил смущенный девичий голос.
Фан Хао заглянул в комнату. Внутри худощавый светловолосый мужчина средних лет держал за руку юную девушку-аколита и увлеченно вешал ей лапшу на уши.
Кхе-кхе! — громко прокашлялась Мириам.
Девушка обернулась, залилась краской и вырвала руку.
— Матушка Мириам!
— С этого дня переходишь на работу в сад. В приемном покое тебе делать нечего, — отрезала старая жрица.
— Слушаюсь... — Девушка выбежала прочь.
Мужчина попытался сгладить угол:
— Матушка Мириам, выражаю вам свое глубочайшее почтение...
— Заткнись! Чтоб к обеду ноги твоей здесь не было!