Глава 605 - Предок старого патриарха
Мэн Цзинтянь окинул Су Е одобряющим взглядом:
— Неплохо.
Затем он перевёл взор на старика:
— Что у вас стряслось?
Старый патриарх со вздохом покачал головой и кивнул на юношу:
— Пусть уж этот сопляк сам всё изложит. Су Е, перескажи своему старшему наставнику всё, что тебе удалось выяснить.
Су Е благодарно кивнул. Старик давал ему отличную возможность проявить себя. Юноша не стал мешкать и без утайки рассказал, как применил одноразовое сокровище «Пророчество Бедствия» и что именно увидел в смутных видениях грядущего.
— Страна Фи, говоришь? — Мэн Цзинтянь скрестил руки на груди, задумчиво переводя взгляд со старика на Су Е.
В его ладони из воздуха соткалась мерцающая карточка — ещё одно одноразовое сокровище «Пророчество Бедствия». Не теряя времени, Мэн Цзинтянь активировал её прямо перед ними.
В воздухе развернулась полупрозрачная проекция, являя объятый туманом далекий край. Изувеченная реальность Страны Фи предстала во всей своей жуткой наготе. Пророчество Су Е оправдалось до единого слова: там разверзлась истинная катастрофа.
Если прежде Мэн Цзинтянь и старый патриарх питали тень сомнения — не ошибся ли юнец, не раздул ли из мухи слона — то теперь последние сомнения рассеялись без остатка. Действительность оказалась куда мрачнее и страшнее, чем описывал юноша.
— Их всех до единого подменили Демоны Пустоты... — тяжелый, будто налитый свинцом голос Мэн Цзинтяня прорезал тишину. — Даже Запретный Страны Фи пал и был замещен. Похоже, их оборонительный рубеж сгнил изнутри.
За свою долгую жизнь Мэн Цзинтянь невиданное число раз видел, как Главный мир подвергался вторжениям. Но ни одно из них не сравнилось бы с текущей угрозой. Даже когда враги насквозь пробивали оборонительные рубежи Империи — то была честная, открытая война. А здесь... Целая нация была беззвучно и бесследно стёрта и заменена чудовищами. И если бы не своевременная догадка Су Е, Главный мир до сих пор пребывал бы в святом неведении. Вот что внушало настоящий, леденящий душу ужас.
— К слову, Турнир Юных Владычеств в этом году ведь должен проходить именно в Стране Фи? — внезапно проговорил старик.
— Именно, — Мэн Цзинтянь хмуро кивнул. — Решение приняли буквально на днях.
Он посмотрел на наставника и его ученика и безапелляционно произнес:
— Возвращайтесь. Это дело вышло далеко за пределы вашей компетенции. Вы больше ничего не сможете сделать.
Старый патриарх молча наклонил голову. Своё дело они сделали — доставили весть. Остальное их уже не касалось. Да и при всем желании они бы не смогли вмешаться: уровень старого патриарха был слишком мал для игр межгосударственного масштаба. К тому же главной проблемой оставалось отсутствие неопровержимых доказательств. Одно лишь видение из сокровища «Пророчество Бедствия» нельзя было предъявить мировому сообществу — ведь оно показывало лишь один из возможных вариантов будущего. А будущее изменчиво. Как доказать, что враг орудует там прямо сейчас, а не нападет через сотню лет?
Вооруженное вторжение в чужую державу без железобетонного повода спровоцировало бы колоссальный хаос во всем Главном мире. Это было абсолютным табу.
— Ладно, ступай к себе и держи язык за зубами, — строго наказал патриарх Су Е.
Юноша покорно кивнул и покинул кабинет. Его единственной целью было предупредить руководство об опасности. Что станет со Страной Фи — его волновало мало. Су Е заботил лишь покой Империи. Сгинут ли чужеземцы или выживут — какая разница, пока родные рубежи в безопасности? Юноша опасался лишь одного: что скверна из Страны Фи перекинется на Империю и втянет её в кровавый хаос. Пока Империя незыблема, он может спокойно и размеренно развивать свои земли.
Тем временем Мэн Цзинтянь отправился в самые сокровенные глубины академии — к своему собственному предку. К дедушке дедушки своего дедушки. К великому патриарху их линии, истинному мастеру, что звался — Запретный Академии.
Выслушав тревожный доклад о Стране Фи, легендарный Запретный Академии неропливо закрыл древний, пахнущий вековой пылью фолиант. В его глубоких, словно недра космоса, глазах замерцали нити незримых Законов, рождающихся и умирающих в бесконечном цикле.
— Страна Фи... — прошелестел его голос, подобный утреннему бризу. — Оповести Империю, пусть готовятся. Меж державами пролегли древние границы, и не нам нарушать их покой. Мы не имеем права вмешиваться в чужие дела. Сделай вид, будто ничего не знаешь, но официально передай информацию императорскому престолу. Дальше пусть решают они.
— Понял, — чеканно ответил Мэн Цзинтянь.
В эти смутные времена, когда Главный мир трещал по швам, Империя не могла позволить себе опрометчивых шагов, особенно на международной арене. Безрассудно отправлять людей на убой ради чужих земель никто не стал бы. Если прорвется фронт — это станет бедой не одной лишь Империи, а проблемой всего Главного мира.
Текущая стратегия Империи была проста и сурова: удержать собственные границы, а на остальное закрыть глаза. Да и внутри самой страны хватало грязи — чистка внутренних рядов ещё даже не началась. Вторжение предателей в Имперский столичный университет наглядно показало, что верхушка подгнила. Власть не наносила удар лишь потому, что в текущей обстановке резкие движения могли спровоцировать гражданскую войну.
Империи требовалась стабильность. Возвращение Экспедиционной армии должно было успокоить народ и сплотить общество. Когда легендарные ветераны встанут на защиту столицы, любые внутренние бури станут лишь легким всплеском в стакане воды.
— Я немедленно отправлю донесение наверх. Пусть у императора болит голова, — подытожил Мэн Цзинтянь.
Главная загвоздка крошащейся мозаики состояла в отсутствии твердых улик. Карточка сокровища — слишком зыбкое основание. Да и к тому же соседние государства и без того относились к Империи с опаской и враждебностью. Вспыли Империя войной под предлогом спасения Страны Фи — и весь мир объединится против неё.
...В своей Главной территории Су Е размышлял об ответе верхов. На его лице застыла суровая задумчивость. Всё, что было в его силах, он сделал. Оставалось надеяться, что Империя примет исчерпывающие меры и защитит свои земли от заразы.
«Да уж, плетью обуха не перешибешь. С моими-то худыми ручонками только в великие дела вмешиваться», — с иронией подумал юноша, оглядывая свои владения.
Если уж Запретный столкнулся с проблемами, то что может сделать скромный парень ранга Серебро?
— Эх, будь что будет! Семь бед — один ответ, поплывем по течению, — вздохнул Су Е. — Дадут ли мне хоть когда-нибудь спокойно пожить? Неужто нельзя решать все миром? Обязательно нужно устраивать весь этот кошмар?
Ему хотелось лишь одного: лениво валяться на траве, наслаждаться уютом и радоваться каждому дню. Завоевание мира казалось ему невероятно нудным и хлопотным делом. Тихая, сытая и безопасная жизнь — вот единственная цель, к которой он стремился по-настоящему.