Глава 376
Горы и моря, созданные из людей.
Иначе это зрелище было не описать.
Толпы собрались, как тучи, услышав, что Спящий дракон Шаньзи, теперь уже известный как Божественный Огненный Дракон, Джин Тэ-Кён и Божественный дракон горы Хуа Чон Пун отбывают.
Собрались не только воины Мурима, но и простые люди, которые не знали страха. Настолько много людей вышло их проводить, что они растянулись в длинную цепь, которую даже нельзя было сосчитать.
– Счастливого пути, Божественный Огненный Дракон!
– Мурим Сычуани вас не забудет!
– Смотрите! У Божественного Дракона горы Хуа в руках рогатая змея!
– Ого, змея только что сделала сальто!
– Король Огня! Он пытается схватить её и сжечь!
Шум толпы постепенно стихал по мере продвижения процессии.
В это же время, на холме, где не было ни души, сидел молодой парень. Он наблюдал за всем происходящим, сидя на старом пеньке, и вдруг заговорил:
– Мы проделали долгий путь.
– Да, путь был не из лёгких.
Мун-Кён, смотря на усталого старика, задумчиво пробормотал:
– ...Мы действительно проделали долгий путь.
И он говорил не о расстоянии, а о том времени, что прошло с тех пор.
– Помнишь еще, как мы впервые встретились?
– Как я мог забыть?
Старик вытер пот с лба, словно вновь ощутил тот жар, что палил в день их встречи.
– Это был первый год правления Хун Му. Лето тогда было особенно жарким.
Год, когда закончилась война за трон, и на престол взошёл новый император.
Молодой и амбициозный император сменил название эпохи и задумал реформы, но истощённые войной люди были слишком усталыми, чтобы поддержать его идеи.
– Повсюду вспыхивали восстания, а дороги заполонили разбойники.
– Засуха и нашествие саранчи уничтожили урожай. Повсюду валялись тела солдат и мятежников, а вслед за этим началась эпидемия.
– Да, это были по-настоящему тяжёлые времена.
Смерть множилась, поглощая всё на своём пути.
Молодой плотник по имени Дон Бон, как и многие другие, не избежал этого мрака.
– Я до сих пор иногда вспоминаю те дни...
Прошедшие десятилетия изменили не только окружающий мир. Молодой плотник, потерявший от эпидемии жену и двоих детей, превратился в старого врача.
– Я часто думаю: если бы я нашёл вас раньше, возможно я бы смог спасти свою семью...
– Ты сожалеешь?
– Да.
Сидя на высоком холме, старый врач смотрел на медленно плывущие облака. В его глазах отражались небо и мысли молодого плотника.
– И буду сожалеть пока дышу.
Всего один день опоздал. Только один день всё изменил.
Когда плотник, уже больной, привёл в деревню неизвестного врача, было слишком поздно.
Он плакал весь день, выкапывая могилы для своих близких, а потом попросил врача об одном:
– Похоронить меня с ними. Помню я об этом тогда тебя просил.
Мун-Кён, не меняя тона, продолжил:
– И тогда я дал тебе пощёчину.
– Да уж, это было очень больно... Настолько, что хотелось умереть.
Но это была не физическая боль, а боль оттого, что он больше никогда не увидит своих близких.
– Тогда учитель поднял меня с колен.
Мун-Кён покачал головой.
– Я лишь протянул руку. Это ты сам решил за неё ухватиться.
– Я должен был жить. У меня появилась цель.
На самом деле, плотник должен был умереть от болезни,
Но целитель, используя знания, которых никто раньше не видел, вылечил его. И тогда плотник понял, что даже смерть можно обмануть, если знать как.
– До сих пор перед глазами стоит, как ты, встав на колени, просил взять тебя в ученики.
– Это не совсем так, как я запомнил, учитель. Я больше помню, как вы махнули мне рукой, чтобы я пошёл за вами.
Потеряв свою семью, молодой плотник нашёл новую цель, а старый врач, странствующий по миру и помогавший беднякам, обрел нового ученика.
Лишь спустя много лет, когда плотник по имени Дон Бон стал врачом, он узнал настоящую личность своего учителя.
– Святой Убийца... Все еще звучит пугающее. Тогда я впервые почувствовал, что не знаю вас, учитель.
Мун-Кён задумчиво уставился вдаль.
То, что он собирался сказать, было тем, о чём он никогда не спрашивал своего ученика.
– Почему ты не ушёл?
– Думайте я мог бы вас бросить, учитель?
– Я лишил жизни множество людей. Всего лишь уродливый демон, скрывающий своё прошлое. Я бы понял, если бы ты ушёл.
– Возможно, я и мог бы так поступить. Но я знал вас слишком хорошо, учитель.
И вдруг, тихо, почти шёпотом, он добавил:
– Божественный Доктор. Моего учителя называют Божественным Доктором. И он не тот, кто будет лишать жизни без причины.
– !..
В глазах Мун-Кёна мелькнула редкая эмоция. Это признание открыло ему правду, которую он никогда не признавал, и признание, которого он никогда не получал.
Он убивал без колебаний, не делая различий между праведниками, злодеями или демонами. За свою жизнь он отправил на тот свет бесчисленное количество людей, и у каждого из них была своя причина встретить смерть. Он знал одно: никого из них нельзя было пощадить.
Уважаемый государственный деятель, прославившийся своей честностью, втайне убивал женщин. А Лидер одной секты по своей прихоти уничтожил целую деревню.
Если бы он не выступил против Демонического культа, который вторгся в страну и убивал без разбора, его бы возможно не заклеймили как Святого Убийцу.
– Но с другой стороны, если бы я не сражался против Демонического культа, весь мир, как и всегда, указывал бы на меня пальцем.
Прозвище «Святой Убийца» стало всего лишь удобной отговоркой для великих сект, правящих миром, и одновременно признанием его непревзойдённой силы.
Хотя Мун-Кён всегда оставался самим собой, люди не знали правды, скрытой за его образом, да и не стремились узнать её.
– Почему вы некому не рассказали?
– Это уже в прошлом. Я покинул мир Мурима и решил стать врачом. И буду следовать этому пути.
Мун-Кён медленно поднялся.
Мун-Кён поднялся на ноги. Огромная процессия, которую ранее можно было наблюдать у семьи Тан из Сычуани, уже растворилась вдали.
– Пора идти. Нас ждут больные.
И в этот момент, когда его сухой голос разрезал тишину, раздался голос его старого ученика:
– Вскоре разразится великая война.
Шаги Мун-Кёна замерли. А ученик за его спиной продолжал говорить:
– Все повторится вновь. Множество людей погибнет или будет ранено. Родители потеряют детей, а дети — родителей. Крики и смерть будут повсюду, не зная конца.
– ...Значит, предстоит много работы. Придётся подготовиться.
– Вы ведь знаете, что я хотел сказать, не так ли?
– Я не хочу этого знать.
– Учитель...
– Я - врач. И хотя я нарушил свою клятву и лишил жизни людей, я больше не повторю этой ошибки.
Мун-Кён задумчиво продолжил,
– Воевать - их обязанность, лечить больных - наша. К тому же, моё сердце уже давно не принадлежит Муриму.
– Тогда почему вы не бросили боевые искусства?
Мун-Кён замолчал.
Это был вопрос, который он сам себе задавал долгое время. Если он так ненавидел убийства и хотел уйти из Мурима, то должен был отказаться и от боевых искусств.
Однако его мастерство только возросло, что говорило о том, что он не мог полностью отпустить это прошлое.
«Почему же?»
Но его мысли прервал голос ученика:
– Учитель, вы можете исцелять сотни и тысячи пациентов. Но в то же время вы можете спасти десятки тысяч жизней.
– ...
– Как Божественный Доктор, а не Святой Убийца, прошу вас предотвратить войну. А я останусь здесь и буду заботиться о больных.
Мун-Кён вдруг поднял голову и посмотрел на небо. Оно было чистым и синим. Не то что семь дней назад, когда Сунчуань и семья Тан были залиты кровью, и небо было затянуто тучами.
– Небо сегодня такое ясное.
С этими словами он снова двинулся вперёд.
– Пора идти к пациентам. Спускайся поосторожнее.
Позади него, пока он спускался с холма, раздался голос Дон Бона:
– Они отправятся с западного порта столицы на закате.
– Бесполезно. Моё место не в Муриме.
Но в тоже время, на лице старого ученика, который смотрел ему вслед, появилась слабая улыбка.
– Прошу вас... берегите себя.
*Вшух*
Ветер, дувший с неизвестных далей, пронёсся между ними.
***
– На что это ты так пристально смотришь?
Услышав вопрос Хьюк Му-Джин, я отвёл взгляд от толпы, окружившей порт.
– Да так.
– Да так?
– А тебе не кажется что слишком много вопросов зайдешь в последнее время?
Хьюк Му-Джин понимающе усмехнулся, услышав мой ответ.
– Не берите в голову, я и так все понимаю.
– ?..
Я замер. Неужели он что-то узнал? Но ведь даже Чон Пун не слышал моего разговора с Божественным Доктором.
«Неужели этот парень от природы такой проницательный?»
И тут Му-Джин наклонился ко мне и тихо прошептал:
– Вы ведь смотрели на ту девушку, которая стоит четвёртой справа?
– Признаю, она симпатичная. Похоже, из благородной семьи. Если вы не против, я, как ваш правый рука, могу ненавязчиво устроить вам встречу...
– Му-Джин...
– Да? А, вы, наверное, предпочитаете более естественные знакомства? Тогда...
– Хочешь утонуть на дне реки?
– Перестань нести чушь и ложись там. Чтоб тебя потом не вырвало от морской болезни.
– Ага...
Гун Кибан не мог не рассмеяться, глядя на приглушенное ворчание Хьюк Му-Джина.
– Какой глупец! Ты не на ту смотришь. Не четвёртая справа, а третья слева — она гораздо красивее. У тебя что, глаза не на месте?
– Хочешь, чтобы я тебе глаза вправил?
– Прощу прощения...
– Давайте будем вести себя как люди, а не как животные.
Вздохнув, я покачал головой и в последний раз окинул взглядом толпу людей.
Да, обе девушки были хороши, но та, что третья слева, действительно больше в моём вкусе. Хотя... это уже к делу не относится.
«Вот ведь, из-за этих болтунов теперь не могу перестать на неё смотреть».
Подумал я, когда к моему удивлению ко мне подошёл высокий, крепко сложенный мужчина с загорелой кожей.
– Эй, младший. То есть, молодой мастер, Джин, нет, великий мастер Джин.
«Что с ним не так, что он заикается?»
Я предложил решение «Корабельному зажигателю» Му-Сона, который мучился в поисках подходящего титула.
– Просто зови меня младшим.
– Эм... ну, а так можно?
– Почему бы и нет? Ты ведь так меня называл раньше.
– Да, но ведь ты теперь герой. Совсем другое дело.
И вправду. Из местного воина, известного как Спящий Дракон Шанзи, я стал знаменитым на всю страну.
– К тому же, похоже, великий мастер Чжок не очень-то меня любит...
– Всё в порядке. Он просто не любит воду.
Му-Сон бросил настороженный взгляд на Чжок Чон-Гана, который нахмурился.
Рядом с ним Джин Ви-Кён углубился в изучение какого-то свитка, а Чон Пун тем временем обучал Мими новой технике.
– Мими, сделай волну!
*Шшшш!*
Она что, еще и водная змея?
Такая мысль мелькнула в голове, когда я, как и Му-Сон, на мгновение залюбовался редким зрелищем. Немного поколебавшись, он всё-таки продолжил:
– В общем, всё уже готово для отплытия. Когда отправимся?
– Который сейчас час?
– Время, которое ты назначил, уже прошло. Думаю, лучше отправиться до наступления темноты.
– Хм...
– Ты кого-то ждёшь?
Я на секунду задумался, но потом покачал головой:
– Нет, никого.
– Тогда можем отправляться?
– Да, пора.
Му-Сон поднял руку, и команда начала работать слаженно, словно единый механизм.
Толпа, собравшаяся для прощания, помахала нам, когда мы начали отплывать. И тут раздался крик:
– Подождите, подождите!
Нос лодки закачался, и я увидел, как сквозь толпу пробирался мальчишка. Улыбнувшись, я сказал:
– Возьмём с собой ещё одного пассажира.