Глава 327
– Остался только один нерешенный вопрос, правда?
Чжу Хва-Ран стояла с мечом наготове, излучая холодную, завораживающую красоту.
Ее мощная аура была сосредоточена на одной фигуре.
– Старший сопровождающий Сон.
Все присутствующие повернули головы, следуя за взглядом Чжу Хва-Ран.
Это был мужчина около тридцати лет, красивый, но с суровыми, изогнутыми бровями.
Губы Сон Иль-Сома изогнулись в усмешке, а голос стал ледяным.
– Вы это мне?
Реакция людей в башне Дэнван была смешанной.
Представители агентства сопровождения «Дракон Феникса» оставались спокойными, тогда как остальные в чайном домике выглядели озадаченными.
Старший сопровождающий Хё Чжун, выйдя вперед, выразил едва уловимое раздражение.
– Вы стоите перед молодым лидером агентства. Разве нельзя проявить немного уважения?
– Я был достаточно уважителен. Но последние десять лет вы этого не особо заслуживали.
– Да как ты смеешь!..
– Если так, то почему сам старший сопровождающий Хё постоянно называет молодого лидера по имени, а не по титулу?
– Ну, это...
– Не утруждайся ответом. Меня не волнует, как старший обращается к молодому лидеру. Только не учи меня манерам.
Несмотря на резкость Сон Иль-Сома, в его словах был смысл.
Заметив, что Хё Чжун на мгновение замолчал, Вол-Хва наклонилась и прошептала мне.
– Мой дорогой господин Джин, вы знаете этого человека?
– Кого, Хё Чжуна? Или ты про...
– Очевидно, я про молодого и красивого. О старшем Хё я уже достаточно знаю.
– Но почему об этом ты спрашиваешь меня? Это ведь ты глава отделения секты Нижнего Района в Шаанзи.
– Приятно, что меня ценят, но глава отделения, который всего полгода на посту, не может знать всех вооруженных сопровождающих, если они не из известной секты.
– Каждого сопровождающего говоришь... Значит, ты не знаешь, кто он?
– Хм, один из молодых и не в меру вспыльчивых сопровождающих из агентства «Дракон Феникса»?
На самом деле я и сам мало что о нем знал. То, что он работает в агентстве вооруженного сопровождения «Дракон Феникса», было всё, о чем я знал.
Однако у меня было одно дополнительное сведение о Сон Иль-Соме, которого не знала Вол-Хва — его уровень.
Он был грозным мастером боевых искусств, не уступающим Десяти Драконам и Фениксам.
Путешествуя между миром Мурима и современностью, я понял одну вещь: высокий уровень не всегда означает силу.
Даже высокоуровневые люди могут быть глупцами, а сильные могут скрываться за неприметной внешностью.
А Сон Иль-Сом был по-настоящему сильным. Его походка и едва заметные движения пальцев выдавали опытного мечника с исключительным боевым мастерством.
«Многие ли в его возрасте могут похвастаться такими навыками?»
Хотя он и не принадлежал к известной секте, с такими талантами он уже должен был стать легендой в мире мурима.
Он был как шило в мешке*.
[Примечание: "шило в мешке" — идиома, означающая неспособность скрыть что-то очевидное].
И даже так, это шила так и не обнаружили в течение десяти лет.
Этому может быть только одно объяснение.
Он намеренно скрывал свои способности даже от тех, кто знал его много лет.
«Вы только посмотрите на него...»
Мне вдруг пришла мысль. Я пока не уверен, но за ним определенно стоит присматривать.
«Я бы вмешался прямо сейчас, если бы мог».
Но Чжу Хва-Ран должна распутать этот узел сама.
Будучи готовым вмешаться в любой момент, я наблюдал, как Хё Чжун, оправившись от замешательства, снова словесно напал на Сон Иль-Сома.
– Старший сопровождающий Сон. Нет... Сон Иль-Сом! Прекрати свои глупости и говори правду!
– Я не понимаю, о чём вы.
– Если хочешь увиливать, я спрошу напрямую. Где Тысячелетний Снежный Женьшень?
– Ничего об этом не знаю.
– Ещё не поздно. Признай свою вину и скажи, где находится Тысячелетний Снежный Женьшень...
– Я уже сказал, что ничего об этом не знаю.
На отказ Сон Иль-Сома, Хё Чжун ответил тяжелым взглядом.
– Так ты решил играть?
– У меня тот же вопрос.
– Я дал тебе последний шанс из уважения к нашим прошлым отношениям, но, похоже, это бесполезно.
По команде Хё Чжуна около двадцати сопровождающих стремительно окружили его, перекрыв выход.
Два старших сопровождающих средних лет, видимо, члены команды «Дракон Феникса», обошли Хё Чжуна с флангов и замкнули кольцо вокруг Сон Иль-Сома.
В напряжённой атмосфере Чжу Хва-Ран нарушила тишину.
– Всем стоять!
– Дорогая Хва-Ран, он не из тех, кто легко признается. Сначала нужно его усмирить...
– Подождите, дядя Хё. Я хочу его о чём-то спросить.
*Вжух*
Чжу Хва-Ран ловко подбросила бамбуковую доску, которая, как змея, полетела к Сон Иль-Сому.
– Что это такое?
– Тут много интересных записей.
Сон Иль-Сом пробормотал, внимательно читая листок.
– Это...
– Да. Это отчеты о миссиях сопровождения, которыми ты руководил последние два года.
– Но здесь только проваленные миссии.
– Как ты думаешь, почему секта Нижнего Района и секта Попрошаек собрали эти данные?
– Наверное, они подозревают связи с сектой Южного Края.
– За последние два года старший сопровождающий Сон выполнил пятнадцать миссий. Десять из них провалились, и каждый раз нашему агентству «Дракон Феникса» приходилось платить большой штраф.
Уровень успеха составлял всего тридцать три процента.
С такими цифрами даже родитель усомнился бы в способностях своего ребёнка.
Чжу Хва-Ран заговорила уверенно и спокойно.
– Но это не всё. Если посмотреть на миссии, которыми ты руководил, можно найти много сомнительных моментов.
– Я старался изо всех сил, но не смог справиться. Это единственное, что я могу сказать.
– И как будто этого мало.
Взмах её меча разбросал двадцать бамбуковых свитков у ног Сон Иль-Сома.
– Неужели и эти записи обо мне? Сколько же их?
Он прищелкнул языком, отложил меч и углубился в чтение.
«Этот парень...»
Старший сопровождающий Хё Чжун готов был набросится на предателя, но взгляд Чжу Хва-Ран остановил его, и он неуверенно опустил меч.
Его быстро разоблачили.
– Теперь я понял.
Сон Иль-Сом, прочитав последний свиток, поднял голову, нахмурив брови.
– Как вы это узнали?
– Как умно. Я почти это не заметила.
– Только по этому ты догадалась. Ты умнее, чем я думал. Я видел в тебе ребёнка... Я тебя недооценил.
– Как жаль.
– И зная это, что ты теперь сделаешь?
– Хотя ты не был мне родным, я считала тебя семьёй.
– Семья. Такое хрупкое понятие. Время меняет реки и горы. Люди — не исключение.
Тон Сон Иль-Сома перешёл от уважительного к явному презрению.
Теперь Сон Иль-Сом, свободный от этого груза, спросил прямо.
– Как вы поступите?
– Виновных нужно наказать.
– Дети обычно похожи на своих родителей. Ты, дитя Благородного Меча, сможешь сделать то что нужно?
Чжу Хва-Ран ответила ледяным тоном.
– Это необходимо, поэтому я это сделаю.
*Вшых*
Её меч, наполненный Ци, угрожающе метнулся вперёд. Решительный взгляд Чжу Хва-Ран отразился в его острие.
С её губ сорвался тихий шёпот.
«И не важно, кто это будет».
*Взмах*
Её реакция превосходила скорость всех сотрудников агентства «Дракон Феникса».
Чжу Хва-Ран, хоть и только начинала развивать свои навыки, была выдающимся мастером. Её владение мечом и ловкость были воплощением скорости.
*Шу-шу-шх*
Меч, рассекая воздух, как луч света, точно поразил цель.
За звуком рассекаемой плоти последовала кровь, и раздался крик боли.
– Аааргх!
Глаза Чжу Хва-Ран сомкнулись, и она увидела, как мужчина упал, разбрызгивая кровь.
Её голос прозвучал грозно и осуждающе к человеку, которому она доверяла больше всех.
– Почему вы так поступили, дядя Хё?
– Х-хва-Ран...
Старший сопровождающий Хё Чжун поднял бледное лицо к любимой племяннице.
*Шухух*
Его охватила дрожь, волосы встали дыбом от звука рассекаемого воздуха. Но понимание пришло слишком поздно.
На смену ледяному движению клинка пришла огненная, обжигающая боль.
Крик старшего сопровождающего Хё Чжуна эхом разнёсся, и он рухнул на колени.
В хаосе его мыслей крутилась одна-единственная мысль, полная неверия.
«Все пошло наперекосяк».
Непредвиденное появление Джина Тэ-Кёна изменили планы, но не совсем во вред ему.
Два года он тайно копил состояние серебряных ньянов, притворяясь, что терпит неудачи.
Теперь, благодаря сегодняшним событиям, агентство «Дракон Феникса» процветает, и его влияние как главного сопровождающего только обещало возрастать.
Он мог избежать вины за предательство тех, кто ему доверял, убив двух зайцев одним выстрелом.
Но теперь же...
«Почему теперь всё так обернулось!»
Всё должно было закончиться смертью Сон Иль-Сома.
Его смерть должна была незаметно закрыть эту главу, как предателя и заговорщика секты Южного Края.
«Даже в секте Южного Края не знали о моей настоящей сущности. Как же меня раскрыли?»
Помимо физической боли, Хё Чжуна сковал глубокий шок, когда до его сознания дошёл нежный голос.
Хё Чжун вздрогнул, стыдливо склонив голову.
Этот голос он безошибочно узнал в ребёнке, которого воспитывал с младенчества.
Чжу Хва-Ран, дорогая дочь его названного брата, когда-то была ему так же дорога, как его собственная дочь.
Но теперь она сама нанесла ему удар.
– Хва, Хва-Ран...
Медленно подняв глаза, Хё Чжун встретился взглядом с Чжу Хва-Ран, стоявшей над ним.
Её глаза, хотя и были спокойны, искрились бурей эмоций, пробуждая в Хё Чжуне почти забытое чувство.
Надежду.
«Я смогу выжить».
Он видел, как Чжу Хва-Ран разрывалась между семейной привязанностью и предательством.
Это был его спасательный круг.
– Я был неправ. Это моя вина!
– Дядя.
– Пожалуйста, пощади меня. Я умоляю тебя!
Он страстно умолял, игнорируя ошеломленных окружающих и сопровождающих, которые когда-то почитали его. Его единственной целью было выжить.
Собственное достоинство? Презрение окружающих? Для мертвого эти вещи не имели значения.
Если он может жить еще один день, он готов был на любые унижения.
– Ах. Хва-Ран...
Боль пронзила его, когда клинок с цветочным орнаментом с хирургической точностью вошел в его правое плечо. Рука Чжу Хва-Ран на рукояти меча слегка дрогнула.
– Объяснись. Зачем ты это сделал? Зачем тебе это понадобилось?
Хё Чжун был готов придумать любую ложь, лишь бы повысить свои шансы на выживание.
Однако он слишком хорошо знал Чжу Хва-Ран. Ее обнаженный меч означал, что она уверена в его вине. Неубедительные оправдания лишь ускорили бы его гибель.
Его мольба о пощаде должна быть более тактичной.
– Во всем виноват твой неумелый дядя. У меня нет оправданий.
Склонив голову, Хё Чжун изобразил слезное раскаяние. Почувствовав, что давление меча ослабевает, он продолжил.
Я позорно принимал взятки. Когда мой названный брат внезапно заболел, секта Южного Края обратилась ко мне, используя это как рычаг давления... Я боялся потерять свое место в агентстве. Я не хотел покидать агентство вооруженного сопровождения, которому посвятил свою жизнь, и поверил их обещанию не причинять тебе вреда.
– ...
– Я решился выполнить их требования всего один раз, но я уже попал в ловушку, из которой не мог выбраться.
– Это вся правда?
– Разве я стану лгать в такой момент?
– Несмотря на его слова, в признании Хё Чжуна была лишь одна правда.
Он действительно брал взятки.
Но именно он обратился к секте Южного Края, скрыв свою личность после падения Благородного Меча. Эти тайные отношения продолжались два года.
Мне нужно пережить этот момент. Лишь этот момент!
Слезы текли потоком, но не от раскаяния, а от страха смерти и горячего желания жить.
– Пожалуйста, прости меня!..
Его искренняя мольба вызвала недоверие среди присутствующих. Многие сопровождающие отводили глаза, не в силах вынести эту сцену.
Но Чжу Хва-Ран оставалась невозмутимой. Прикусив губу, она пристально взглянула на Хё Чжуна и спросила.
– Как тебе удалось украсть Тысячелетний снежный женьшень? Я никогда не оставляла его без присмотра.
– Э-это...
– Говори правду.
– Я подмешал Монгонье в еду... Все были измождены, так что небольшого количества было достаточно.
Монгонье, сильное успокоительное, усыпляло разум и вызывало глубокую сонливость.
Даже Чжу Хва-Ран, Высший мастер, поддалась его воздействию, приняв его за усталость.
– Так вот почему ты был возле моей спальни в тот день.
– Мне пришлось быть осторожным, чтобы не шуметь, когда уходил. Этот парень, то есть старший сопровождающий Сон, наглотался Монгонье, но сумел продержаться до рассвета.
Сон Иль-Сом, бесстрастно прислонившись к стене, невозмутимо прокомментировал.
– Значит, это и был Монгонье. Неудивительно, что в тот день я чувствовал себя необычайно усталым. Попробуй в следующий раз использовать что-нибудь получше, хотя я не уверен, что у тебя будет следующий раз.
«Этот мерзкий парень».
Сдерживая желание выругаться, Хё Чжун повернулся к Чжу Хва-Ран.
– Хван Бо-Ём, этот старик, угрожал мне. Он сказал, что если я не поменяю Тысячелетний снежный женьшень, то он убьёт меня и мою семью и уничтожит агентство. Я просто хотел защитить тебя!
– Значит, ты принял неверное решение.
– Ты права. Я даже приходил к могиле брата, плакал и исповедовался. Но я не смог избежать этой ошибки.
– Ошибки?
При упоминании ее отца глаза Чжу Хва-Ран на мгновение дрогнули.
Затем она покачала головой.
– Нет. Это была не ошибка, дядя. Это был твой выбор.
– Хва-Ран...
– Отец часто говорил мне, что за каждый выбор приходится платить. Хотя ему не удалось сделать семейный бизнес процветающим, он никогда не жалел о своем выборе.
Хё Чжун почувствовал перемену. В глазах Чжу Хва-Ран исчезла нерешительность.
«Неужели она?..»
«Нет, этого не может быть. Это не может быть концом!»
Слезы смешались с потом на лице Хё Чжуна. В отчаянии он повысил голос.
– Дай мне последний шанс! Я единственный названный брат твоего отца и твой дядя. Хва-Ран, ради наших отношений, пожалуйста!
– Отношений, говоришь?
– Да, тридцать лет радости и печали с твоим отцом. Он бы не стал так легко лишать меня жизни!
– Дядя Хё. Нет, старший сопровождающий Хё Чжун.
Прижавшись лбом к полу, Хё Чжун поднял голову.
Глаза Чжу Хва-Ран, лишенные прежней теплоты, были полны решимости.
– Ты прав. Мой отец мог бы простить тебя.
Ее голос, мягкий, но непоколебимый, был обращен к окаменевшему Хё Чжуну.
– Но я не Благородный Меч, Чжу Хо-Гун. Я — Цветочный Клинок, Чжу Хва-Ран.
В тот же миг перед глазами Хё Чжуна возникла сверкающая траектория клинка.