Глава 1. Бессмертный Наставник
Сознание Тушань Цзюня всё ещё было затянуто туманом, а ноги уже несли его на пустырь у околицы. Он замер посреди вытоптанной, иссушенной земли, растерянно озираясь по сторонам. Где он? Как здесь очутился? Вопросы роились в голове, но не находили ответов, лишь усиливая гнетущее чувство полной дезориентации.
Он только-только очнулся в этом чужом, незнакомом мире, ещё не успев толком прийти в себя. Тело, доставшееся ему в наследство, ныло от ран, о происхождении которых он не имел ни малейшего понятия. Но времени на то, чтобы прислушаться к боли или хотя бы попытаться понять, что произошло, ему не дали. Его, словно упирающегося гуся, вытолкали из хижины и погнали к околице, подгоняя нетерпеливыми окриками.
Стояли самые знойные дни лета — время, когда раскалённый воздух, казалось, плавит металл и раскалывает камни. Безжалостное солнце висело в белёсом небе, превращая землю в раскалённую сковороду. Простояв здесь всего несколько минут, Тушань Цзюнь почувствовал, как слабость волной накрывает его. Тело, ещё не оправившееся от травм, отказывалось держать его прямо.
Мир поплыл перед глазами, а по спине, словно ледяные змейки, покатились капли холодного пота, ручьями стекая по коже. Всё это было последствиями ранений его предшественника, которые теперь тяжким бременем легли на плечи самого Тушань Цзюня.
Он осторожно коснулся раны на голове, всё ещё свежей и болезненной, и невольно издал тихий, горестный вздох. Всадник, сбивший его, скрылся в неизвестном направлении, и найти виновника не представлялось возможным. Приходилось справляться самому, полагаясь на те крохи, что у него были.
А не было у него ровным счётом ничего. Он вырос сиротой, питаясь тем, что подадут добрые люди, и не имел никаких сбережений. Рана лишила его возможности работать батраком, и теперь он полностью зависел от милости соседей.
Староста объявил, что сегодня будет какое-то чрезвычайно важное собрание, на котором обязаны присутствовать все, даже раненые. Соблазн в виде миски густой каши и половины пышной лепёшки из белой муки оказался сильнее боли, и вот Тушань Цзюнь уже стоял здесь, на этом пустыре.
В конце концов, что такого важного может произойти в этой глуши? Наверняка просто для массовки. Жертвоприношения, набор рекрутов, сбор налогов… до всего этого было ещё далеко. Сейчас куда важнее было подумать о собственном будущем.
Как говорится, растущий парень и отца до нищеты доведёт. Если он продолжит жить за счёт соседей, то очень скоро их доброта сменится тихим раздражением, а затем и открытой ненавистью. Все они были простыми крестьянами, вырывающими свой хлеб у земли, и ни у кого не было лишних запасов.
Тушань Цзюнь окинул взглядом собравшуюся толпу. Казалось, здесь были все жители деревни, до единого человека. Никто не посмел проигнорировать призыв, что говорило о немалом авторитете старого старосты. Хотя, конечно, увесистая белая лепёшка размером с детский кулак тоже сыграла свою роль.
— Кхм! Сегодня я собрал вас всех здесь, чтобы объявить о деле поистине небесной важности! — громко откашлявшись, начал староста. Его голос, хоть и старческий, разнёсся над притихшей толпой.
Местный деревенский лодырь, засунув руки в рукава, с нескрываемым любопытством уставился на старосту. Что же это за новость такая, за которую каждая семья получила по целой лепёшке?
— Староста, не тяни кота за хвост! Раз уж мы все здесь, говори, что за великое событие?
— Да-да, говори уже! — поддержали его остальные.
Простые селяне, не избалованные событиями, гудели, словно растревоженный улей. Несмотря на жару, на поляне царило оживление. Женщины сбились в кучки, обсуждая последние сплетни, а мужчины обменивались приветствиями. Даже тот самый лодырь, обычно не покидавший своей лежанки, выглядел необычайно активным. Такой редкий повод собраться всем вместе — чем не шанс присмотреть себе жену?
— В нашей деревне остановился Бессмертный Наставник! Это его преподобие велел мне созвать вас всех, — наконец раскрыл тайну староста, переводя взгляд на тень под старой акацией неподалёку.
Следуя за его взглядом, крестьяне только сейчас заметили тёмный силуэт, притаившийся в тени дерева. До этого момента они словно намеренно игнорировали это место, совершенно не замечая, что там кто-то есть.
Лицо Тушань Цзюня исказилось от удивления. Его доселе блуждающий взгляд обрёл остроту и сфокусировался на тени. Ослабевшее тело невольно выпрямилось, напрягшись, как струна.
«Бессмертный Наставник?!»
Это означало, что он попал не в простой мир, а в мир, где существует совершенствование и сверхъестественные силы. Он мог оказаться в мире бессмертных заклинателей!
«Совершенствование… вечная жизнь… Великий Дао…»
Растерянность сменилась изумлением и ликованием, под которыми скрывался первобытный трепет. Ослабленное тело Тушань Цзюня пробила мелкая дрожь. Под палящим летним солнцем по спине снова пробежал холодок, мгновенно промочив рубаху.
Он не был уверен, правда ли это. Действительно ли это мир заклинателей? В глубине души он даже испытывал страх. Стоило лишь на мгновение задуматься о законе джунглей, где выживает сильнейший, чтобы понять: путь совершенствования буквально пожирал людей! Сможет ли он, человек, не добившийся особых высот в прошлой жизни, пройти по этой дороге, которая лишь кажется гладкой, а на деле усыпана шипами?
«Смогу ли я?»
Новый мир, новая жизнь с чистого листа… сможет ли он на этот раз войти в число избранных, стать одним из сильнейших?
«Я смогу!»
Тушань Цзюнь твёрдо ободрил себя, словно боясь, что отступит в последнюю секунду. Он сам загнал себя в угол этим обещанием, не оставив путей к отступлению. Никогда прежде он не желал чего-то с такой силой. Это было похоже на голод дикого зверя, на чистейший, первобытный инстинкт.
Когда твоя жизнь не в твоих руках, рождается страх. Страх — древнейшая из человеческих эмоций, но именно она способна сделать человека сильнее. В любом обществе, в любом мире стремление стать сильнее — это всегда правильный выбор.
【Панель не активирована】
Тушань Цзюнь ошеломлённо уставился на бледно-голубой интерфейс, возникший прямо перед его глазами. Он был скован тяжёлыми цепями, а под ними виднелась надпись: «Не активирована». Очень похоже на игровые панели, но почему она заблокирована?
«Чит!»
Радость захлестнула его. Ну конечно, в девяноста девяти процентах случаев у попаданцев есть какой-нибудь чит! Раз уж у него есть такая поддержка, надежды в его глазах стало чуть меньше, а вот уверенности — гораздо больше.
Он не стал опрометчиво пытаться завязать разговор с Бессмертным Наставником, который выглядел не слишком дружелюбно. Внешность у этого типа была, мягко говоря, не располагающая.
Тот, кого называли Наставником, медленно вышел из тени. Ростом около метра семидесяти пяти, с лицом цвета пожелтевшей бумаги и глубоко запавшими щеками. Его свирепые глаза были тусклыми и безжизненными.
Он ранен.
Тяжело ранен!
Чёрный халат был изорван в клочья, на нём виднелись пятна ещё не засохшей крови. Он чуть сощурил свои змеиные треугольные глаза и растянул губы в улыбке.
Тушань Цзюнь содрогнулся. Его блуждающий взгляд сфокусировался, в нём вспыхнул огонёк тревоги и предельной осторожности. Что-то было не так. Бессмертный Наставник смотрел на них, как на скот, как на добычу.
Когда взгляд этого человека скользнул по нему, веко Тушань Цзюня неудержимо задергалось, и паника в его сердце стала почти осязаемой. Разве так должен выглядеть бессмертный? Разве не должен он быть величественным старцем с внешностью юноши, источающим ауру мудрости и спокойствия? Даже если и нет, он должен быть хотя бы учтивым и сдержанным.
Если этот человек перед ним действительно так называемый Бессмертный Наставник, то он определённо не из праведного пути. А для простых смертных не было разницы между бродячим заклинателем и демоническим практиком — и те, и другие были безжалостными убийцами.
«Да защитят меня Три Чистых, да убережёт меня Бодхисаттва, даруйте мне покой и безопасность…»
Подавляя подступающий к горлу страх, Тушань Цзюнь сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться и не накручивать себя.
В его душе уже зародилось желание сбежать. Раз у него есть чит, нет никакой нужды рисковать и связываться с этим заклинателем. А если уж и искать контакта, то с представителем праведного пути. Этот же тип явно был не из их числа. С мрачным выражением лица Тушань Цзюнь незаметно отступил за спины других селян.
Опустив голову, он краем глаза продолжал наблюдать за человеком в чёрном. Если что-то пойдёт не так, это даст ему небольшую фору, несколько драгоценных секунд. Но для начала нужно было понять, с какой целью этот зловещий «наставник» явился в их деревню.
— Невероятно, настоящий Бессмертный Наставник! Никогда бы не подумал, что он придёт в нашу деревню!
— Легендарный заклинатель…
— Вот это действительно великое событие! А что, если мне улыбнётся удача…
Крестьяне, оправившись от первого шока, пришли в бурный восторг. Их лица выражали смесь радости и недоверия. Они слышали легенды, но никогда не видели бессмертных воочию. Какой-то паренёк, бывавший в городе, хвастался, что видел там заклинателей, но все лишь смеялись, считая это пустым бахвальством.
Если это и вправду бессмертный, может, он поможет им очистить старое заброшенное кладбище? Из-за давности лет там завелась какая-то нечисть.
— Ты славно потрудился, — змееглазый заклинатель похлопал старого старосту по плечу, а затем повернулся к селянам с жестокой ухмылкой. — И вы все тоже славно потрудились. Я пришёл, чтобы даровать вам всем великую удачу.
Тушань Цзюнь отчётливо увидел, как староста застыл на месте, словно поражённый заклинанием оцепенения. Его взгляд стал пустым, а хрупкое тело походило на высохшее дерево.
«Ловушка!»
Лицо Тушань Цзюня исказилось от ужаса. Не раздумывая ни секунды, он развернулся и бросился бежать.
Глухой удар. Он врезался во что-то невидимое с такой силой, что в глазах потемнело и заплясали золотые звёзды. Прямо перед ним не было ничего, но Тушань Цзюнь чувствовал, будто налетел на медную стену.
— Формация…
— Встать!
Демонический заклинатель бросил на него мимолётный взгляд. Он взмахнул рукавом, и из него вылетело маленькое знамя — чёрное с красной каймой.
Разрастаясь на ветру, оно превратилось в огромный стяг, накрывший всех собравшихся. Прозрачные стены, окружавшие поляну, начали темнеть, окрашиваясь клубами чёрного дыма. Демон движением руки высвободил из ножен длинный меч, и в тот же миг пролилась кровь.
Голова старого старосты отделилась от его сгорбленного тела, взлетела в воздух и покатилась по земле. Из шеи ударил фонтан крови высотой в несколько метров, и приторно-сладкий запах заполнил пространство внутри формации.
— А-а-а!
Пронзительный крик ужаса вывел оцепеневших крестьян из ступора.
— Убийца!
— Старосту убили!
Толпа взорвалась паникой. Люди метались, толкаясь и давя друг друга, словно обезумевшие куры в тесном загоне, как слепые мухи, бьющиеся о стекло. Они неслись сломя голову, сталкиваясь и падая, но бежать было некуда.
Тушань Цзюнь уже разведал для них путь — невидимая стена отрезала все пути к спасению.
Чёрное знамя над их головами начало вращаться. Из бездыханного тела старосты вытянулась серая, призрачная тень и мгновенно всосалась в полотно.
То, что последовало дальше, было бойней.
Демонический заклинатель с мечом в руке принялся методично вырезать крестьян, запертых в формации, с лёгкостью, будто резал цыплят. Вскоре алая кровь слилась в ручейки, а тела сложились в небольшой холм. Почти две сотни человек не продержались и времени, нужного для сгорания одной благовонной палочки.
Лицо демона становилось всё более искажённым и свирепым. Кровь брызгала ему на лицо, но он лишь улыбался, обнажая зубы в припадке больного, извращённого безумия.
Тушань Цзюнь в ужасе прижался спиной к невидимой стене, его карие зрачки сузились до точек. Свернувшись в комок, он отчаянно пытался придумать способ победить этого монстра.
«Система! Где мой приветственный набор новичка?!»
«Что-нибудь для быстрого повышения силы!»
«А как насчёт стартовой лотереи?»
«Может, есть какая-нибудь пилюля, чтобы пережить это?!»
«Проклятая система, я же сейчас умру!»
«…»
Но никакие мольбы не могли активировать бледно-голубую панель.
Пока Тушань Цзюнь с широко раскрытыми глазами лихорадочно искал выход, демонический заклинатель уже перебил всех селян и теперь стоял прямо перед ним. Тень накрыла его, и сверху на него уставилось безумное, искажённое лицо.
Отвратительное и ужасающее.
— Теперь твой черёд, — прошипел он. — А ты, однако, особенный. Как раз то, что нужно. Моему Знамени Почитания Душ не хватает главного духа. Ты такой сообразительный… надеюсь, ты выдержишь.
С этими словами демонический заклинатель жестоко рассмеялся и занёс свой меч.