Глава 442. Звёздный час Ван Чао
Видя, что простые потоки энергии меча не приносят никакого результата, Чжэн Янь, возглавлявший отряд, с мрачным видом отдал новый приказ. Его голос прозвучал резко и бескомпромиссно:
— Переходим на летающие мечи! Не сдерживать духовную энергию!
Тридцать учеников секты Небесного Ключа, все на ступени Заложения Фундамента, немедленно подчинились. Их летающие мечи со свистом взмыли в воздух, зависнув перед ними. Сложив пальцы в замысловатые печати, они начали вливать в клинки потоки духовной энергии. Мечи вспыхнули ослепительным светом, и по команде, повинуясь единому движению направленных на цель пальцев, тридцать клинков, оставляя за собой разноцветные шлейфы света длиной в тридцать метров, устремились к золотистому барьеру.
Ли Минъюэ, видя эту массированную атаку, ни на миг не растерялась. Её звонкий, уверенный голос разнёсся по всему лагерю:
— Позиция Цянь — полная мощность на защиту! Позиции Дуй и Сюнь — девяносто процентов! Позиции Ли и Кань — семьдесят! Остальные направления — пятьдесят процентов духовной энергии!
Все ключевые позиции в формации занимали ученики Зала Войны. За долгие месяцы совместных тренировок их действия были отточены до автоматизма, поэтому, услышав команду, они без малейшего промедления выполнили её. Золотой барьер мгновенно уплотнился, вспыхнув ещё ярче.
Тридцать летающих мечей, как и ожидалось, врезались в световую завесу. Раздалась оглушительная какофония взрывов, а поднявшийся ураган духовной энергии смёл всё в радиусе полукилометра.
Золотое сияние формации на мгновение потускнело, но сам барьер остался незыблем, как гора Тайшань.
Нападавшие немедленно отозвали свои мечи и, не теряя ни секунды, вновь начали наполнять их энергией, готовясь к следующему удару.
— Цянь, Дуй, Сюнь, — скомандовала Ли Минъюэ, — смена на позициях! Новые защитники, вливайте всю энергию в оборону!
Трое учеников, стоявших в указанных точках, тут же покинули свои посты. Они проглотили по восстанавливающей пилюле и сели медитировать, в то время как их места немедленно заняли свежие бойцы.
Едва они успели это сделать, как тридцать сияющих клинков снова обрушились на барьер. Взрывы и вихри духовной энергии вновь сотрясли землю, но формация оставалась несокрушимой.
После ещё трёх безуспешных атак ученики секты Небесного Ключа изменили тактику. Они перестали концентрировать удары на одной точке и рассредоточились, атакуя золотой купол со всех сторон одновременно.
Однако такое рассеивание атак лишь облегчило задачу защитникам.
Время шло. Вскоре нападавшие исчерпали свои запасы духовной энергии, а барьер не проявлял ни малейших признаков ослабления. Им ничего не оставалось, кроме как сесть и начать медитировать, восстанавливая силы.
Ван Чао, наблюдавший за этим, подумал, что в обычной ситуации это был бы идеальный момент для контратаки. Но, бросив взгляд на пульсирующее алым светом яйцо феникса в центре лагеря, которое всё так же жадно втягивало в себя энергию мира, он понял, что им остаётся лишь продолжать стоять в обороне.
Пауза в атаке, однако, не означала передышки для защитников. Яо Юй приказал Чжэн Яню, девушке в пурпурном и Лэй Тэну атаковать самим, не давая противнику расслабиться.
Ларец с мечами за спиной Чжэн Яня раскрылся. Девять клинков взмыли в небо и, вспыхнув ярким светом, выстроились в боевой порядок. Повинуясь его воле, из этой формации хлынул настоящий ливень из сотен лазурных клинков, которые, словно капли дождя, забарабанили по золотому куполу.
Девушка в пурпурном тем временем подняла в руке коричневую квадратную печать. Влив в неё свою энергию, она заставила артефакт разрастись до тридцатиметрового размера. Печать зависла в воздухе, и на её нижней стороне проступили таинственные письмена. Сделав ручную печать, девушка обрушила гигантский артефакт на барьер.
Лэй Тэн же выпустил свой летающий меч, который обратился в тридцатиметрового громового дракона и с рёвом устремился вниз.
Ли Минъюэ сохраняла ледяное спокойствие. Она продолжала отдавать чёткие приказы, постоянно меняя учеников на позициях, давая им возможность отдохнуть и восстановиться. Под её виртуозным руководством, под оглушительный грохот взрывов, одна сокрушительная атака за другой разбивалась о несокрушимый барьер.
• • •
Так продолжалось несколько часов, но формация и не думала поддаваться. Наступило утро следующего дня. Золотой купол по-прежнему стоял непоколебимо, лишь земля в радиусе десяти метров вокруг него была полностью выжжена и перепахана взрывами.
Однако защитники, проведя в напряжении всю ночь, были заметно измотаны.
Тем временем внутри яйца феникса Ян Линь всё так же бесстрастно наблюдал за преображением своего тела. Тридцать шесть точек света горели ровным пламенем. Процесс распада и воссоздания плоти завершился уже на семьдесят процентов, и чем дальше он заходил, тем больше становилась площадь трансформации и тем быстрее она протекала.
Снаружи лицо Яо Юя было мрачнее тучи. Целая ночь атак не принесла никаких результатов. Вспоминая свои самонадеянные заявления, он чувствовал, как краска стыда заливает его щёки.
— Старший брат Яо, — тихо сказала девушка в пурпурном, стоявшая рядом, — среди нас нет мастеров формаций, поэтому мы можем полагаться лишь на грубую силу. Мы изматывали их всю ночь, и люди внутри наверняка устали. Если бы не та девушка, что руководит обороной, мы бы уже давно прорвались. Нужно сломить их, пока они не восстановили силы. Если сюда прибудут отряды из других сект, у нас будут проблемы.
Яо Юй кивнул.
— Младшая сестра Вэнь права. Скоро вы все вместе нанесёте удар, а я сосредоточу свою атаку на одной точке.
Он перевёл взгляд на Ли Минъюэ. Девушка сидела, скрестив ноги, и медитировала. Золотой зонт парил над её головой, окутывая фигуру мягким сиянием. Безупречные черты лица, большие глаза, обрамлённые длинными ресницами, водопад иссиня-чёрных волос, ниспадавший на плечи… Она выглядела нежной и спокойной, а её светлая, с лёгким румянцем кожа, казалось, светилась изнутри. Золотой свет придавал её образу почти святое величие.
Яо Юй невольно вздохнул. Эта девушка была настоящей небесной красавицей, ничуть не уступающей благородным девам и гениям Центрального континента. Пожалуй, она была даже красивее их. И в столь юном возрасте уже так искусно владела формациями… Жаль только, что происхождение её было столь низким.
— Как тебя зовут? — спросил он, обращаясь к ней.
Ли Минъюэ, почувствовав его взгляд, ответила, не поднимая головы:
— Ли Минъюэ.
— Прекрасно, — кивнул Яо Юй. — Ты и впрямь сияешь, словно ясная луна. Отключи формацию и выходи. Следуй за мной на Центральный континент. Учитывая твоё происхождение, я могу лишь даровать тебе право стать моей служанкой-наложницей и прислуживать мне. Знай, не каждая удостоится такой чести.
Толстоватое лицо Ван Чао вытянулось от изумления.
— Да этот сукин сын совсем охренел, что ли? — пробормотал он, не веря своим ушам. — Наконец-то я вижу кого-то ещё более заносчивого, чем отпрыски этих великих кланов.
Цинь Цэнь, Чжун Мин и Му Юньфэн лишились дара речи. Все они были гениями, привыкшими к уважению и почтению. И хотя они и сами были не лишены гордыни, такой запредельной наглости им ещё не доводилось встречать.
Лицо Цзинь Му’эр побагровело от гнева. Ей отчаянно хотелось обругать наглеца так же, как когда-то Ян Линь отчитал того молодого господина из клана Хуан, но нужные слова просто не шли на ум. Она могла лишь сверлить его яростным взглядом.
Остальные ученики Зала Войны тоже кипели от негодования. Они искренне любили Ли Минъюэ за её красоту, ум и простоту в общении. В ней Читай на Айфри дом су не было ни капли высокомерия, присущего многим красавицам, и она всегда держалась со всеми на равных. Слышать, как её публично унижают, было невыносимо.
Сама же Ли Минъюэ оставалась совершенно спокойной. Она по-прежнему сидела с опущенной головой, медитируя, словно и не слышала обращённых к ней слов.
Видя её безразличие, Яо Юй продолжил:
— Выходи из-за барьера. Стать моей наложницей — великая удача для тебя. Когда мы прорвёмся, такого шанса у тебя уже не будет.
Тут терпение Ван Чао лопнуло.
— Эй, сукин сын! — заорал он во всё горло. — Чего ты тут разоряешься, мой поверженный враг?! Ты, ублюдок, целую ночь не можешь пробить нашу защиту, какой же наглости надо набраться, чтобы тут тявкать?! Какой ты к чёрту «молодой господин», ты — собачья отрыжка! Дерьма, что ли, наелся? Ну и мудак!
Все, кто был внутри формации, ошеломлённо уставились на Ван Чао. Разве такие слова пристало говорить культиватору ступени Заложения Фундамента, заместителю командира роты? Впрочем, надо признать, на душе стало легче.
Яо Юй перевёл на Ван Чао взгляд, полный презрения. Восточная Пустошь и впрямь была диким краем, раз здесь водятся столь вульгарные и неотёсанные практики.
— Ты… ищешь… смерти! — ледяным тоном процедил он.
— Пф-ф, — фыркнул Ван Чао. — А ты попробуй, зайди сюда и достань меня, ублюдок! Языком молоть — не мешки ворочать! Ты же позоришь свою мать! Ни хрена не умеешь, а строишь из себя невесть что! Ты, ублюдок, за дерьмо с собаками дерёшься, вот и изрыгаешь одну только грязь! Даже собаки, услышав тебя, головой качают!
С его пухлого лица не сходило выражение крайнего пренебрежения, его слова были пропитаны ядовитой насмешкой, а во всём его виде сквозило полное презрение к противнику.
Ученики внутри формации снова застыли в изумлении. Они покосились на яйцо феникса. Младший брат Ян, конечно, тоже был мастером словесной перепалки, но его оскорбления всегда были изящными, без единого грязного слова. А вот младший брат Ван…
Подобное тянется к подобному. Теперь стало ясно, почему эти двое так часто держатся вместе. Оба — первостатейные тролли.
Лицо Яо Юя исказилось от ярости.
— Сломать формацию! — взревел он, указывая на Ван Чао. — Его не убивать! Я хочу лично, косточка за косточкой, переломать ему всё тело, а потом вырвать его душу и зажечь из неё фонарь!
Весь отряд снаружи немедленно вскинул оружие, которое вспыхнуло ярким светом, готовясь к новой атаке.
Благодаря своему уникальному телосложению и таланту, Ван Чао успешно привёл Яо Юя в бешенство, встретив свой звёздный час.