Глава 375. Собрание
Прибыв во внешнюю секту, Ян Линь сразу же окунулся в царившую на главной площади оживлённую, почти лихорадочную суету. Бесчисленные ученики готовились к завтрашнему торжеству: в центре уже возвышался внушительный помост, рабочие аккуратно расставляли ряды сидений для почётных гостей, а по обеим сторонам от него застыли огромные, покрытые ритуальными узорами барабаны.
В восточной и западной столовых тоже кипела работа — готовились к вечернему собранию. Множество учеников сновали туда-сюда, выполняя поручения.
Вечер, разумеется, нельзя было оставлять пустым, ведь когда издалека приезжают гости, их нужно развлекать. В его прошлой жизни это означало бы караоке или массаж, здесь же лучшим развлечением, несомненно, были собрания для бесед о Дао.
Ян Линь поднялся на второй этаж западной столовой. Здесь тоже было многолюдно: ученики протирали чайные сервизы, расставляли циновки для сидения и зажигали светящиеся артефакты.
Процессом руководил Се Тинъюй. Увидев Ян Линя, он поприветствовал его:
— Младший брат Ян, у главных врат всё спокойно?
— Да, старший брат Се, — кивнул Ян Линь. — Когда начинается собрание?
— Скоро всё будет готово. Начнём в час Собаки. Вести будет старший брат Чжоу.
Старший брат Чжоу был гением внутренней секты, на четыре поколения старше Ян Линя, практик на поздней ступени Заложения Фундамента. Ян Линь встречал его несколько раз на собраниях. Учитывая, что сегодня соберутся в основном гении, было логично, что вести встречу будет один из них.
До начала оставался ещё час. Попрощавшись с Се Тинъюем, Ян Линь решил заглянуть в штаб-квартиру Цао Чэнъюя. Тот расположился в Зале Передачи Учений внешней секты, оставив один отряд в резерве на случай непредвиденных ситуаций.
Цао Чэнъюй с самым довольным видом развалился в кресле, закинув ноги на стол, и попивал чай. На столе перед ним была разложена карта, а Ли Минъюэ и Е Муюнь исполняли роль советников.
— Старший брат Цао, а ты неплохо устроился, — усмехнулся Ян Линь, входя в зал. — Всё больше походишь на настоящего начальника.
Ли Минъюэ и Е Муюнь тихо рассмеялись. Цао Чэнъюй, широко улыбаясь, щелчком пальцев придвинул к нему стул. Ян Линь без церемоний опустился на него, налил себе чаю и тоже с комфортом откинулся на спинку.
Через некоторое время в зал вошёл старейшина из Зала Правопорядка. Увидев развалившихся в креслах Цао Чэнъюя и Ян Линя, он нахмурился.
— Младшие братья, что за вид? А если вас увидят ученики других сект?
Ян Линь придвинул к нему ещё один стул и налил чаю.
— Старший брат Сунь, попробуйте.
Старейшина с хмурым видом опустился на стул, взял чашку и, оглядевшись, последовал их примеру: откинулся на спинку и закинул ногу на ногу. Надо же, а ведь и вправду удобно. Сделав глоток, он с наслаждением вздохнул.
Да, дурной пример заразителен. Даже этого почти двухсотлетнего старца удалось совратить с пути истинного.
Они впятером пили чай, обсуждая прибывших гениев из других сект. Время летело незаметно. Прикинув, что пора, Ян Линь поднялся.
— Скоро начнётся. Организуйте патрули и присоединяйтесь.
Выйдя из зала, Ян Линь отправил сообщение Хань Фэну и направился к павильону у главных врат. Вскоре он уже был на месте. Хань Фэн со своими людьми уже ждал его на площади. Там же стояло ещё человек двадцать, очевидно, тоже получивших приглашение и ожидавших сопровождающих.
— Уважаемые, прошу следовать за мной на собрание во внешнюю секту, — поклонился Ян Линь.
И действительно, через мгновение на площадь опустилось ещё несколько учеников внутренней секты и, собрав остальных гостей, повели их за собой.
Во внешней секте полёты были разрешены. Уже стемнело, и небо было расчерчено разноцветными всполохами света от летающих культиваторов. Вскоре все приземлились на главной площади, залитой ярким светом от магических артефактов, отчего было светло, как днём.
Четыреста-пятьсот человек, опустившись на землю, тут же наполнили площадь оживлённым гулом голосов. Знакомые приветствовали друг друга.
Собрание для практиков ступени Заложения Фундамента проходило в западной столовой, для учеников Конденсации Ци — в восточной. Мастера же Золотого Ядра, представители кланов, такие особы, как Цуй Мэнли, и высокоуровневые вольные культиваторы собрались для бесед о Дао во внутренней секте.
Ян Линь проводил Хань Фэна и его спутников в западную столовую. Поднявшись на второй этаж, где уже сидело больше сотни человек, он усадил их, а сам присоединился к Цао Чэнъюю и Ван Чао.
Ещё через некоторое время, когда все собрались, старший брат Чжоу начал собрание.
Здесь были представители великих сект из других государств, малых и средних сект из государства Ян, а также члены великих кланов — люди со всех концов света, которые редко встречались в обычной жизни. После взаимных представлений атмосфера быстро стала непринуждённой и дружелюбной.
Особенно бурные овации вызвало представление гениев из Списка Бессмертных. Ну и, конечно же, в центре внимания оказались прекрасные феи. Даже Фэн Шуан, обычно скрывавшая лицо под вуалью, сегодня сняла её, явив миру свою ошеломляющую красоту.
Все собравшиеся здесь были ключевыми учениками своих сект. Через сто лет многие из них достигнут ступени Золотого Ядра, и эти знакомства станут связующим звеном между их организациями. Многие уже были знакомы, ведь они встречались на собрании в городе Небесного Облака.
Так и завязывались связи. Мастера Золотого Ядра и прародители сект в большинстве своём знакомились именно на таких собраниях. Конечно, были и те, кто встречался во время странствий. Прожив несколько сотен лет, они становились старыми друзьями.
После представления старший брат Чжоу рассказал об особенностях различных сект, поделился историями из своих странствий и новостями со всех концов света. Рассказывал он увлечённо, и слушали его с таким же интересом, то и дело прерывая восторженными возгласами.
Даже отпрыски великих кланов, обычно свысока смотревшие на вольных культиваторов, в такой компании вели себя сдержанно. Глядя на гениев, особенно на таких, как Принцесса Дождя, Фэн Шуан и Лю Я, чьи имена гремели в Списке Бессмертных, они не скрывали своего подобострастия.
Такова была их природа: они превыше всего ценили статус. Тех, кто был ниже их, они презирали и всячески унижали. Тех же, кто был выше, — превозносили и льстили, аплодируя громче всех.
Вскоре настало время для свободной беседы. Каждый мог задать любой вопрос, разумеется, избегая щекотливых тем.
Двести с лишним практиков ступени Заложения Фундамента разбились на группы, оживлённо обсуждая дела своих сект. В центре внимания, естественно, были прекрасные феи. Принцессу Дождя, Фэн Шуан, Ли Минъюэ и других красавиц, чья внешность никого не оставляла равнодушным, то и дело засыпали вопросами.
Были и те, кто договаривался о поединках после окончания церемонии, ведь такая возможность выпадала нечасто.
В разгар весёлой беседы поднялась старшая сестра Му из секты Мяоюй.
— Младший брат Ян из секты Биюнь, облака вашей секты мне довелось увидеть. Они и вправду не имеют себе равных в Поднебесной, как ты и говорил. Я не зря проделала этот путь. Но у меня есть ещё один вопрос.
Все согласно закивали. Действительно, вид плывущих между пиками облаков, переливающихся всеми цветами радуги в лучах солнца, был незабываемым. Что же ещё хотела спросить эта фея из секты Мяоюй? Все замерли в любопытном ожидании.
— Сестра Му, прошу, спрашивайте, — с улыбкой поклонился Ян Линь.
— Ответь мне, младший брат Ян, — с лукавой улыбкой произнесла она, и в её глазах заплясали озорные огоньки, — чьи сёстры прекраснее: вашей секты Биюнь или всех остальных?
Сказав это, она с улыбкой уставилась на Ян Линя, ожидая ответа.
Ян Линь на мгновение потерял дар речи. Остальные же рассмеялись. Сестра Му явно решила его поддеть. Девушки тоже хихикали, с надеждой глядя на него.
Ян Линь мысленно застонал. Классическая ловушка, вопрос на выживание. Он перевёл взгляд с учениц секты Мяоюй на Принцессу Дождя, затем на сестёр из своей секты — все они с улыбкой смотрели на него.
— Сестра Му, — со смехом ответил он после недолгой паузы, — воистину, месть — это блюдо, которое подают холодным. Я сдаюсь. Умоляю, пощадите меня.
— Это зависит от искренности младшего брата Яна, — рассмеялась она.
Ян Линь огляделся по сторонам.
— В таком случае, позвольте мне попросить старшего брата Се исполнить для вас музыкальное произведение.
— О? — в зале снова воцарилось любопытство.
— Брат Се, выручай, — поклонился Ян Линь.
Се Тинъюй с достоинством поднялся и, поклонившись во все стороны, с улыбкой произнёс:
— Прошу простить за возможные огрехи.
С этими словами он достал стул для игры и свой драгоценный гуцинь. Сев прямо, он положил руки на струны и, сделав глубокий вдох, начал играть.
Нежная, чарующая мелодия полилась из-под его пальцев. Это была композиция «Сон о странствиях бессмертных». Звуки, усиленные духовной энергией, заполнили I_free-dom весь второй этаж, рисуя в воображении слушателей картины высоких гор и струящихся потоков. Мелодия была то плавной и изящной, то печальной и трогательной.
Все девушки слушали, затаив дыхание, их взгляды затуманились. Когда музыка стихла, они всё ещё находились во власти её чар.
Се Тинъюй убрал инструмент и поклонился. Лишь тогда все очнулись. Мгновение спустя зал взорвался аплодисментами.
— Благодарю, брат Се, — сказал Ян Линь и, повернувшись к сестре Му, с улыбкой спросил: — Сестра Му, достаточно ли этого, чтобы заслужить прощение?
Та взглянула на Фэн Шуан, и та с улыбкой кивнула.
— Сестра Ян из секты Яошань, — обратилась она к Принцессе Дождя, — была ли эта плата достаточно искренней?
— Искусство игры брата Се из секты Биюнь превосходно, а мелодия — изысканна, — с улыбкой ответила та. — Мне очень понравилось. Благодарю, брат.
— Что ж, младший брат Ян, так и быть, я тебя прощаю, — рассмеялась сестра Му. — Вместо вина — чай. За эту прекрасную музыку, в честь брата Се!
— Благодарю. Пьём все вместе! — поднял чашу Се Тинъюй.
Зал снова разразился аплодисментами.
Собрание, наполненное смехом и весёлыми разговорами, закончилось лишь ближе к полуночи.
Сейчас они могли мирно беседовать о Дао, но в будущем, в борьбе за удачу и сокровища, им придётся столкнуться друг с другом с оружием в руках.
После окончания встречи Ян Линь, как радушный хозяин, проводил Хань Фэна и его спутников обратно в их павильон, а затем вместе с Наньгун Сяо вернулся во внутреннюю секту.