Глава 47. Ах ты, горе моё луковое!
Низкорослого мужчину звали Лю Цзюньмао. Его маленькие глазки блестели хитростью, а походка была развязной. Он был известным в деревне Люцзя и даже в Городе Драконьего Ручья торговцем людьми, поставлявшим служанок и прислугу в богатые дома.
Хотя ремесло торговца людьми не пользовалось почётом, Лю Цзюньмао всегда платил щедро и никогда не сбивал цену. Поэтому, даже если жители деревни в душе его презирали, при встрече всё равно расплывались в улыбке.
— Лю Юйлань, я серебро приготовил, жду только твой товар, — с улыбкой сказал Лю Цзюньмао.
— Это... Господин Цзюнь, может, дадите ещё пару дней отсрочки? У меня тут небольшая проблема возникла... — неуверенно пробормотала Лю Юйлань.
— Пару дней? Нет, так не пойдёт. Хозяевам срочно нужны люди, я не могу тянуть. Если уж совсем никак...
Лю Цзюньмао окинул взглядом её пышные формы и игриво добавил:
— Может, госпожа Лю, ты сама себя продашь? Господин Цзюнь даст тебе сто лянов серебра.
Лю Юйлань, хоть и была сварливой бабой, но собой была хороша. Да к тому же не замужем. В округе на неё заглядывались многие.
Она тут же съёжилась и замотала головой:
— Господин Цзюнь, не шутите так.
Продать Чэнь Синьцяо за пятьдесят лянов — это одно. А продать себя за сто — совсем другое. Разве её можно сравнить с Чэнь Синьцяо? С её-то красотой она стоила не меньше тысячи золотых!
— Ты говоришь, возникла проблема. Какая? — спросил Лю Цзюньмао. — Если твой зять не хочет её отпускать, я могу накинуть ещё десять лянов к пятидесяти. Шестьдесят лянов — это уже намного выше рыночной цены.
Хотя Лю Юйлань и не говорила прямо, он догадывался, что она собирается продать дочь своей покойной сестры. А проблема, скорее всего, заключалась в том, что она не смогла договориться с Чэнь Цинькуаем и дело дошло до ссоры.
Лю Юйлань колебалась.
— Господин Цзюнь, дело не в Чэнь Цинькуае, — тихо ответила она. — А в этой девчонке, Чэнь Синьцяо. Она не знаю где нашла какого-то бессмертного, и он теперь живёт у них. Наверное, они уже снюхались. Посмотрите на руку моего брата — это тот бессмертный её покалечил. Если бы мы не убежали, нас бы уже в живых не было.
Лю Цзюньмао проследил за её взглядом и увидел Лю Чжэнхуна с окровавленной, лишённой плоти рукой. Он нахмурился.
Сторож у ворот, Лю Сун, говорил ему, что Чэнь Цинькуай нашёл для Чэнь Синьцяо жениха — красивого, как с картинки, да ещё и в красном свадебном халате.
Неужели Лю Сун и Лю Юйлань говорят об одном и том же человеке?
Бессмертный...
Лю Цзюньмао часто имел дело с богатыми домами в Городе Драконьего Ручья и знал то, чего не знали другие. Например, что те, кого простые люди называют бессмертными, на самом деле — практики.
Но будь то бессмертный или практик, простому смертному с ними лучше не связываться. Лю Юйлань и её семье крупно повезло, что они унесли ноги.
Лю Цзюньмао нахмурился ещё сильнее.
Даже зная, что Чжан Юань — практик, он не хотел отказываться от Чэнь Синьцяо. Хозяева на этот раз дали ему конкретный список, и не хватало ни одного человека.
— Пока не вмешивайся. Я доложу хозяевам, а там посмотрим, — после недолгого раздумья сказал он.
Лю Юйлань оставалось лишь кивнуть. Тут она вспомнила, что нужно найти лекаря для брата, и поспешила из дома.
...
Деревня Люцзя.
Едва забрезжил рассвет, как деревня ожила. Мужики потянулись кто в горы, кто в город.
Пути у них были разные, но все они, проходя мимо ворот, узнавали от сторожа Лю Суна одну и ту же новость: Чэнь Цинькуай нашёл мужа для своей немой дочери.
Из уст в уста, новость за считанные часы облетела всю деревню. Кроме главных действующих лиц — Чжан Юаня, Чэнь Синьцяо и ушедшего с утра пораньше в город Чэнь Цинькуая — о ней знали уже все.
Когда Чэнь Цинькуай с корзиной трав за спиной вернулся в деревню, он с удивлением заметил, что односельчане смотрят на него как-то странно.
Стоило ему расспросить, как он изменился в лице и бросил гневный взгляд на Лю Суна.
Тот самодовольно посмотрел на него и, похлопав по плечу, сказал:
— Ну что, я ведь вчера правильно тебя понял?
«Тот человек явно был из города, — думал Лю Сун. — Чэнь Цинькуай подмигивал мне, наверняка хотел, чтобы я разнёс новость по деревне. Так, одной только молвой, он привяжет его к себе, и тот не сбежит».
— Ах ты, горе моё луковое! — сокрушённо выдохнул Чэнь Цинькуай.
Лю Сун не понял, решив, что тот говорит иносказательно, и рассмеялся.
— Кстати, сегодня Лю Цзюньмао в деревню вернулся, опять детей забирал...
— Лю Цзюньмао? Когда? — Чэнь Цинькуай побледнел и торопливо спросил.
— Да ещё затемно, вроде. Рано утром. А тебе что до него? Лю Цзюньмао хоть и торговец людьми, но дела ведёт честно. Твоя Синьцяо из дома не выходит, так что ей ничего не грозит, — припомнил Лю Сун.
Чэнь Цинькуай топнул ногой и, не став ничего объяснять, бросился бежать к своему дому.
Лю Цзюньмао, может, и славился своей честностью, но старой карге и Лю Юйлань он не доверял!
А вдруг!
Вдруг, как только он ушёл, они схватили Синьцяо...
Он бежал со всех ног.
И с разбегу вышиб дверь.
Чжан Юань сидел на табуретке во дворе, а в шести цунях от него — Чэнь Синьцяо. Увидев запыхавшегося Чэнь Цинькуая, они с недоумением посмотрели на него.
Чэнь Цинькуай застыл на месте.
— Бесс... Бессмертный наставник?
Он ушёл рано утром и вернулся ещё до рассвета, во-первых, чтобы старуха и Лю Юйлань не похитили Синьцяо днём, а во-вторых, чтобы не оставлять дочь наедине с Чжан Юанем, которому он не доверял.
Но теперь он подумал, что если в доме живёт жестокий и беспощадный демонический практик, то, если Лю Юйлань и её компания сунутся сюда, плохо придётся именно им, а не Синьцяо.
Чжан Юань кивнул и отвёл взгляд.
— Отец, — сказала Чэнь Синьцяо.
Чэнь Цинькуай смерил её взглядом с головы до ног, убедился, что с ней всё в порядке, и с облегчением выдохнул.
— Синьцяо, пока меня не было, ничего не случилось?
Чэнь Синьцяо, перечислив время и имена, ответила:
— В час Тигра, во вторую четверть, приходили Лю Сюфан, Лю Юймэй, Лю Чжэнхун, Лю Пэн и Лю Хэ.
— И где они? Они тебя не тронули? — встревожился Чэнь Цинькуай.
— Бессмертный наставник покалечил Лю Чжэнхуну руку, и они сбежали, — коротко ответила она.
Демонический практик, живущий в их доме... нет, праведный бессмертный наставник спас Синьцяо?
И Лю Чжэнхуну покалечили руку?
Отлично! Так ему и надо!
Чэнь Цинькуай посмотрел на Чжан Юаня и тут же поклонился:
— Благодарю бессмертного наставника за спасение моей дочери.
— Пустяки, — равнодушно ответил Чжан Юань.
Хоть он и сказал так, Чэнь Цинькуай был безмерно благодарен. Его мнение о Чжан Юане кардинально изменилось. Старуха и Лю Юйлань сегодня привели с собой ещё троих. Если бы не Чжан Юань, то к его возвращению из гор Синьцяо уже увезли бы в город!
— Бессмертный наставник спас мою дочь. Я сейчас же приготовлю для вас еду в знак благодарности за вашу великую доброту. Надеюсь, вы не побрезгуете.
Чэнь Цинькуай поставил корзину с травами, и его взгляд упал на курицу-несушку в загоне в углу двора.