Глава 91. Неприятности не заставляют себя ждать
На самом деле, чтобы разобраться с «Бронебоем», Чэнь Мину потребовалось меньше минуты. Через несколько часов полёта эсминец должен был прибыть в окрестности пиратской космической станции.
Когда Чэнь Мин вновь переключил внимание на происходящее, начальник Управления всё ещё связывался с членами совета директоров через систему, встроенную в его силовую броню. Он передавал им доказательства контрабанды и списки грузов, которые успел проверить.
Спустя пару минут он закончил разговор и повернулся к Чэнь Мину:
— Военные работают оперативно. Жалоба не заставит себя ждать — её отправят правительству сектора, а оттуда перенаправят в их же ведомство. Высшее командование начнёт проверку, это не займёт много времени. Чтобы на аванпосте появились новые люди, старые должны уйти. А если они не захотят уходить сами, им помогут. Это окно — наш лучший шанс без помех доставить тебя в столицу сектора. Заодно корпорация, пользуясь этой кадровой перестановкой, подготовится к возвращению контроля над системой, как только ты прибудешь на место.
Последняя фраза прозвучала так, словно её попросил передать тот самый член совета директоров. Чэнь Мин молча кивнул, не высказав возражений.
Вскоре начальник Управления покинул комнату отдыха — его ждали дела в Управлении. С Чэнь Мином остались трое охранников, один из патрульных, приставленных ранее заместителем управляющего, и, конечно же, сам заместитель и Старина У.
Хотя оба не выглядели слишком уставшими, они всё же откинулись на спинки диванов и прикрыли глаза. До того как Чэнь Мин окажется на борту корабля, их ещё могли ждать неприятности. Заместитель управляющего, как его непосредственный начальник и человек, по сути, вернувший его в корпорацию, был обязан оставаться рядом. А вот Старина У, хоть и выглядел так, будто давно мечтал сбежать, и был всего лишь обычным техником, всё же не ушёл. Может, из-за начальника, может, из-за Чэнь Мина, а может, из-за обоих сразу.
Какой бы ни была причина, Чэнь Мин был рад, что они остались.
Не желая им мешать, он тоже прислонился к дивану и закрыл глаза. Но он не отдыхал. Он связывался с двумя ИИ уровня «Гамма», готовясь к худшему сценарию. Одновременно краем сознания он следил за полётом «Бронебоя», чтобы тот благополучно добрался до цели.
...
Одиннадцать часов спустя, в три часа ночи по земному времени, дверь комнаты отдыха распахнулась. На пороге стоял начальник Управления, всё в той же тяжёлой силовой броне. Он легонько постучал по косяку.
— Корабль прибыл. Он в доке патрульной службы. Пора.
Хотя с солдатами на станции было покончено, режим повышенной готовности никто не отменял. Поэтому, под предводительством начальника, Чэнь Мин поднялся на крышу административного здания. Как и в прошлый раз, его должны были доставить к цели на шаттле — быстро и без лишнего внимания.
Шаттл был небольшим: Чэнь Мин, заместитель управляющего и Старина У едва поместились в нём вместе с закованным в броню начальником Управления.
Они прибыли в доки патрульной службы.
Место заметно изменилось с тех пор, как Чэнь Мин был здесь в прошлый раз, доставляя пиратского главаря. Разрушенный доковый рукав был полностью восстановлен, и чем ближе к станции, тем лучше работало оборудование. Ещё пара недель, и ремонт будет полностью завершён.
В доках, помимо уже знакомых ему боевых кораблей, которые он видел в сражениях с флотом «Сумрака», стояла небольшая эскадра с эмблемами корпорации «Синда» на бортах.
Всего двадцать восемь кораблей: девять эсминцев и девятнадцать фрегатов.
Восемь из девяти эсминцев были превосходно зарекомендовавшими себя кораблями класса «Молотоглав». Умеренная огневая мощь, прочная броня, надёжные щиты и, по сравнению с другими эсминцами, очень привлекательная цена. Настоящий король рентабельности среди кораблей «Синды». Впрочем, это не означало, что он был слаб. Иначе «Молотоглав» не пользовался бы такой популярностью и у частников, и у правительства, и у военных.
Последним эсминцем, флагманом эскадры, был авианосец класса «Погонщик».
При длине в 443 метра, почти такой же ширине и многоярусной полётной палубе, способной принять огромное количество истребителей, «Погонщик» был настоящей мобильной крепостью. Помимо истребителей, оснащённых системами точечной обороны и собственными щитами, сам корабль, благодаря своим размерам, нёс на борту множество средних и малых оборонительных турелей. Он жертвовал наступательной мощью ради непревзойдённой способности к прикрытию.
Чэнь Мин как-то читал в сети отзывы пилотов гражданской версии «Погонщика»: управлять им было скучно, но то чувство безопасности, которое он давал, не мог подарить ни один другой корабль. Увидев его воочию, Чэнь Мин, хоть и не видел его в бою, ощутил нечто подобное.
Обычно длина эсминцев колеблется от ста до трёхсот метров. Четырёхсотметровый «Погонщик» явно выбивался из этого ряда. Причина была проста — его проект был разработан ещё на заре космической эры. Но корабль постоянно модернизировался и до сих пор не был снят с вооружения, сохранив свои внушительные габариты.
Чэнь Мин догадывался, почему корпорация прислала именно его. У «Синды» наверняка были и крейсеры, и даже линейные корабли. Но переброска судов такого класса — дело серьёзное, требующее многочисленных согласований не только внутри корпорации, но и с правительством. Поэтому их нельзя было задействовать оперативно. «Погонщик» же, будучи эсминцем — пусть и самым крупным в своём классе, — был идеальным компромиссом. Его боевые и оборонительные возможности были на пике для своего класса.
Более того, если Чэнь Мин правильно помнил, переброска группы из десяти и более эсминцев или двадцати фрегатов требовала уведомления правительства. Девять эсминцев и девятнадцать фрегатов — это максимум, что «Синда» могла мобилизовать в столь сжатые сроки без лишней бюрократии.
Это в очередной раз доказывало, насколько он был важен для корпорации.
Из-за своих размеров «Погонщик» не помещался в стандартный док для эсминцев и занимал один из двух слотов для крейсеров. Именно туда и направлялся их шаттл. Остальные корабли флотилии расположились поблизости, чтобы облегчить взлёт и перестроение. Девятнадцать фрегатов заняли доки, предназначенные для эсминцев. Семнадцать из них были фрегатами класса «Страж». Хотя Чэнь Мин недолюбливал свой трофейный «Страж», это было связано с тем, что гражданская версия была слишком урезана. Военные же модели оставались грозной силой.
Оставшиеся два фрегата были специализированными судами: грузовик класса «Буйвол» для перевозки припасов, которые неудобно хранить на боевых кораблях, и топливозаправщик класса «Драм». Хотя миссия по эвакуации должна была занять всего несколько часов, стандартный состав флота был необходим.
Такая эскадра из двадцати восьми кораблей была серьёзной силой в Пограничье. Сопроводить Чэнь Мина в столицу сектора не составит труда.
И всё же, даже глядя на эту армаду, Чэнь Мин не чувствовал себя в безопасности. Опасность, казалось, исходила отовсюду, но он не мог понять, откуда именно.
Поэтому, пока шаттл шёл на посадку, он спросил у заместителя управляющего:
— Сколько сейчас человек в нашей реммастерской?
— Ты, я, Старина У, Лысый, Тянь Цзивэнь, трое новичков и ещё заместитель управляющего. — Заместитель ответил мгновенно и тут же угадал его мысли: — Хочешь знать, кто «крот»?
— Да. Лысого можно исключить. Он предупредил меня, что военные ведут расследование. Он не предатель.
— Остальные...
— Можете не гадать.
Их разговор прервал начальник Управления, всё это время отдававший приказы по внутренней связи.
— Мои люди нашли тело вашего Тянь Цзивэня в одном из отелей. Военные похитили и убили его днём ранее. На теле нет следов пыток, значит, он охотно сотрудничал. Это он раскрыл твою личность. А дверь в мастерскую открыл один из трёх новичков, которых прислала корпорация. Его тело тоже нашли в коридоре на верхнем этаже.
Он перевёл взгляд на заместителя управляющего.
— Что до твоего заместителя, он хоть и та ещё скотина, но не предатель.
Тот слегка нахмурился при упоминании своего зама, но промолчал.
— Значит, Тянь Цзивэнь слил информацию, а военные, используя свои связи на станции, решили меня убрать? — подытожил Чэнь Мин.
— Верно.
— Понятно.
Чэнь Мин кивнул. Раз предатели мертвы, значит, его дурное предчувствие исходило не изнутри. Военные не отказались от своих планов. Они ждали его где-то ещё.
Впрочем, он сделал всё, что мог. Оставалось надеяться, что принятых им и корпорацией мер будет достаточно.
Шаттл приблизился к «Погонщику» и приземлился прямо на его полётную палубу.
Начальник Управления вышел первым, его массивная фигура в силовой броне почти полностью заслонила выход. Когда из шаттла выбрался Чэнь Мин, его тут же окружила охрана, плотным кольцом ведя внутрь корабля.
От полётной палубы до внутреннего шлюза было не больше двадцати метров.
И на этом коротком пути Чэнь Мин вдруг ощутил странное покалывание в виске. Похожее чувство возникало, когда парикмахер проводил лезвием бритвы у самой шеи.
Он знал, что его восприятие опасности обострилось до предела. Эта внезапная дрожь заставила его инстинктивно вскинуть руку, прикрывая голову.
В ту же секунду ослепительный сноп искр вырвался из его наруча.
Руку дёрнуло в сторону. На бронепластине виднелась расплющенная пуля — из снайперской винтовки, похожей на электромагнитное копьё.
Охрана бросилась к нему, пытаясь прикрыть.
Но второй выстрел прогремел прежде, чем кто-либо успел среагировать. Пуля ударила точно в висок.
Голову Чэнь Мина мотнуло в сторону, как и руку.
Но он не получил ни царапины. Сказалась высочайшая прочность брони из стали «Белое Облако» и многослойная амортизирующая структура, которую он встроил внутрь и которая поглотила большую часть кинетической энергии.
Хотя от удара он пошатнулся, его мысли были заняты не пулей, а странным ощущением. То чувство, будто лезвие скользнуло по шее, было не предчувствием опасности, а восприятием самой атаки. Раньше его интуиция не реагировала на угрозы, которые не могли ему навредить. Но теперь — реагировала.
«Возможно, из-за постоянного напряжения моя способность к восприятию опасности эволюционировала. Так же, как тогда, когда я смог взять под контроль эсминец, выйдя за пределы своих возможностей».
Его духовная сила, похоже, обладала множеством эффектов, не отображаемых в интерфейсе.
Рой мыслей пронёсся в его голове, но он не забывал, где находится. Быстро восстановив равновесие, он шагнул за спину начальника Управления и, как ни в чём не бывало, посмотрел в ту сторону, откуда прилетела пуля.
Зрение у него было неплохое. В дальнем углу дока он разглядел, как группа патрульных скручивает какого-то человека. Чэнь Мин никогда его не видел, но взгляд незнакомца был полон ненависти.
Он не стал задерживать на нём внимание и в сопровождении охраны скрылся внутри «Погонщика». Что до того снайпера... возможно, у него и был шанс сбежать со станции, но теперь он его лишился. Чэнь Мин больше никогда его не увидит.
Ему было всё равно на мертвеца — или будущего мертвеца, — но начальник Управления был в ярости. Его лицо под шлемом почернело. Он немедленно связался с отрядом, которому поручил выследить группу военных.
— Один из ваших сбежал и добрался до патрульных доков! Объясните, как это произошло!
— Виноват, начальник! — донеслось из динамика. — Мы получили ложные сведения и давно потеряли его след.
Начальник нахмурился.
— Возвращайтесь в Управление. Вас ждёт наказание.
Командир отряда, не ожидавший такой сдержанной реакции вместо привычной ругани, с облегчением ответил:
— Есть! — и тут же прервал связь.
Он не понимал причин такой перемены, но начальнику Управления всё было ясно. Патрульные доки были полностью оцеплены на двенадцать часов. Доступ был только у начальника и заместителя начальника патрульной службы. Снайпер мог попасть туда двумя способами: либо он прятался там все двенадцать часов, никем не замеченный, либо в патрульной службе был предатель. Второй вариант был куда вероятнее. К тому же его отряд работал совместно с патрульными, и информация у них была общая. Значит, ложные сведения поступили от них.
Начальник патруля стоял внизу, в доке. А вот его заместитель, который тоже участвовал в поимке военных, куда-то пропал.
— Где заместитель начальника патруля?
— Не выходит на связь.
— Значит, предатель.
Начальник Управления вынес вердикт и связался с администрацией.
— Лишить заместителя начальника патрульной службы всех прав доступа на станции. Объявить в розыск. Разберусь с ним, как только закончу с важными делами.
Пока начальник разбирался с предателями, Чэнь Мин уже был внутри «Погонщика».
Заместитель управляющего и Старина У не пошли с ним. Они и так сделали для него достаточно. Дальше начинался его собственный путь.
Капитан «Погонщика» встретил его лично.
— Добро пожаловать, господин Чэнь, — сказал он, протягивая руку. — Прошу за мной.
Чэнь Мин пожал ему руку и последовал за ним в каюту для отдыха. На столе стояли фрукты, лежал терминал и карта-ключ.
— Господин Чэнь, — капитан включил терминал, — здесь общая схема нашего корабля. Красным отмечены зоны, доступ в которые разрешён только специалистам. Во всех остальных вы можете передвигаться свободно. Эта карта-ключ понадобится вам для прохода между отсеками. Мне нужно вернуться к своим обязанностям. Если что-то потребуется, свяжитесь со мной через терминал или обратитесь к любому члену экипажа.
Чэнь Мин кивнул, забирая терминал и карту. Путь предстоял недолгий, всего четыре-пять часов, но отношение было в высшей степени профессиональным.
Капитан ушёл, оставив его одного.
Чэнь Мин тут же снял перчатку и прикоснулся к стене. Как и ожидалось, появилось уведомление о возможности взять корабль под контроль. Но он не спешил. В прошлый раз, подчиняя двухсотметровый эсминец, он едва не потерял сознание. Этот корабль был вдвое длиннее и в несколько раз массивнее. К такому нужно было подготовиться. И уж точно не сейчас, когда он не был уверен в своей безопасности. Если он отключится, а в пути что-то случится, все его приготовления пойдут прахом.
«Лучше дождаться прибытия в столицу сектора. Попробую перед самым сходом на берег. Даже если потеряю сознание, люди корпорации доставят меня в больницу».
Пока на корабле, удалявшемся от станции, ещё работал интернет, Чэнь Мин решил позвонить своему боссу из скобяной лавки.
Тот ответил не сразу. На часах было три ночи, и его голос был полон сна.
— Сяо Му? Что-то стряслось?
— Босс, я снова уезжаю. На этот раз, возможно, надолго.
— Так срочно?
— Да. Думал, будет пара дней в запасе, но военные действовали слишком быстро. Корпорация уже прислала корабль, так что я решил не медлить.
Босс, казалось, немного проснулся.
— Значит, решил пойти по пути корпорации? Что ж, неплохо. Будет время — звони. Мне очень интересно, чего ты добьёшься.
— Обязательно.
Во время их разговора «Погонщик» и его эскорт запустили двигатели, готовясь к отлёту. Чэнь Мин заранее договорился с начальником Управления, что заберёт свои корабли. Поэтому сейчас вслед за эскадрой поднялись в воздух его «Железнорудный» и «Центурион». У него было всего два слота управления, и один уже был занят «Бронебоем», но ему достаточно было на мгновение переключиться и отдать кораблям команду следовать за флотом. С автопилотом это было несложно.
Флотилия покинула станцию, достигла края системы и вошла в гиперпространство.
В тот самый миг, когда они оказались в канале, Чэнь Мин, хоть и находился на другом корабле, инстинктивно просканировал окрестности с помощью сенсоров «Центуриона».
И тут же обнаружил их. У гравитационного колодца звезды, на всех основных гиперпространственных маршрутах, ведущих к другим системам, стояли флотилии военных.
— Военные... они что, решили пойти ва-банк? — пробормотал он.
— Что такое, Сяо Му? — донёсся голос босса из терминала, связь с которым ещё не прервалась.
— Военные заблокировали все гиперпространственные каналы! — быстро ответил Чэнь Мин. — Мы в ловушке!
— Что за чёрт?!
Не успел босс договорить, как флот «Синды» получил сообщение от военных. Требование остановиться для стандартной проверки.
В Пограничье и правительство, и военные имели куда больше власти, чем в Мирах Ядра. Поэтому формально в такой проверке не было ничего из ряда вон выходящего. Иногда военным для отчётности нужно было выполнить план по инспекциям, и они просто перекрывали торговый путь. Кому не повезло — тот попал. Это было негласное правило, с которым все смирились.
Но чтобы они устроили блокаду прямо у ворот пиратской космической станции... Такого ещё не было.
И Чэнь Мин прекрасно понимал, в чём причина.
Все четыре маршрута, ведущие из системы, были перекрыты.
Казалось, он в ловушке. Пути к отступлению отрезаны.