Глава 83. Нападение
Покинув чёрный рынок, Чэнь Мин собирался было найти гостиницу, но стоило ему об этом заикнуться, как Старина У, бросив короткое «до завтра», тут же умчался с таким видом, будто ночевать в приличном месте он не собирался.
Чэнь Мин не стал его останавливать, да и не имел на то причин. Вместо этого он решил не тратиться на отель, вернулся к космическому лифту и поднялся обратно на станцию, на свой корабль. По пути он забрал из центра временного хранения грузов две купленные зенитные пушки с концентрированным зарядом и перенёс их на борт «Воина-мод», планируя установить их после отлёта.
Уладив дела, он не стал слоняться по станции, а сразу направился на «Железнорудный». Там он открыл терминал и снова принялся изучать информацию о завтрашнем аукционе. Подробностей было немного, но даже по краткому описанию можно было составить общее впечатление. В основном на торги выставлялись экспериментальные или тестовые образцы оружия и оборудования, которые никогда не поступали в открытую продажу. Были представлены лоты от самых разных производителей, и всё это, похоже, служило гарниром к главному блюду — новому эсминцу класса «Бронебой».
В списке Чэнь Мин заметил несколько весьма соблазнительных вещей. Что до цен… скажем так, они позволяли лишь поучаствовать в процессе. Если бы он был готов раскошелиться, то мог бы побороться за пару лотов, но остаться совсем без денег ему не хотелось. Он решил дождаться аукциона и принимать решение по ситуации.
Быстро занеся в память список лотов, он закрыл сайт. Отдыхать ему не хотелось. Вместо этого он направился в машинное отделение, к Духовному камню, который теперь назывался «Бред».
Днём он старался не думать о том мимолётном, но знакомом силуэте. Но сейчас, в тишине и одиночестве, он снова прокрутил в голове тот момент и понял: человек, которого он видел, был поразительно похож на того, кого он видел в видении — того самого, застреленного в упор.
Чэнь Мин решил, что с этим нужно разобраться. Он открыл список контактов и отправил запрос на связь боссу. Все имперские колонии и станции были охвачены сверхсветовой связью, так что это не составило труда.
Соединение установилось почти мгновенно.
— Беспокою вас, босс, — без предисловий начал Чэнь Мин. — Хотел задать один вопрос.
— Я целыми днями бездельничаю, так что не беспокоишь, — раздался в ответ расслабленный голос У Аня. — Что случилось?
— Мой Духовный камень изменился.
Голос босса тут же утратил ленивые нотки.
— Изменился? Как именно?
— Узоры на моём «Шепчущем» камне стали более изломанными, влияние усилилось, а прикосновение теперь вызывает видение. Галлюцинацию, в которой человека убивают выстрелом в голову.
— А как выглядит этот человек? — в голосе босса прорезалось любопытство.
— Мужчина средних лет, с усами «щёточкой», довольно бледный и худощавый.
— Хм. А я-то думал, это буду я или ты.
— Что вы имеете в виду? — не понял Чэнь Мин.
— То, что сказал. Проще говоря, твой камень вошёл в резонанс с тем мёртвым пиратом.
— В резонанс?
— Да. Ты видел не так много Духовных камней, но, думаю, уже догадался, что они в определённой степени связаны с человеческим сознанием. А сознание — штука сложная: характер, эмоции, мысли, желания… Моё «Умиротворение» соответствует такой черте, как доброта. Твой «Шёпот» — безумию и раздражению. На первый взгляд они разные, но на самом деле оба отражают крайние состояния: запредельную доброту и непрекращающийся, сводящий с ума шёпот. Понимаешь, о чём я?
Чэнь Мин на мгновение задумался, переваривая информацию.
— Кажется, да. Духовные камни — это воплощение крайних граней сознания. И запредельная доброта — это тоже не всегда хорошо.
— Верно, можно и так сказать. Суть в том, что камень сам по себе — это крайность. И когда рядом с ним появляется другая, похожая по своей природе крайность, он может отреагировать. Я думаю, что ненависть или безумие, которые испытал тот пират в момент смерти, срезонировали с твоим камнем. Поэтому он и изменился. Кстати, такое возможно только при наличии духовной силы. Эмоции обычного человека, какими бы сильными они ни были, такого эффекта не дадут. Возможно, у того пирата были какие-то зачатки дара, или он контактировал с пси-активными предметами. В общем, его предсмертные эмоции повлияли на твой камень. Как-то так.
Босс сделал паузу, а затем добавил:
— Что мне действительно непонятно, так это почему в видении не ты или я, а тот самый мужчина. Но, пожалуй, это даже к лучшему. Это значит, что ты можешь попробовать действовать согласно видению.
— Действовать согласно видению? — удивился Чэнь Мин. — Зачем?
— Хм… как бы объяснить. Эффект твоего камня ведь тоже изменился, верно?
— Да, он стал сильнее.
— Если ты найдёшь и убьёшь того человека, видение исчезнет. Духовная сила, что его создавала, станет частью самого камня. Резонанс полностью завершится, и сила артефакта снова возрастёт.
Чэнь Мин покосился на лежавший рядом камень «Бреда» и содрогнулся, представив, какой изощрённой пыткой станет его усиленная версия.
— А этот человек… он точно существует? И ещё, если эффект камня станет ещё сильнее, смогу ли я и дальше следовать вашему совету и контактировать с ним?
— Сила камня возрастёт — просто сократи время контакта, — терпеливо объяснил босс. — Ты же псайкер, пока ты не носишь его с собой постоянно, ничего страшного не случится. А насчёт того, существует ли он… Скажи, ты знаешь этого человека?
— Нет.
— А ты смог бы просто так, из головы, придумать настолько детальный образ?
— Вот тебе и ответ. Этот человек — тот, кого пират ненавидел больше всего в момент смерти. Поэтому я и удивляюсь, что это не ты и не я. Но это уже загадка. В любом случае, если ты начнёшь копать в его окружении, то обязательно найдёшь этого типа.
Босс изложил все преимущества, но у Чэнь Мина оставались сомнения.
— А если я ничего не буду делать?
— Резонанс постепенно угаснет и через некоторое время исчезнет полностью, — ничуть не удивился вопросу У Ань. — Твой камень сохранит лишь тот небольшой прирост силы, что получил в момент вспышки. Всё остальное развеется вместе с видением.
Значит, никаких реальных последствий не будет.
— Я понял.
— Отлично. Что делать — решай сам. Я здесь только для того, чтобы посмотреть шоу… кхм… то есть помочь тебе разобраться и дать совет. Если что-то подобное случится снова — обращайся. Мне нравится разбираться в таких вещах. А если тебе понадобятся зацепки, чтобы найти этого человека…
— Я могу спросить Старину У, — тут же нашёл Чэнь Мин. — Он должен знать, с чего начать.
— Точно, он подойдёт. Ну, тогда всё.
— Спасибо, босс.
— Да не за что. Будут проблемы — звони.
Связь прервалась.
Чэнь Мин отбросил терминал в сторону и приготовился ко сну. Старина У упоминал, что знает, где на этой планете торгуют информацией. Значит, у него наверняка есть выходы на местных информаторов. Проверить прошлое мёртвого пирата не должно составить труда. Вот только сам У сейчас где-то развлекался. Придётся ждать до завтра — спросить его перед аукционом или после. Если выяснится, что цель легкодоступна, он выделит время и решит эту проблему.
Внезапно он замер. Он только что поймал себя на мысли, что больше не испытывает никакого отторжения к убийству. Даже если он не знал, хороший человек перед ним или плохой.
Окружающая действительность, с её пренебрежением к закону, меняла его. Он всё дальше уходил от Миров Ядра, где правили порядок и закон. Всё дальше от той мирной и стабильной жизни, к которой когда-то стремился.
Но это было уже неважно.
Эта мысль наполнила его неожиданной решимостью. В тот самый момент, когда он начал использовать свои способности, чтобы получить то, что имеет сейчас, путь назад, в цивилизованный мир, был для него отрезан. Чтобы выжить в Пограничье, нельзя было играть по правилам центральных миров. Он не мог упустить возможность получить выгоду из-за каких-то старых принципов.
Лишь в одном случае он был готов сделать выбор между выгодой и человеком: если на одной чаше весов окажется кто-то, кому он доверяет, а на другой — несметные богатства. В такой ситуации он без колебаний пожертвовал бы наживой ради друга.
Чэнь Мин был сиротой. За всю жизнь у него почти не было друзей. Поэтому теми, кто был рядом, он дорожил. А остальные? Какое ему было до них дело?
Убийство этого человека не только усилит его Духовный камень. В видении у жертвы в кармане был ещё один. Если всё, что сказал босс — правда, то и второй камень, скорее всего, существует. И он может оказаться таким же, как у босса — «Умиротворением».
Возможность заполучить артефакт, способный даровать покой и очищать разум от лишних мыслей, была слишком ценной, чтобы отказываться от неё из-за каких-то правил.
Чэнь Мин закрыл глаза, позволяя мыслям улечься. Оставалось дождаться завтрашнего дня.
---
Тем временем Старина У, плотно поужинав и пропустив стаканчик-другой, по старой памяти отыскал массажный салон. Таких заведений хватало везде. Колонии не возникали из ниоткуда — их заселяли за счёт массовой миграции, привлекая людей различными льготами. И далеко не все переселенцы были высококлассными специалистами. Всегда нужны были простые работяги, чтобы заполнить низовые должности. А где много людей, там и конкуренция. Тот, кто не выдерживал её, опускался на ту социальную ступень, которая ему соответствовала. Даже в продвинутую космическую эру низший класс никуда не исчез. А значит, и заведения вроде этого тоже никуда не денутся.
Конечно, сейчас Старину У, чья голова была забита всякой дрянью, эти философские вопросы волновали меньше всего. Раз Чэнь Мин обещал заплатить, грех было не воспользоваться. Но перед основным блюдом полагался и аперитив. Договорившись на ресепшене, он развалился в кресле и уже собирался закрыть глаза в предвкушении, как вдруг краем глаза заметил знакомую фигуру.
Мужчина средних лет с усами «щёточкой» в сопровождении троих спутников направлялся в другую часть салона.
— Ого, сегодня с размахом! — присвистнул Старина У. — Раньше вроде по одному обходился.
Мужчина обернулся на звук и удивлённо произнёс:
— Старина У? Какими судьбами?
— Да так, по делам заехал.
Мужчина едва заметно нахмурился.
— Что за дела?
— Мелочь одна, уже всё уладил. Завтра улетаю.
Он заметно расслабился. Не желая продолжать разговор, он бросил на ходу:
— Что ж, счастливого пути.
— И тебе не хворать.
Вообще-то, Старина У хотел расспросить его о той банде пиратов, которую прикончил Чэнь Мин. Но они прилетели сюда как раз для того, чтобы сдать награду за них, и задавать вопросы человеку, тесно с ними связанному, было бы неосмотрительно. К тому же, он помнил, что этот усач не просто сливал пиратам информацию — именно от него они получили свои корабли луддитов. Если он сейчас поднимет эту тему и разозлит человека, связанного с Путём Лудда, ничем хорошим это не кончится.
Наступил следующий день.
Рано утром Чэнь Мин и Старина У встретились у музея истории колонии, где должен был состояться аукцион. Чэнь Мин с удивлением отметил, что охраны здесь было гораздо больше, чем у правительственного комплекса. Похоже, безопасность мероприятия обеспечивали всерьёз. Увидев это, он решил отложить разговор об информаторах на потом.
Проверка личности и допуск на аукцион оказались на удивление простыми. Достаточно было подтвердить на сайте аукциона наличие необходимой суммы на счету. На входе лишь сверяли данные с сайта с личным терминалом. Это обеспечивало анонимность участников, но вызывало вопросы по поводу безопасности. Впрочем, теперь обилие охраны казалось вполне оправданным.
С трудом пройдя по минимальному порогу в двадцать миллионов, он вошёл внутрь. В столице сектора хватало людей с такими деньгами. Когда они со Стариной У вошли в большой конференц-зал, там уже собралось несколько сотен человек, хотя сколько из них было реальными покупателями, а сколько — представителями, сказать было сложно.
Они быстро нашли свои места. На каждом уже лежал подробный каталог со всеми лотами, включая детальное описание главного приза — эсминца «Бронебой». Из зала через огромное, очевидно, недавно установленное одностороннее стекло, был виден и сам корабль, размещённый в соседнем, полностью опустевшем выставочном зале.
Его хищная, копьевидная форма излучала скрытую угрозу, и Чэнь Мин не мог оторвать от него взгляда. Но самое поразительное было в другом. «Наконечник копья» занимала огромная точка подвески — узел для установки оружия капитального класса.
Обычно только крейсеры могли выдержать чудовищный поток и энергопотребление такого орудия. Чтобы установить его на эсминец, требовалось решить целый ряд сложнейших технических проблем и применить массу новых технологий. Похоже, «Синда» с этим справилась. Неудивительно, что корабль вызвал такой ажиотаж.
Чэнь Мин также заметил, что корпус был сделан из композитной брони на основе дорогой стали «Белое Облако». Хотя этот материал, во многом заимствованный у Механической Расы, часто использовался на кораблях высокого класса, для «Синды» это было нехарактерно. Компания всегда старалась ограничивать использование дорогих материалов для удешевления массового производства. Раз уж они пошли на такие траты для брони, занимающей огромную часть массы корабля, значит, на этот проект они делали особую ставку.
На фоне «Бронебоя» все остальные лоты померкли. Даже когда аукцион начался, Чэнь Мин не сводил глаз с корабля, лихорадочно соображая, есть ли хоть какой-то способ прикоснуться к нему. Но ограждения и толпа охранников быстро остудили его пыл. Оставалось только смотреть.
Пока он, не отрываясь, разглядывал эсминец, лоты уходили с молотка один за другим. Два часа спустя настала очередь главного приза. Но перед началом торгов организаторы открыли проход в соседний зал, позволив всем желающим осмотреть корабль вблизи.
Многие остались сидеть, но немало людей, включая Чэнь Мина и Старину У, поднялись и направились к эсминцу. Их взгляды были прикованы к брутальной мощи огромной точки подвески.
Когда Чэнь Мин приблизился к кораблю, он внезапно ощутил укол опасности. Он тут же насторожился, оглядывая толпу. И среди людей, стремящихся к «Бронебою», он увидел его.
Того самого мужчину из видения.
Его рука была в кармане утеплённого костюма, словно что-то сжимая. В тот же миг, как их взгляды встретились, смутное чувство опасности стало почти осязаемым.
Рука Чэнь Мина невольно дёрнулась к поясу, к кобуре пистолета, закреплённой на костюме. Но он вовремя остановился. Если он сейчас выхватит оружие, то не успеет даже выстрелить — охрана изрешетит его в мгновение ока. Современное ручное оружие было куда точнее корабельных пушек и позволяло поражать цели даже в плотной толпе. Впрочем, то же самое касалось и того мужчины. Любое подозрительное движение — и его окружат.
И всё же, Чэнь Мин доверял своей интуиции. Он схватил Старину У за руку и потянул его назад, в хвост толпы. В этот момент мужчина, казалось, тоже заметил их, но смотрел он не на Чэнь Мина, а на Старину У. На его лице на долю секунды промелькнуло сомнение, но тут же исчезло. Сжав кулак в кармане, он словно принял окончательное решение.
И в следующее мгновение произошло немыслимое.
От мужчины во все стороны хлынула волна Импульса Разума, которую Чэнь Мин ощущал уже не раз. Она накрыла всех — участников аукциона, его самого, охрану по периметру и даже, пробив стены, людей снаружи.
Чэнь Мин почувствовал, что импульс был невероятно мощным. Для него, привыкшего к шёпоту камня, он был безвреден, но обычные люди не могли ему противостоять. Как он и ожидал, зал взорвался криками и хаосом. Люди падали на пол целыми рядами. Охранники, не в силах сопротивляться ментальной атаке, тоже рухнули, потеряв боеспособность. Лишь несколько человек ещё пытались бороться, но и они через мгновение отключились.
Старина У скорчился с гримасой боли и тоже упал. Но Чэнь Мин отчётливо видел, что тот сперва замер на секунду, и лишь потом изобразил приступ. Падая, он успел дёрнуть Чэнь Мина за штанину, заставляя его тоже рухнуть на пол и притвориться мёртвым. Очевидно, импульс на него не подействовал.
Хотя Чэнь Мина сжигало любопытство, как обычный человек, не псайкер, смог противостоять ментальной атаке, он подчинился и распластался на полу рядом с У.
Через несколько секунд в огромном зале воцарилась гробовая тишина. Почти все, кто был внутри и снаружи, потеряли сознание. Даже если кто-то из охранников успел подать сигнал тревоги, подкрепление прибудет не раньше, чем через несколько минут. На это время зал принадлежал тем немногим, кто остался на ногах.
Вот только среди них не было зачинщика. Он лежал на полу вместе со всеми. Чэнь Мин был уверен — он тоже притворялся.
Остальные выжившие огляделись и, убедившись, что противников не осталось, с фанатичным блеском в глазах бросились к «Бронебою».
— Что они задумали? — прошептал Чэнь Мин, не сводя с них глаз.
— Думаю, сейчас увидишь, — ответил Старина У и, осторожно по-пластунски, потащил Чэнь Мина за ближайшую опорную колонну.
Нападавшие были слишком увлечены кораблём и не заметили их манёвра.
Едва они укрылись за колонной, как тело бежавшего впереди фанатика дёрнулось, на затылке расцвёл кровавый цветок, и он рухнул на пол. Чэнь Мин медленно обернулся. Прислонившись к стене, стоял один из охранников. Его руки дрожали, но он целился в остальных.
Когда он уже собирался сделать второй выстрел, тело убитого им человека взорвалось.
Мощная ударная волна окончательно сбила охранника с ног. Шквал раскалённого воздуха, пыли и осколков ударил в колонну, за которой прятались Чэнь Мин и Старина У. Мимо них пронеслись куски металла и бетона.
— Твою мать…
Сердце Чэнь Мина пропустило удар. Если бы он не почувствовал опасность и не отстал от толпы, а Старина У не оттащил его в укрытие, их бы накрыло взрывом.
Стоп. Старина У заранее оттащил его…
Чэнь Мин ущипнул лежавшего рядом «без сознания» приятеля.
— Это, чёрт возьми, Путь Лудда, да? Лучше объясни мне, что здесь происходит.