Глава 28. Источник
Стерев с шлема дождевые капли, Чэнь Мин еще раз окинул взглядом павшее у подножия холма стадо. Убедившись, что выживших нет, он повернулся, чтобы уйти.
Но в этот самый миг он заметил вдали крупную фигуру, что ковыляла сквозь пелену дождя.
Это тоже был обезумевший быкозверь, но, видимо, по дороге он сломал правую переднюю ногу. Поэтому, пока его сородичи гибли, он только-только добрался сюда.
Чэнь Мин вскинул пистолет и прицелился зверю в глаз, готовый оборвать его мучения. Но, подумав, перевел прицел на другую, здоровую ногу и выстрелил. Пуля не пробила колено насквозь, а застряла в суставе. Зверь не почувствовал боли, а лишь потащил раненую конечность дальше. Не сделав и двух шагов, он рухнул на землю и принялся отчаянно извиваться.
Чэнь Мин обошел его сзади и прострелил ему задние ноги.
Быкозверь, лишенный всех четырех конечностей, мог лишь тщетно биться на земле. Под ним натекала лужа свежей, а не гнилой крови, которую тут же смывал дождь.
Чэнь Мин поспешил к кораблю и достал из холодильной камеры кровоостанавливающие травы, а также кусок цепи, который он пару дней назад приготовил для укрепления ограды.
Приложив немало усилий, он приковал парализованного быкозверя к земле, а другой конец цепи закрепил на корабле. Все это время тварь продолжала вырываться, и от напряжения кровопотеря лишь усиливалась. К счастью, прежде чем быкозверь истек кровью, Чэнь Мин успел обработать его раны. Обездвиженные и ничего не чувствующие ноги были перетянуты жгутами.
Когда все было кончено, безумие зверя не утихло ни на йоту.
Чэнь Мин покачал головой, еще раз проверил надежность цепи и вернулся на корабль.
Рудовоз плавно оторвался от земли под звон натянувшейся цепи. С болтающимся на привязи быкозверем корабль направился к временному лагерю.
Задав курс, Чэнь Мин обыскал корабль и в конце концов нашел Камешка — тот снова забился в свой астероид на складе. Он свернулся клубком, а его тельце била мелкая дрожь.
Чэнь Мин потыкал его ростком, который обычно держал в кармане.
Камешек вздрогнул и медленно повернулся. Его глазки-бусинки потеряли живой блеск, в них читалась невыносимая боль. Даже любимые нежные листочки, положенные прямо перед ним, не вызвали ни малейшего интереса. Чэнь Мин больше ничего не предпринимал, и Камешек снова свернулся в клубок, продолжая подрагивать.
Это был не страх, а, похоже, мучительное физическое недомогание.
Видимо, Камешек, как и другие животные, подвергся воздействию той же неведомой силы, что вызывала у зверей безумие и разложение плоти. Однако, в отличие от них, он, казалось, сдерживал ее, активно подавляя приступы помешательства.
«Что же на самом деле является источником этого безумия?»
Чэнь Мин должен был это выяснить. Если однажды это безумие коснется людей, коснется его самого, то, разобравшись в его природе сейчас, он, возможно, сможет спасти себя или Камешка. Именно поэтому он и сохранил жизнь быкозверю, болтающемуся на цепи, в надежде, что тот даст ему хоть какую-то подсказку.
Но Чэнь Мин не собирался на этом останавливаться. Поимка обезумевшего животного сама по себе еще не давала ответов.
Поэтому, хоть дело и шло к вечеру, он запланировал еще одну вылазку.
Убедившись, что быкозверь оставлен на краю лагеря, его раны не открылись и в ближайшее время он не умрет от потери крови, Чэнь Мин вновь поднял корабль в воздух и направил его на восток.
Возможно, ответ был там.
Некоторое время назад, наблюдая за стадом, он заметил очень небольшую разницу во времени, с которой быкозвери впадали в ярость. Животные с восточной стороны стада начали метаться чуть раньше. Чэнь Мин не верил в совпадения и не думал, что помешательство может охватить стадо из тридцати голов с такой странной ритмичностью.
На востоке должно было что-то быть.
Кроме того, рой воздушных медуз, с которым он столкнулся при первой попытке посадки, вел себя точно так же. Точка первоначальной посадки находилась не так уж далеко от его нынешнего лагеря. Хотя тогда он не обратил на это особого внимания, просмотр записи с бортовой камеры ясно показал: обезумевшие медузы окружили корабль, и самые первые из них атаковали именно с востока.
Это обстоятельство еще больше укрепило его гипотезу.
Пока корабль набирал скорость, внезапный ливень так же внезапно прекратился. Звезда вновь выглянула из-за туч, заливая землю светом и словно обновляя все вокруг. На границе между фиолетовой и зеленой растительностью проклюнулось множество новых ростков — жизнь била ключом. Но Чэнь Мину было не до этой красоты, пока он не разберется с безумием, терзавшим животных на этой планете.
Вскоре корабль пересек границу и оказался над просторами зеленой растительности. Камеры, установленные на корпусе, непрерывно сканировали землю внизу в надежде что-нибудь найти. Но время шло, а Чэнь Мин по-прежнему не замечал ничего необычного.
Зато неожиданно из склада появился Камешек. Он вскарабкался по капитанскому креслу на плечо Чэнь Мина и принялся грызть росток, оставленный у камня. Он, похоже, пришел в норму.
— Уже в порядке? — спросил Чэнь Мин, поглаживая его по голове.
Камешек не мог ответить словами и лишь потерся мордочкой о его щеку.
Напряжение в душе Чэнь Мина слегка ослабло. Но даже если Камешек пришел в себя, бросать поиски было нельзя. Что, если приступ повторится и зверек не выдержит? Где он тогда найдет другое существо, чтобы разделить с ним одиночество в космосе?
К тому же, дело было не только в Камешке. Если все животные вокруг сойдут с ума, где он будет добывать себе пропитание? Перебазироваться? Даже если новое место и окажется чистым от этой заразы, на его освоение уйдет уйма времени. Плюс потери от несобранного урожая…
Нет, пока у него есть хоть малейший шанс решить проблему, он не мог просто так улететь.
Время тянулось. Корабль методично прочесывал местность. Половина звезды уже скрылась за горизонтом.
Чэнь Мин почти потерял надежду, когда в последних лучах заходящего светила на одном из мониторов он вдруг увидел нечто, что резко выбивалось из окружающего пейзажа.
Заброшенный комплекс каменных строений.