Глава 116. На всякое правило есть исключение
Ло Цянь проглотил невысказанные слова.
А Вэнь — женщина суровая и до жути принципиальная. Если она узнает, что он, не дожидаясь положенных процедур, уже вовсю зазывает ученицу в группу координаторов, она его просто со свету сживёт…
Ло Цянь перевёл взгляд на фигуру, парящую рядом с А Вэнь, и выражение его лица изменилось. «Почему сюда ещё и Небесная Ясновидящая Летучая Мышь заместителя директора прилетела?»
— Как зовут питомца учителя Сяня? — спросила Цяо Сан. — Морда ужасно знакомая, а название хоть убей не вспомню.
— Это Небесная Ясновидящая Летучая Мышь. Родом из района Лянькэ, — пояснила Цзинь Фэйфань. — Тебе кажется знакомым, наверное, потому что недавно в горячих новостях мелькала история с подделкой актёра Гао Сюаня.
Цяо Сан замерла на мгновение, а потом память услужливо подбросила нужную картинку.
Гао Сюань считался актёром второго эшелона. В этом мире съёмки в кино и сериалах не пользовались и сотой долей той популярности, что в её прошлой жизни.
Звёздный статус здесь почти всегда был неразрывно связан с питомцами. Гао Сюань же прославился благодаря своему питомцу психического типа — Оку-Мысли.
Как-то раз на съёмочной площадке Гао Сюань с помощью своего Ока-Мысли спас двадцать три человека, которые чуть не погибли при оползне. Всё это случайно попало в закадровые съёмки, и так актёр обрёл известность.
А недавно разразился скандал: выяснилось, что спасал людей вовсе не Око-Мысли Гао Сюаня, а какой-то проходивший мимо повелитель, и питомцем у него была как раз Небесная Ясновидящая Летучая Мышь.
В закадровых съёмках Око-Мысли просто светилось голубым — готовилось к следующей сцене, и это случайно совпало по времени со спасением.
Повелитель спас людей и ушёл, а спасённые, будучи в панике, даже не поняли, кто именно их вытащил. Съёмочная группа смонтировала материал — и готов обман общественности.
Разоблачил эту историю тот самый оператор, который и вёл закадровую съёмку.
Цяо Сан тогда мельком глянула на новость и закрыла, не вникая в детали.
Неудивительно, что морда знакомая, а названия не вспомнить…
— Сянь. — В тот самый миг, когда Цяо Сан закончила перебирать в памяти детали, учитель Сянь вдруг материализовался прямо перед ней.
— Ни… ни фига себе! — вовремя сменила Цяо Сан готовое сорваться с губ словцо.
Учитель Сянь перевёл взгляд с бумажки, которую всё это время держал в лапе, на Цяо Сан.
— Учитель Сянь, это и есть Цяо Сан, — подтвердила А Вэнь и, повернувшись к девочке, с улыбкой добавила: — Тебя заместитель директора вызывает.
Цяо Сан опешила, не успев даже сообразить, что к чему, как учитель Сянь взмахнул правой лапой вверх — и они исчезли у всех на глазах.
— …..
В помещении воцарилась тишина.
Спустя мгновение Чжэн Инин подошла к Цзинь Фэйфань и спросила:
— Как думаешь, заместитель директора вызвал Цяо-сан не просто так? Может, случилось что?
Друг моего друга — мне друг. Эта девушка пришла вместе с Цяо-сан, потом они стояли рядом и разговаривали — явно не чужие.
Цзинь Фэйфань опешила — она не ожидала, что кто-то заговорит с ней по своей воле.
— Думаю, ничего страшного, — неуверенно ответила она.
В глубине души, впрочем, она не была так уж спокойна. Когда ученика вызывают к учителю в кабинет, обычно это не к добру. А уж если вызывает сам заместитель директора…
Ло Цянь, наконец очнувшись, подошёл поближе и с любопытством поинтересовался:
— А зачем это заместитель директора вызвал Цяо Сан?
А Вэнь метнула на него быстрый взгляд и отрезала:
— По хорошему делу.
Ло Цянь: «…»
…
А тем временем Цяо Сан с трудом сдерживала раздражение, глядя на мужчину в белом халате, с идеально зачёсанными назад волосами.
«В следующий раз, когда учитель Сянь собирается перемещать меня своим пространственным перемещением, пусть хоть предупреждает!»
«У человека с неважным сердцем от такого и инфаркт может случиться!»
— Господин заместитель директора, вы меня вызывали? — Цяо Сан через силу растянула губы в улыбке.
— Да, присаживайся пока, — бросил Лю Яо, продолжая переливать какую-то красную жидкость в пробирку.
Цяо Сан огляделась.
В отличие от прошлого кабинета, здесь было наставлено множество хитроумных приборов. Влажность и температура явно поддерживались на заданном уровне — сразу видно, лаборатория.
Она подошла к лабораторному столу и присела на первый попавшийся стул.
Огнезубый Пёс, заинтересованно наблюдавший за тем, как Лю Яо колдует над зельем, невольно потянул носом.
— Р-р!
«Как вкусно пахнет!»
Лю Яо, услышав радостный лай, улыбнулся:
— Старина Сянь, достань-ка те фрукты.
— Сянь. — Небесная Ясновидящая Летучая Мышь кивнула и мгновенно исчезла.
Когда она появилась вновь, рядом с ней парило блюдо, полное плодов размером с вишню, красных и покрытых причудливым спиралевидным узором.
В следующее мгновение блюдо материализовалось на лабораторном столе прямо перед Цяо Сан.
— Р-р! — взгляд Огнезубого Пса мигом переключился на угощение.
Он наклонился, принюхался — и глаза его радостно вспыхнули.
— Ски-и-и... — маленький Скиталец тоже с любопытством подплыл понюхать.
Но тут же вернулся на своё законное место — на голову к хозяйке — и уставился на Небесную Ясновидящую Летучую Мышь.
Было очевидно: фрукты его интересовали куда меньше, чем новый знакомый.
Цяо Сан смотрела на лежащие перед ней плоды и чувствовала себя неуютно.
«Дожила: фруктов не узнаю…»
«Как же они называются-то…»
Впрочем, винить себя особо не за что. В этом мире фруктов — видимо-невидимо. В разных районах, разных странах, на разных планетах растут свои, местные.
А она, по сути, ела только то, что водится в провинции Юйхуа.
Заместитель директора — воспитатель A-ранга. Денег у него куры не клюют. Купить себе редких фруктов из других мест на закуску — плёвое дело.
Но, хоть она их и не знает, показывать свою неосведомлённость перед ним нельзя ни в коем случае.
— Спасибо, господин заместитель директора, — сказала Цяо Сан и, взяв один красный плод, с самым невинным видом поднесла его ко рту.
— Р-р. — Огнезубый Пёс радостно тявкнул, схватил лапой такой же и тоже собрался отправить его в пасть.
— Погодите! — обычно невозмутимый Лю Яо вдруг взвизгнул на октаву выше.
Цяо Сан вздрогнула:
— А? Что случилось?
— Р-р? — Огнезубый Пёс замер, хлопая глазами, и застыл с плодом у самой пасти.
У Лю Яо дёрнулся глаз.
— Это… это десять тысяч огненных плодов, — с расстановкой пояснил он. — Плод, который могут есть только питомцы огненного типа.
И, словно этого было недостаточно, добавил:
— Людям — нельзя.
Цяо Сан: «…»
«Вот это, наверное, и называется «смерть от позора»…»
— Ха-ха, да я знаю, — выдавила она нервный смешок. — На, Я-Сокровище, ешь.
И с этими словами ловко запихнула плод прямо в пасть Огнезубому Псу.
— Р-р…
Пёс, застигнутый врасплох, инстинктивно прожевал.
«Вкуснотища!»
«И энергия внутри прямо закипает! Кажется, её становится больше!»
Проглотив первый плод, Огнезубый Пёс мгновенно отправил в рот и тот, что держал в лапе.
— Ха-ха, не торопись, не спеши, тут ещё много, — продолжала нервно хихикать Цяо Сан, поднося ко рту пса следующий красный шарик.
Лю Яо: «…»
— Мне только что звонила учитель А Вэнь, — наконец перешёл он к делу. — Сказала, что у твоего Огнезубого Пса энергетический показатель — 13 966.
Цяо Сан опешила.
«Неужели заместитель директора вызвал меня, потому что мой пёс такой крутой?»
— Угу, — промычала она, продолжая кормить Я-Сокровище.
— А ты знаешь, каков нормальный диапазон энергии для питомца начальной формы? — спросил Лю Яо.
«Так и есть. Похоже, энергия моего пса выходит за общепринятые рамки».
Цяо Сан мгновенно всё поняла.
Но паниковать не стала. Ну, превышает его энергия норму — и что это значит?
«Что он у меня исключительный!»
— Пятнадцать тысяч? — ляпнула она первое, что пришло в голову.
Лю Яо, помешивая пробирку, спокойно, но твёрдо произнёс:
— От одного до десяти тысяч. В норме питомец начальной формы, достигая показателя в 10 000, эволюционирует.
— А тем, кому для эволюции нужны дополнительные условия, просто не позволяют превысить этот барьер, и они ищут пути его прорыва.
— Однако… на всякое правило есть исключение.