Глава 107. Сборы
Маленький Скиталец отличался от Огнезубого Пса.
Я-Сокровище грезил только о силе. В вопросах тренировок он безоговорочно доверял хозяйке, что бы она ни сказала.
А вот Скиталец горел желанием исследовать новое, любопытство было его второй натурой. У ручья Люганьси он непременно увязывался за каждой букашкой или птичкой, чтобы рассмотреть их вблизи.
Даже когда он впервые притащил тёте рыбу, и та собралась её готовить, малыш увязался на кухню — посмотреть, как это делается.
Хотя маленький Скиталец ещё не приступил к серьёзным тренировкам, в том, как он пытался
исправить
свою телепортацию, уже чувствовался собственный, оригинальный подход.
Он был полон решимости во что бы то ни стало добиться выхода газов.
— Ски. — Малыш снова ткнул пальцем себе в попу, а потом указал на дверь.
— Я понимаю, ты хочешь телепортироваться подальше, — терпеливо объясняла Цяо Сан. — Но дело тут совсем не в газах, а в силе мысли, в концентрации!
Слова «сила мысли» она произнесла с особым нажимом.
Маленький Скиталец, кажется, что-то уловил, но потом снова обернулся и уставился себе за спину.
— Ски?
Цяо Сан: «…»
— Послушай, — вздохнула она. — Ты — питомец призрачного типа. Ваш род вообще не пукает. Вот Я-Сокровище, например, от рождения умеет извергать пламя, но парить в воздухе, как ты, не может. А ты можешь парить, но огнём плеваться не умеешь.
— Тот Морской Конёк, который газы в воде выпускает, тоже не умеет летать, как ты. И ты не сможешь, как он, под водой находиться.
— Все мы разные. Это заложено с рождения.
Она уже несколько раз пыталась объяснить эту простую истину. Даже специально искала в интернете статьи о строении призрачных питомцев и зачитывала их Скитальцу вслух.
Но малыш был ещё слишком мал. Сложные объяснения просто не укладывались у него в голове. Пришлось перейти на более доходчивый язык.
— Ски! — в глазах Скитальца вспыхнуло озарение.
Цяо Сан с облегчением выдохнула. «Ну наконец-то дошло…»
— Теперь твоя главная задача — избавиться от этих лишних телодвижений перед телепортацией, — воспользовалась моментом Цяо Сан. — Надо искоренить эту привычку. Телепортация — это разновидность сверхчувствительного восприятия. Она происходит мгновенно. Если перед перемещением ты будешь выделывать такие кульбиты, в обычной жизни это, может, и сойдёт, но на соревнованиях станет твоей ахиллесовой пятой.
Маленький Скиталец хлопнул глазами, ничего не ответил и… бесследно исчез с кровати, материализовавшись под потолком.
— Ски-и-и... — донеслось сверху, и в следующее мгновение малыш снова сидел на кровати.
— Ски.
Цяо Сан: «…!»
«Так ты, оказывается, умеешь! А эти кулаки, эти натуживания — просто способ пукнуть, да?!»
Цяо Сан помолчала, сдерживая желание высказать всё, что она думает по этому поводу, и наконец выдавила:
— Молодец. Продолжай в том же духе.
— Ски-и-и... — маленький Скиталец посмотрел на хозяйку с самым невинным видом.
Цяо Сан, глядя на его мордашку, вдруг снова захотелось нанести на неё духовные узоры. Даже если не получится — просто ради тренировки.
Она уже собралась доставать материалы, как вдруг зазвонил телефон, валявшийся на кровати.
Ожидая вестей о пяти миллионах, Цяо Сан недавно выкрутила звук на максимум, и теперь трель звонка перекрыла даже голоса из телевизора.
Она взяла трубку, глянула на экран и, едва успев ответить, услышала голос матери:
— Собирайся! Завтра выезжай обратно! Мне только что звонили из твоей школы!
Цяо Сан опешила:
— Из какой школы?
— Из какой-какой? Из Святой Воды, конечно! — в голосе матери сквозила неподдельная радость. — Сказали, что тебя, как особо одарённую, зачислили в элитный класс! Велели завтра же явиться. Всех детей, попавших в этот класс, отправляют на сборы.
Едва пережив вступительные экзамены, Цяо Сан рассчитывала на два месяца блаженного отпуска, на возможность просыпаться без будильника, когда вздумается. И вот, когда половина каникул уже позади, — такая новость!
Чувства Цяо Сан смешались. С одной стороны, её переполняла гордость от попадания в элитный класс. С другой — она вдруг с ужасом вспомнила о тех днях, когда её жизнь подчинялась безжалостному будильнику…
— Алло! Ты меня слышишь? — мать, не дождавшись ответа, окликнула дочь.
— Слышу, — Цяо Сан быстро смирилась с неизбежным. — А на сборах нужно будет жить в школе?
— Наверное. Я не уточняла. Завтра приедешь, отметишься, а если понадобится общежитие — позвони, я тебе всё необходимое привезу, — распорядилась мать.
— Хорошо, — покорно согласилась Цяо Сан.
— Да, кстати, я уже созвонилась с твоей тётей, всё ей объяснила. Но ты, когда будешь прощаться, сама им с бабушкой всё расскажи. И обязательно объясни причину своего отъезда! — добавила мать.
— Ладно.
«Ну и хитрость! Материнская забота во всей красе».
Положив трубку, Цяо Сан поняла, что практиковаться в нанесении узоров ей расхотелось. Времени для этого теперь будет навалом. А сегодня надо насладиться последними часами свободы!
— Включаем телик! — объявила Цяо Сан и направилась к Огнезубому Псу.
— Ски-и-и... — радостно отозвался маленький Скиталец и поплыл следом.
…
На следующее утро, едва рассвело, зазвонил давно забытый будильник. Цяо Сан, превозмогая себя, выползла из постели.
Разлепив сонные глаза, она обнаружила, что Огнезубый Пёс и маленький Скиталец уже вовсю лакают молоко.
«Молодость… Тьфу ты, юность — великое дело».
Когда она умылась и собрала вещи, часы показывали всего 7:52.
В общей комнате, где обычно завтракали, тётя уже сновала между кухней и столом, выставляя одно блюдо за другим.
— Что это ты сегодня поднялась ни свет ни заря? — улыбнулась тётя, глядя на Цяо Сан. — А то всё до девяти дрыхла.
Цяо Сан окинула взглядом небывало щедрый завтрак:
— Тётя, ну хватит смеяться. Вижу, вы уже в курсе и даже специально с утра пораньше столько всего наготовили.
— Ах ты, — тётя покачала головой. — Мама твоя всё рассказала. Элитный класс, да ещё в школе Святой Воды! Это ж надо!
— Я и сама только вчера узнала, — Цяо Сан уселась за стол. — А дядя с остальными ещё спят?
— Спят, куда ж они денутся, сонные тетери, — махнула рукой тётя.
«А ведь раньше я просыпалась позже всех…»
Позавтракав, она подождала, пока остальные выйдут из своих комнат, но, так и не дождавшись, попросила тётю передать всем привет и отправилась на вокзал.
Городской вокзал Хангана находился неподалёку от школы Святой Воды. Именно поэтому мать и посоветовала дочери сначала заехать и отметиться.
Было лето, каникулы, поэтому в окрестностях школы не наблюдалось ни души.
В прошлый раз Цяо Сан, как посторонняя, входила через Северные ворота. Сегодня же у неё была возможность пройти через Южные.
Она остановилась перед Южными воротами, окидывая взглядом более чем стометровую в длину и десятки метров в высоту арку, увенчанную величественной табличкой с названием школы.
Ворота — важнейший символ любого учебного заведения. И школа Святой Воды, бесспорно, доказала, что по части представительности ей нет равных среди средних школ повелителей Хангана.
Ворота были заперты, но в будке охранника виднелся человек.
Цяо Сан подошла к окошку и вежливо сказала:
— Дяденька, я сегодня приехала отметиться. Впустите меня, пожалуйста.
Охранник внутри поднял голову, увидел Огнезубого Пса на руках у посетительницы и Скитальца, примостившегося у неё на голове, и на мгновение опешил.
— Отметиться? — переспросил он. — Ты из одиннадцатого или двенадцатого класса? Что-то я тебя раньше не видел.
— Я новенькая, — ответила Цяо Сан. — Мне вчера из школы позвонили и сказали сегодня прийти.
Охранник замер, потом его глаза округлились.
«Новенькая?!»