Глава 317 «Отборочный этап, первый матч. Битва начинается (часть вторая)»
Тан Сань без лишних церемоний кивнул и произнес:
— Выходим в таком составе: Дай Мубай, я, Сяо Ву, Цзинлин, Хуан Юань, Цзянчжу и Тайлун. Действуем по первому плану. Помните, какое унижение мы перенесли в Императорской академии Тяньдоу? Пусть виной тому был принц Сюэ Син, но сама академия – это лицо императорской семьи. Директора Флендера и учителей здесь нет, но я прекрасно знаю их волю: если мы хотим достойного будущего, сегодня наш противник должен быть разгромлен окончательно. Думаю, одной минуты нам вполне хватит.
Дай Мубай ударил кулаком в ладонь, и в его зловещих глазах с двойными зрачками вспыхнул яростный блеск. — Верно, — отрезал он. — Нам хватит и минуты.
Вокруг Тан Саня и Дай Мубая бесшумно разлилась невидимая жажда крови. Картина их бессильного ухода из Императорской академии Тяньдоу под взглядом Дугу Бо навсегда врезалась в память. И хотя Тан Сань не сказал этого прямо, все понимали: они не просто должны одолеть вторую команду академии, они должны лишить их всякого шанса пройти отборочный этап.
Вскоре прибыл сотрудник арены, чтобы пригласить их на поле. Организаторы явно не ставили на них ни гроша: сопровождать команду прислали всего одного человека. Стоило им подойти к выходу из туннеля, как до ушей Семерых Монстров долетел зычный голос распорядителя. Тот во всеуслышание объявлял имена участников второй команды Императорской академии Тяньдоу и их Боевые Духи. С высокой трибуны по одну сторону Великой Арены Духа били золотые лучи прожекторов, под торжественное сияние которых на поле выходил один боец за другим.
Участники из императорской академии, может, и не блистали силой, но выглядели весьма эффектно. На их бледно-золотой форме слева красовалась вышивка «Тяньдоу», а на спине – узор из семи серебряных звезд, символ империи. Все статные, на вид лет двадцати с небольшим. Даже при дневном свете лучи духовных инструментов заставляли их сиять. Словно маленькие золотые солнца, они приковывали к себе взгляды всей толпы.
— Проклятье, нас явно выставили в качестве сорняков, чтобы эти «прекрасные цветы» на нашем фоне смотрелись еще лучше, — в ярости прорычал Хуан Юань. Обладатель Боевого Духа Одинокого Волка не был таким могучим, как Тайлун, но его крепкое телосложение внушало уважение. Как и Дай Мубай, он был мастером духа системы мощной атаки. Благодаря прямолинейному характеру он быстро влился в команду.
Идущий рядом Цзинлин протянул со злобной усмешкой:
— Не совсем так. Мы не сорняки, нас используют как навоз. Разве цветы на навозной куче не кажутся еще ярче? — В отличие от мужественного Одинокого Волка, этот мастер системы ловкой атаки со своим длинным худым телом и какими-то женственными чертами лица производил неприятное впечатление. Рядом с ним каждый чувствовал себя не в своей тарелке: его холодный взгляд напоминал взор затаившейся змеи. Даже во время дружеских спаррингов он никогда не подставлялся. Если нужно было напасть толпой – он всегда был тут как тут, но если приходилось принимать удар – его и след простыл. Дай Мубай, Хуан Юань и Тайлун – эти суровые парни – называли его не иначе как «трусом». К счастью, за странным характером скрывалась весьма незаурядная сила.
— Скоро они узнают, кто здесь навоз, — Тайлун с силой сжал кулаки.
Дай Мубай холодно скомандовал:
— Идем. Наш выход.
Свет на арене погас, и команда Академии Шрек медленно вышла под оглушительный свист трибун.
Поле боя за это время преобразилось. За те короткие полчаса, что прошли с начала церемонии, рабочие успели возвести помост. Круглая сцена высотой в десять метров и диаметром более тридцати занимала огромное пространство. И это была лишь одна такая платформа; завтра, когда отборочный этап развернется в полную силу, здесь установят сразу пять помостов. Двадцати восьми командам предстояло провести двадцать семь туров. Каждому коллективу придется встретиться со всеми соперниками. За победу начисляется одно очко, за поражение – ноль. По итогам этих двадцати восьми туров пять лучших команд пройдут в рейтинговый этап. А попасть туда – все равно что забронировать место в финале. Целый месяц отборочных станет суровым испытанием для любого учебного заведения. Двадцать восемь дней непрерывных сражений способны вымотать любого, кому не хватит выносливости.
В расписании Элитного турнира академий мастеров духа высшего ранга отборочный этап занимал едва ли не половину времени. Рейтинговый и финальный этапы должны были пройти на большой площади перед Дворцом Понтифика, на самой границе между империями Небесного Доу и Звездного Ло. Там победители получат награду из рук самого Понтифика. Неслыханная честь!
— Какое предвзятое отношение, — Тан Сань прищурился, но лицо его оставалось бесстрастным. Вместе с Дай Мубаем он вывел одиннадцать учеников Академии Шрек в центр помоста. Они выстроились в ряд напротив второй команды Императорской академии Тяньдоу.
В этой «второй сборной» числилось шестнадцать человек. В свое время Семерка Монстров пробыла в императорской академии недолго, поэтому противники их не узнали. Выходцы из благородных семей с нескрываемым презрением разглядывали нелепые наряды Шреков. Не будь они на официальной арене, многие бы уже покатились со смеху.
— Настоящее стадо жаб. И с таким видом они приперлись на турнир мастеров духа? — Вперед выступил невысокий, хрупкий парень. У него была нежная белая кожа и довольно смазливое лицо, так что его легко можно было принять за девчонку. Даже голос звучал приторно-мягко.
— Капитан, ну почему нам достались именно такие противники? Словно жаба на ногу прыгнула – не укусит, так мерзко станет. Вы только посмотрите на их эмблему, обхохочешься же, — разряженная девица рядом с ним прикрыла нос рукой, будто боялась учуять вонь от учеников Шрека.
Капитан понимающе кивнул, а затем его взгляд с плотоядным интересом скользнул по фигуре Сяо Ву:
— Жаль только такую милашку.
Сяо Ву холодно хмыкнула:
— Один – ни то ни се, другая – девка из веселого квартала. И как нам достались такие противники?
— Ах ты, мелкая дрянь! Кого ты назвала девкой из борделя?! — Пышнотелая ученица мгновенно вскипела. Лицо парня, которого приложили «гермафродитом», тоже позеленело от злости.
Дай Мубай расхохотался:
— Сяо Ву, ты гений! Я бы и не додумался до таких точных определений. Ни то ни се и портовая девка… Какая идеальная пара!
Тот невысокий капитан ледяным тоном произнес:
— Хорошо. Вы очень дерзки. Убивать на турнире запрещено, но увечья неизбежны. Раз вы сами ищете смерти, вините только себя.
Бой еще не начался, но воздух между противниками уже был наэлектризован до предела. Запах пороха витал в воздухе.
Дай Мубай был слегка недоволен тем, что враг украл его реплику. В этот момент к ним подошел судья.
— Прошу команды поприветствовать друг друга. Запасным покинуть помост.
Обе стороны, пересиливая крайнюю неприязнь, нехотя обменялись дежурными поклонами. Лишние игроки ушли, и на сцене остались лишь по семь участников первого матча.
Со стороны Шрека в первом ряду встали Дай Мубай, Тайлун и Хуан Юань. Тан Сань занял позицию в центре, по бокам от него – Сяо Ву и Цзинлин. Цзянчжу замыкала строй.
У второй команды Императорской академии, не считая той парочки, остальные пятеро были парнями мощного сложения. Они выстроились впереди живой стеной, заслоняя двоих сзади. Прямо по центру за ними стоял хрупкий капитан – нетрудно было догадаться, что он мастер системы контроля. Та девица с вызывающей фигурой пристроилась в самом тылу.
На трибуне для почетных гостей великий император Сюэе с улыбкой наблюдал за сценой. Повернувшись к Нин Фэнчжи, он произнес:
— Глава Нин, похоже, исход первого боя предрешен. Никакой интриги.
Нин Фэнчжи с легкой улыбкой кивнул в знак согласия.
Сидевший по другую сторону платиновый епископ Салас внезапно подал голос:
— Глава Нин, может, вы все-таки откроете секрет? Какая из двадцати восьми команд, за которыми вы наблюдаете, по вашему мнению, претендует на чемпионство?
— Ваше Высокопреосвященство Салас, — отозвался Нин Фэнчжи, — разве толика таинственности вредит делу? Уверен, у вас тоже есть свои фавориты.
Салас ответил натянутой, лишенной тепла улыбкой:
— Стало быть, глава Нин не желает делиться сведениями?
Нин Фэнчжи невозмутимо парировал:
— Это тайна моего клана, и она, полагаю, господина епископа не касается.
— Ты… — Лицо Саласа потемнело. Он скрестил взгляд с Нин Фэнчжи прямо перед глазами императора, и ни один не собирался уступать.
Великий император Сюэе, сидевший между ними, слегка нахмурился и поспешил разрядить обстановку:
— Господа, не стоит торопиться. Как только турнир завершится, мы все узнаем. Епископ Салас, глава Нин прав: его симпатии – это его личное дело. Видите, даже я не задаю подобных вопросов, хоть мне и чертовски любопытно.
Платиновый епископ Салас бросил взгляд на императора и сухо ответил:
— Ваше Величество правы. Что ж, давайте смотреть бой.
Сидевший во втором ряду принц Сюэ Син самодовольно прошептал своим спутникам:
— Смотрите, даже государь и глава Нин видят, что здесь нет никакой интриги. Ученики нашей Императорской академии – вот истинная элита. И это только вторая команда! Цель нашего основного состава в этом году лишь одна – титул чемпионов.