Глава 159 «Внешняя духовная кость (часть вторая)»
Последний учитель выглядел несколько моложе двух предыдущих – казалось, он был ровесником Флендера.
— Это учитель Шао Синь, — представил его Флендер. — Его боевой дух – Сахарные бобы. Он – Святой Духа семьдесят первого ранга, мастер системы пищи. Могу с уверенностью сказать: среди всех мастеров духа этого направления, которых я знаю, Шао Синь определенно входит в пятерку сильнейших.
Если первые два наставника и не произвели должного впечатления, то появление Святого Духа семьдесят первого ранга системы пищи повергло четверых новичков в настоящий шок. Учитель Шао Синь оказался невысок ростом – он был примерно одного роста с двенадцатилетней Сяо Ву, а может, и чуть ниже. Маленькие глазки, крупный нос… Внешность его была совершенно заурядной, но кто бы мог подумать, что перед ними мастер пищи столь высокого уровня? Святой Духа семьдесят первого ранга системы пищи – и в Зале Боевых Духов, и в любом клане мастеров духа такой человек неизменно занимал бы статус посвященного.
После слов Флендера учителя кивнули ученикам. Учитель Ли сохранял беспристрастность, учитель Лу доброжелательно улыбался, а вот на лице учителя Шао застыла какая-то странная гримаса. Он не сводил глаз с Оскара, и в его взгляде читалось нечто, похожее на фанатичный восторг.
Наконец Флендер подошел к Мастеру и, приобняв его за плечо, произнес:
— И напоследок тот, кого я должен представить вам особенно подробно. Человек, чьи исследования легли в основу «Десяти заповедей конкурентоспособности боевых духов». Величайший теоретик и мудрейший из мастеров духа, а также наставник Тан Саня – господин Юй Сяоган. Он мой старый товарищ, мы знакомы уже десятки лет. Возможно, его имя вам ничего не скажет, но о титуле вы наверняка слышали. Впредь зовите его просто Мастер.
При упоминании этого титула ребята невольно встрепенулись и устремили взоры на Тан Саня. Хотя о самом Мастере они знали немного, сам факт того, что он воспитал столь выдающегося ученика, говорил о многом. Разве мог посредственный учитель вырастить такого гения?
Тан Сань и сам был немало удивлен – он впервые слышал имя своего наставника. Мастер никогда не упоминал его раньше, а сам юноша не решался спросить. «Так вот как тебя зовут, учитель… Юй Сяоган».
— С сегодняшнего дня, — продолжил Флендер, — ваше обучение полностью переходит в ведение Мастера. Мы же будем ему содействовать. Вы вернулись только вчера и наверняка измотаны, поэтому сегодня у вас выходной. Завтра занятия возобновятся. В этом походе в Великий лес Звездного Доу еще трое из вас достигли уровня Эксперта Духа. Нин Ронрон, Ма Хунцзюнь, Чжу Чжуцин – вы еще не преодолели порог тридцатого ранга, так что вам придется постараться, чтобы не отставать от остальных. — Он повернулся к напарнику:
— Мастер, хочешь что-нибудь добавить?
Мастер кивнул. Его лицо, как и всегда, оставалось неподвижной маской. Окинув взглядом семерых учеников, он бесстрастно произнес:
— В этой академии вас всего семеро, и для меня вы – единое целое. Я уже изучил ваши личные дела и в ближайшее время разработаю индивидуальные методики обучения. Помимо беспрекословного подчинения, я не желаю слышать никаких возражений. Ко всем будут предъявляться одинаковые требования. Вы – ученики Академии Монстров, а значит, должны отличаться от обычных мастеров духа. В будущем одно упоминание о вас должно вызывать у людей лишь одну ассоциацию: «монстры». С этого момента разделение на начальные и старшие группы отменяется, обучение станет общим. Согласно возрасту, я распределил вас по номерам: первый – Дай Мубай, второй – Оскар, третий – Тан Сань, четвертый – Ма Хунцзюнь, пятая – Сяо Ву, шестая – Нин Ронрон и седьмая – Чжу Чжуцин.
Его холодный взгляд прошелся по ребятам.
— Свободны. Завтра на рассвете сбор здесь же. И еще: я не потерплю отсутствующих на завтраке. Те, кто пропустит прием пищи, познакомятся с моей системой особых тренировок.
Отдых – это, конечно, хорошо, но появление Мастера вызвало у учеников смешанные чувства: любопытство вперемешку с легким трепетом.
Когда учителя разошлись, Оскар подошел к Тан Саню и прошептал:
— Сяо Сань, похоже, твой учитель будет похлеще директора Флендера!
— Учитель всегда предельно серьезен в делах, — с легкой улыбкой ответил Тан Сань. — Если строго следовать его наставлениям, проблем не возникнет.
Дай Мубай рассмеялся:
— Кроме меня и Сяо О, вы все погодки. Надо же, какое совпадение: Тан Сань так и остался Третьим, а Сяо Ву стала Пятой. Прямо судьба.
— Сестрички, ну-ка, назовите меня «четвертым братом», — ехидно ухмыльнулся Толстяк.
Сяо Ву закатила глаза и протянула ладонь:
— Без проблем. Гони красный конверт с деньгами – и я так и быть назову.
— Э-э… ну… — Толстяк опешил.
Нин Ронрон поддела его еще изящнее:
— Пончик, как только твоя сила сравняется с силой третьего брата, я сразу тебя так назову.
Ответ Чжу Чжуцин был самым кратким. Одарив Ма Хунцзюня ледяным взглядом, она отчеканила всего два слова:
— Победи меня.
— Ладно, ладно, сдаюсь, — удрученно махнул рукой Толстяк. — Кто-нибудь собирается в город? Выпал редкий выходной, хочу прогуляться по Сото.
Дай Мубаю тоже порядком поднадоело сидеть в четырех стенах, но после событий в Великом лесу его отношения с Чжу Чжуцин наконец начали теплеть. Он не хотел разрушать тот хрупкий образ благопристойности, который едва успел выстроить, поэтому с самым безучастным видом уставился в небо, будто его это вовсе не касалось.
Оскар же сладко зевнул:
— Не, я пас. Пойду досыпать. Наконец-то я тридцатого уровня, можно хоть немного расслабиться.
Девушки пристально смотрели на Ма Хунцзюня – они прекрасно понимали, что за «дела» ведут этого Толстяка в город. Но тут внезапно подал голос Тан Сань:
— Пожалуй, я пойду с тобой.
Глаза Толстяка загорелись. Он украдкой глянул на Сяо Ву, чье лицо тут же изменилось, и хохотнул:
— Третий, неужели и ты наконец прозрел?
Тан Сань недоуменно моргнул:
— О чем ты? Мне нужно найти кузницу. Хочу нанять пару кузнецов, чтобы помогли с изготовлением кое-каких вещей. Если я буду делать все в одиночку, то вооружим мы вас еще очень не скоро!
Нин Ронрон прыснула со смеху:
— Я так и знала, что третий брат не такой пошляк, как ты.
Лицо Сяо Ву мгновенно просветлело.
— Тогда я пойду с тобой, — вызвалась она.
Но Тан Сань с улыбкой покачал головой:
— Нет, лучше отдохни. Тебе и так за последние дни досталось. Побудь в академии, а я быстро управлюсь.
Сяо Ву не стала настаивать и послушно кивнула.
— И чего сразу «пошляк»? — Толстяк с обидой воззрился на Нин Ронрон. — Я просто решаю проблему своего злого огня, директор сам разрешил! Идем уже, Сяо Сань.
Тан Сань лишь сокрушенно вздохнул:
— То ты зовешь меня Третьим, то Сяо Санем… Давай уже определимся с обращением.
— Буду звать тебя Сяо Санем, — хохотнул Толстяк. — Ты же всего на пару месяцев старше меня. Идем, скорее! — Он явно терял терпение и, схватив Тан Саня за руку, потащил его к воротам академии.
Глядя им вслед, Нин Ронрон прошептала Сяо Ву на ухо:
— И ты не боишься, что Толстяк испортит твоего Сяо Саня? Будь я на твоем месте, точно пошла бы следом.
Сяо Ву лишь загадочно улыбнулась:
— Мужчине нужно личное пространство. К тому же я ни за что не поверю, что Толстяк сможет плохо повлиять на Сяо Саня.
— Ох, посмотрите на эту уверенность! — Рассмеялась Нин Ронрон. — Какая идиллия у влюбленных.
Щеки Сяо Ву вспыхнули. Она шутливо ткнула подругу в бок:
— Не мели чепухи! Мы с Сяо Санем – брат и сестра.
Нин Ронрон, прыснув со смеху, припустила к общежитию:
— Да-да, конечно! Знаем мы этих «братьев и сестер»! Тех, что ближе родных, верно?
— Ах ты вредина! — Сяо Ву не привыкла оставаться в долгу и с заливистым смехом бросилась в погоню. Поскольку они жили в одной комнате, обе скрылись в одном направлении.
Оскар, зевая на ходу, побрел к себе. Дай Мубай же перевел взгляд на Чжу Чжуцин.
— Чжуцин… — позвал он.
Девушка подняла на него глаза:
— Я тренироваться. — И собралась уходить.
— Мы можем нормально поговорить? — Дай Мубай стремительно преградил ей путь. — Я помню, в детстве ты была совсем другой.
На губах Чжу Чжуцин заиграла холодная усмешка:
— А ты? Разве в детстве ты был таким же, как сейчас? Близняшки, хм… — Она презрительно фыркнула и пошла прочь. Хотя за последние дни она стала чуть более разговорчивой, невидимая ледяная преграда все еще надежно защищала ее от Дай Мубая.
Дай Мубай не стал ее догонять. Он лишь горько усмехнулся про себя. «Неужели это и есть заслуженная кара? Подумать только, настал день, когда и ветреному молодому господину Даю пришлось несладко. Что ж, поделом мне…»
Он никогда и никому не рассказывал о том, что связывает его с Чжу Чжуцин. Но если бы между ними ничего не было, разве стал бы гордый Злоглазый Белый Тигр так унижаться перед ней, какой бы красавицей она ни была?
Город Сото.
Едва они вошли в город, Толстяк тут же распрощался с Тан Санем и умчался решать свои «огненные дела». По дороге он несколько раз пытался соблазнить Тан Саня составить ему компанию, но тот остался непреклонен. Обоим было по двенадцать лет, но разница в зрелости духа была колоссальной.
Сото, как всегда, жил своей шумной жизнью. Было утро, лавки и магазины уже вовсю торговали. Суета многолюдных улиц резко контрастировала с умиротворением Академии Шрек.
Цель Тан Саня была проста – найти подходящую кузницу. Прошлой ночью, хоть он и лег рано, он успел обдумать предложение Нин Ронрон. Если бы он мастерил только для себя, его сил бы хватило на создание любого количества скрытого оружия. Но если он собирался снабдить ими других, в одиночку ему было не справиться.