Глава 106 «Четырехглазый Филин Флендер (V)»
Тан Сань кивнул и, заведя руку за спину, предостерегающе махнул Сяо Ву, которая уже собиралась пойти следом. Лишь после этого он размашистым шагом направился вглубь академии вслед за Флендером.
Кабинет Флендера, служивший ему одновременно и жильем, располагался неподалеку от той самой маленькой площадки, где вчера Тан Сань сошелся в схватке с Чжао Уцзи. Обстановка комнаты была предельно простой: лишь самое необходимое и ничего лишнего.
Флендер опустился в кресло за рабочим столом и посмотрел на юношу. В его глазах внезапно вспыхнул сложный, трудночитаемый огонек.
— Как поживает Мастер? — Спросил он.
Тан Сань почтительно склонил голову:
— У учителя всё хорошо.
Флендер взглянул на него с некоторым удивлением.
— Так ты его ученик? — Протянул он. — Неудивительно… Неудивительно, что он отдал тебе даже этот пояс. Когда я в тот день увидел его на тебе, да еще и прикинул твой возраст, я сразу понял, что ты направляешься ко мне, в Академию Шрек. Но я и представить не мог, что ты его личный воспитанник. В свое время он говорил мне, что однажды вырастит гениального мастера духа, который потрясет весь континент. Похоже, его выбор пал именно на тебя.
Тан Сань провел ладонью по «Двадцати четырем мостам в лунную ночь» и вытащил письмо.
— Перед отъездом учитель велел мне передать это письмо директору, — он протянул конверт Флендеру, — но только после того, как я успешно пройду испытания и буду зачислен.
Услышав слова Тан Саня, Флендер на мгновение помрачнел, но в ту же секунду в его взгляде промелькнула тень улыбки.
— Всё такой же упрямец, — пробормотал он. — В его духе. Неужели этот старый хрыч наконец-то соизволил связаться со мной?
С этими словами он медленно вскрыл конверт и вытащил белоснежный лист бумаги. Тан Сань отчетливо видел, как мелко дрожали руки Флендера в этот момент.
Юноша не знал, что именно было написано в послании, он мог лишь наблюдать за тем, как стремительно меняется лицо директора. Флендер то расплывался в радостной улыбке, то багровел от ярости – на его лице, сменяя друг друга, отражалась вся палитра чувств.
— Ладно, ладно, старый ты остолоп! — Вскричал вдруг Флендер. — Ах ты, старый мерзавец, тебе обязательно нужно что-то доказывать? Зачем? Неужели ты не понимаешь, что на самом деле…
Казалось, Флендер на мгновение потерял рассудок, бормоча под нос нечто совершенно невразумительное.
Внезапно он резко вскинул голову и впился взглядом в юношу.
— Раз уж ты – его главное доказательство, то ни в коем случае не разочаруй его! — Отрезал он. — Можешь идти. Живо готовься к вечерним занятиям. Они будут ох какими непростыми.
Поручение Мастера было выполнено. Хотя директор Флендер и показался Тан Саню крайне странным человеком, юноша не стал ломать над этим голову. Битва с Чжао Уцзи выявила в нем слишком много слабых мест, и он рассудил, что лучше потратить свободное время на медитацию и тренировку.
Пока Тан Сань и остальные были заняты своими делами, Оскар и Нин Ронрон вовсю наворачивали круги за пределами академии.
— Оскар, сколько нам еще бежать? — В голосе Нин Ронрон слышалось явное изнеможение.
Поначалу она была полна решимости. Несмотря на то, что она была мастером духа системы поддержки, отец дома всегда требовал, чтобы она занималась физической подготовкой, причем наставлял ее почти слово в слово так же, как и Флендер. Поэтому ее тело не было слабым. Пусть она и не могла тягаться с боевыми мастерами, долгие тренировки дали ей не только крепкое здоровье, но и завидную выносливость. Особенно хорошо ей давался бег.
Однако с тех пор, как они покинули стены школы, Нин Ронрон под предводительством Оскара не завершила даже одного круга, хотя времени прошло уже порядочно. С такой скоростью они не то что к обеду – к ужину вряд ли закончат. К тому же силы стремительно таяли, и вечно поддерживать такой темп было попросту невозможно.
Оскар лишь горько усмехнулся:
— Я же говорил тебе в самом начале, что это невыполнимое задание. Но ты не бойся, разве два мастера системы поддержки, работая в паре, могут остаться голодными? Не хочешь перекусить?
Нин Ронрон бросила на него короткий взгляд. Несмотря на юный возраст, в ее мягком взоре уже проскальзывало природное кокетство.
У Оскара от этого взгляда едва колени не подогнулись. Хе-хекнув, он заговорщицки прошептал:
— У папаши есть большая сосиска!
Вспышка света – и в его руке материализовалась аппетитная, исходящая паром сосиска, которую он тут же протянул спутнице.
— Это моя сосиска, способность первого духовного кольца – восстановление. Она не только ускоряет заживление ран, но и прекрасно возвращает силы. Поешь. С моей поддержкой нам не то что двадцать – две сотни кругов нипочем, и о еде можно не беспокоиться.
Нин Ронрон посмотрела на Оскара как на сумасшедшего и вдруг выдала нечто совершенно невообразимое для своего нежного облика:
— А у этой мамочки тоже найдутся две горбушки хлеба! Подавись ты своей сосиской!
С этими словами за ее спиной возник призрачный силуэт Пагоды Семи Сокровищ. Получив духовную прибавку к ловкости, она резко ускорилась и умчалась вперед.
— Э-э… — Оскар остолбенел. Даже если бы здесь были Тан Сань или Дай Мубай, они бы точно не поверили своим ушам: такая изящная и благородная девушка, как Нин Ронрон, – и вдруг подобные речи! Они и понятия не имели, какой нрав был у этой девчонки в клане Семи Сокровищ. Нин Ронрон наконец-то перестала притворяться и показала свою истинную натуру.
…
Клан Семи Сокровищ. Зал совещаний.
В северной части огромного зала, на почетном месте, обращенном к югу, стояло массивное резное кресло из сандалового дерева. В его спинку был инкрустирован огромный камень изумрудно-зеленого цвета, от которого исходило едва уловимое мягкое тепло – это был чистейший, первосортный теплый нефрит.
На этом самом кресле восседал человек. Его лицо, благородное и чистое, точно выточенное из яшмы, и правильные, мужественные черты выдавали в нем натуру утонченную и безмятежную. Одет он был в длинные белоснежные одежды, на которых не было ни единой пылинки. На вид мужчине было около сорока; его мягкий, спокойный взгляд вводил в заблуждение – в нем не было ничего от великого мастера, он казался самым обычным человеком. По спине его свободно рассыпались гладкие черные волосы; вся его поза дышала естественностью, лишенной малейшего притворства. Сейчас он внимательно смотрел на юношу в белом тренировочном костюме, который склонился перед ним в глубоком поклоне.
— Докладываю главе секты: госпожа добралась до Академии Шрек и успешно зачислена, — почтительно произнес тот.
Мужчина кивнул, и в его выражении проступила едва заметная беспомощность. — Что ж, этой маленькой мучительнице не помешает немного дисциплины на стороне. Иначе она в конце концов перевернула бы весь клан Семи Сокровищ вверх дном. Ну, и какова обстановка в этой Академии Шрек?
(Конец главы)