Глава 95 «Большая сосиска и Малая вяленая колбаска Оскара (часть III)»
После того как Чжао Уцзи съел еще одну сосиску, приготовленную Оскаром, раны на его теле начали быстро затягиваться, а боль заметно утихла.
Едва восстановившаяся внутренняя сила Тан Саня вновь иссякла. На сей раз он не успел вымолвить ни слова и сразу лишился чувств. К счастью, Оскар оказался рядом и вовремя подхватил его.
Сила Чжао Уцзи была велика, и все его ранения оказались лишь поверхностными. Благодаря сосискам и колбаскам Оскара он восстановился на девять десятых за считаные мгновения.
Бросив взгляд на Тан Саня, обмякшего в руках Оскара, Чжао Уцзи слегка нахмурился:
— Мубай, на тебе размещение четверых новичков. Занятия начнутся завтра. И пусть никто не трогает оружие, которое этот парень разбросал по всей площадке: на некоторых вещах может быть яд. Когда очнется, пусть убирает сам.
Оставив это распоряжение, Чжао Уцзи развернулся и ушел.
Проводив взглядом удаляющуюся фигуру заместителя директора, Оскар помог Тан Саню устроиться поудобнее рядом с Дай Мубаем. Он перевел взгляд с Тан Саня на тяжело раненную Чжу Чжуцин, а затем на Сяо Ву, которая лежала без сознания на руках у Нин Ронрон. Оскар не удержался от комментария:
— Что сегодня с учителем Чжао? У него что, «эти дни» начались? С чего это он так взъелся на первогодков?
— Сказал бы ты это погромче, — огрызнулся Дай Мубай, — чтобы учитель Чжао услышал. Он сейчас кипит от злости и только ищет, на ком бы сорвать гнев. «Эти дни»? По-моему, это у тебя они не прекращаются – тридцать дней в месяц, без выходных. А в феврале еще и в долг берешь.
— Не будь таким пошляком, — обиженно пробормотал Оскар. — Здесь вообще-то девушки.
— Проваливай. Где появляется Дядя Большой Сосиски, там без пошлости не обходится. Давайте сначала их всех пристроим.
С этими словами Дай Мубай подхватил Чжу Чжуцин на руки, совершенно игнорируя ее ледяной, почти убийственный взгляд.
Оскар посмотрел на Дай Мубая, затем на Нин Ронрон и проворчал:
— Почему вам достаются красавицы, а мне – мужчина?
Дай Мубай сверкнул своими демоническими глазами:
— Это вопрос твоего морального облика.
Когда Тан Сань пришел в себя, на улице уже начали сгущаться сумерки. Разомкнув затуманенные веки, он обнаружил, что лежит в деревянном доме.
Комната была небольшой, едва ли больше пятнадцати квадратных метров. Рядом с кроватью Тан Саня стояла еще одна. Оскар сидел на ней и что-то невнятно бормотал себе под нос.
— Где я? — Голос Тан Саня звучал хрипло, внутри он ощущал лишь гнетущую пустоту.
Заметив, что тот очнулся, Оскар оживился:
— Это наше общежитие, теперь мы будем жить вдвоем. Тебя ведь Тан Сань зовут? Ну ты сегодня и выдал… Даже такой суровый человек, как учитель Чжао, неслабо от тебя отхватил.
Оскар игриво моргнул своими томными глазами, в которых так и светился восторг.
— Где Сяо Ву? Что с ней? — Это было первое, что Тан Сань хотел узнать.
— Не волнуйся, — успокоил его Оскар, — с ней всё в порядке. Она в одной комнате с той красавицей, Нин Ронрон. За ночь должна восстановиться. А Нин Ронрон из клана Семи Сокровищ и впрямь чудо как хороша… — Оскар сглотнул слюну, его глаза заблестели еще ярче.
Тан Сань заставил себя сесть. После истощения внутренней силы нельзя было поддаваться лени – промедление могло обернуться потерей уровня совершенствования.
— Послушай, Тан Сань. Мы теперь соседи, так что давай знакомиться. Я – Оскар, мастер инструментального духа двадцать девятого ранга. Мой Боевой Дух – сосиска. В народе меня кличут Торговцем Сосисками. Можешь звать меня так, а можешь просто Сяо О.
Тан Сань едва заметно улыбнулся:
— А как же Дядя Большой Сосиски?
— Тьфу на тебя! Какой еще «Дядя»? Завтра же сбрею бороду, тогда и увидишь, какой я статный и неотразимый красавец. В академию поступили такие прелестные младшие ученицы, мне нельзя больше ходить заросшим. Дай Мубай явно положил глаз на ту ледяную девушку, Сяо Ву – твоя. Так что мне, приложив массу усилий, придется заняться покорением Нин Ронрон.
— Мы с Сяо Ву просто друзья, — Тан Сань слегка нахмурился. Манера общения Оскара была ему непривычна.
Оскар понимающе ухмыльнулся:
— Ладно тебе, не строй из себя невинность. Мы же мужчины, всё понимаем. Не ожидал, что ты в таком возрасте уже подцепишь красотку. Вы ведь проделали весь этот путь до академии вдвоем – неужели между вами ничего не было? Босс Дай сказал, что ты пошел на смерть против учителя Чжао только из-за того, что Сяо Ву ранили. И ты говоришь – друзья? Кто ж поверит. Но не бойся, у меня, Сяо О, есть принципы. Как говорится, жена друга – не еда… Ой, то есть, жену друга не трогают. На твою Сяо Ву я претендовать не стану.
Глядя в блестящие глаза Оскара, Тан Сань не нашел слов. Он решил не тратить время на оправдания и погрузился в состояние медитации, восстанавливая внутреннюю силу.
В глубокой ночной тишине Академия Шрек полностью погрузилась в сон. Как и предсказывал Дай Мубай, кроме четверки Тан Саня, ни один из абитуриентов не прошел дальше третьего испытания. И всё же для Академии Шрек это был самый богатый на учеников год за долгое время.
Чжао Уцзи, как заместитель директора, имел отдельное жилище. Сейчас он сидел в своей комнате, пребывая в дурном расположении духа.
Он уже успел переодеться в чистое, а его раны затянулись. Физические травмы были пустяком, но удар по самолюбию оказался болезненным. Он и подумать не мог, что желание просто размять кости обернется таким позором. Будь это раньше, он, не задумываясь, прикончил бы Тан Саня на месте. Но теперь всё иначе: он учитель, а Тан Сань – ученик. Эту обиду ему оставалось только проглотить.