Глава 73. Аукционный дом Тяньдоу
Увидев двух приближающихся людей, одна из четырех молодых женщин сделала три шага вперед, чтобы поприветствовать их, и, слегка склонившись, сказала:
– Господа, вам помочь?
– Это аукционный дом, – сказала Сяо У. – Мы хотим зайти и взглянуть.
Девушка удивилась, она не испытывала никакого презрения к возрасту Тан Саня и Сяо У, но впервые у нее были подобные посетители.
– Простите, господа, – терпеливо начала красавица. – Могу ли я спросить, есть ли у вас сертификат торгов?
– Сертификат торгов? – уставилась Сяо У на девушку. – Что это такое?
– Только гости, обладающие сертификатом торгов, могут войти в аукционный дом для участия в торгах. Сертификация происходит на нескольких уровнях, минимум для входа составляет десять тысяч золотых монет, – объяснила с легкой улыбкой женщина. – Иными словами, вы должны доказать, что обладаете достаточными средствами для участия. Это делается для того, чтобы не было злонамеренных ставок. Пожалуйста, простите меня.
Сяо У повернула голову и взглянула на Тан Саня:
– Гэ, у тебя есть десять тысяч?
Юноша беспомощно покачал головой. Несмотря на то, что он много заработал на арене, сумма в десять тысяч золотых все еще была слишком большой.
Заметив разочарование на лице сестры, Тан Сань спросил:
– Нет ли другого способа попасть внутрь?
– Есть, – ответила красавица. – Если вы хотите что-нибудь продать, вы также можете посетить аукцион. Однако, чтобы продать что-нибудь, требуется провести оценку товара, стоимость должна превышать десять тысяч золотых монет. Если аукцион пройдет успешно, мы возьмем десять процентов от окончательной стоимости в качестве комиссии.
Что-то продать? Тан Сань и Сяо У посмотрели друг на друга, и сердце юноши дрогнуло. Порывшись в нагрудном кармане, он вытащил какой-то предмет.
Это был маленький футляр, размером с ладонь, сверху были закреплены кольца и замки, а сам футляр – совершенно черный и спереди – множество крошечных отверстий.
– Тогда я хочу выставить это на аукцион, – Тан Сань показал маленький футляр девушке.
– Что это? – спросила она, не испытывая никакого презрения к вещи юноши, ведь за много лет работы она узнала, что чем причудливее выглядит вещица, тем более ценной она была.
– Разве у вас нет оценщиков? – изобразила Сяо У загадочность. – Разве вы не говорили ранее, что у вас есть оценщики, чтобы определить ценность предмета, верно?
Красавица поняла, что подобное вне ее полномочий, и сделала приглашающий жест:
– Пожалуйста, следуйте за мной.
Сказав это, она мелкими шагами направилась внутрь.
Интерьер аукционного дома не выглядел роскошным. Пол был из молочно-белого мрамора, а на стенах красовались всевозможные рельефы: бесцветные, простые и прямые, а также элегантные. Кроме рельефов также можно было увидеть витрины, внутри которых находились товары, например фарфор, доспехи и тому подобное. Если бы Тан Сань с Сяо У не знали, что это за место, они бы подумали, что пришли в музей. Молодая женщина, что вела их всю дорогу, действовала как настоящая профессионалка, останавливаясь каждые десять шагов, чтобы показать направление движения. Она отвела Тан Саня и Сяо У прямо к большому приемному залу, над которым висела табличка с надписью «Оценка».
Внутри стоял ряд столов, за которыми расположились восемь оценщиков в черных мантиях, все разного возраста. Эти люди осматривали какие-то товары.
Девушка обратилась к Тан Саню и Сяо У:
– Это комната для обычных лотов. Если позволите, господа, я бы хотела узнать о характеристиках вашего лота.
Сказав это, она подвела их к оценщику слева и передала ему маленький футляр.
– Первый оценщик, я побеспокою вас. Госпожа и господин желают выставить этот предмет на аукцион.
Оценщик принял коробочку. Стоило ему взглянуть на нее, как лицо его мигом вытянулось. Перевернув футляр, он спросил:
– Простите мне мое невежество, но могу я узнать, что это такое? Конструкция очень сложная, и я не знаю, каково назначение этой коробочки.
– Я зову это Злостной клеветой. Это оружие.
– Оружие? – удивился мужчина еще сильнее. Он впервые видел столь хитро устроенное устройство. Сначала он свысока смотрел на Сяо У и Тан Саня, но теперь презрение в его глазах исчезло. – Можете продемонстрировать?
– Здесь? – Тан Сань взял Клевету. – Это оружие ядовито. Боюсь, здесь не лучшее место для демонстрации.
Услышав слово «ядовито», все остальные оценщики также обратили внимание на юношу и девушку. Они не могли сдержаться и бросили на них взгляды, на лицах оценщиков читалось удивление.
– Если вы не можете доказать его действие, мы также ничего не можем сделать, чтобы определить его цену, – сказал первый оценщик. – У нас в аукционном доме есть особая зона, где можно испытать оружие. Желаете пройти туда?
– Желаю, – кивнул Тан Сань.
Молодая красавица, отвечавшая за прием посетителей, не оставила их и все еще следовала за Тан Санем, Сяо У и оценщиком. Они провели Тан Саня и Сяо У через раздвижную дверь позади зоны оценки.
Возможно, владелец этого дома любил круги, ибо даже внутренние двери аукционного дома были полукруглыми, что давало некоторое чувство целостности.
Тан Сань не мог не вздохнуть от восхищения, глядя лишь на масштабы, порядок и работу аукционного дома. Оценщик привел юношу с девушкой в оружейную зону, площадью около сотни квадратных метров. Четыре стены ее были покрыты плотными стальными пластинами, которые были совершенно пусты.
Тан Сань жестом велел красавице и оценщику встать позади него, поднял Клевету и слегка нажал на спусковой крючок.
Прозвучала серия низких скрипучих звуков, за которыми последовал желтый туман. Не так давно Тан Сань добавил этот ядовитый туман. После того, как юноша усовершенствовал Клевету, она могла теперь стрелять по три раза точно так же, как Божественный арбалет Чжугэ. Сила, однако, ее была меньше, но каждый раз она могла выстреливать тридцатью шестью иглами.
Механическое оружие Тан Саня в основном делилось по мощности. Причина, по которой Игла цветка груши была признана одной из лучших, была не в интенсивности атаки, а в ее силе.
Сила атаки Божественного арбалета Чжугэ была пугающей, в три раза больше, чем у Злостной клеветы. Но Игла цветка груши была в пять раз мощнее, чем арбалет, скорость ее стрельбы и проникающую силу с трудом можно было представить. Настоящее несокрушимое скрытое оружие.
Череда звенящих звуков послышалась в десяти метрах от стены. Тан Сань протянул руку, призывая свою силу духа и используя Захват дракона, чтобы собрать ядовитый туман, а после выпустил один стебель лунной травы, чтобы поглотить его.
– Прошу, – юноша указал на стену.
Оценщик быстро вышел вперед. Увидев состояние стальной стены, он невольно вздохнул:
– Такое мощное оружие.
Три длинных иглы наполовину вонзились в стену, концы их хвостов подрагивали. По синему цвету жидкости становилось понятно, что их отравили, и это еще не считая желтого тумана, что поднялся, когда Тан Сань выстрелил. Такая проникающая сила уже была больше, чем обычные духовные мастера могли противостоять.
– Моя Злостная клевета может стрелять три раза после заряда, каждый раз сопровождается ядовитым туманом, который рассеивает внимание. Сами стальные иглы покрыты парализующим ядом, который начинает действовать, как только оказывается в коже. По моим расчетам, мастеров ниже тридцатого ранга это оружие определенно убьет. Мастера тридцатого ранга и выше, которые не обладают сопротивляемостью к ядам, легко могут пострадать. Стальные иглы легко изготавливать и их можно использовать повторно. Я также могу предложить бутылочку парализующего яда.
Тан Сань подошел к стальной стене, поднял правую руку и молча вытащил иглы, снова зарядил их в Клевету. Яд не оказал на него никакого воздействия.
Нефритовые руки не только делали кожу твердой, как железо, они также делали ее неприступной для любого яда.
Увидев, как Тан Сань собирает все тридцать шесть игл, оценщик наконец-то пришел в себя.
– Почтенный господин, хотя оружие сделано из простых материалов, оно, безусловно, более сложное, чем все, что я когда-либо видел. Возможно, другим мастерам от него будет мало пользы, но для обычных людей это прекрасное оружие. Я готов оценить его в десять тысяч золотых монет, как думаете?
Тан Сань потратил всего двадцать золотых на создание Клеветы, это были только затраты на материалы. На всем континенте Доуло он был единственным человеком, способным создать нечто подобное.
Юноша с улыбкой кивнул и передал оружие оценщику.
– Меня все устраивает. Можете выставить его на аукцион. Теперь мы можем поучаствовать в торгах, верно?
Красавица, стоящая в стороне, ответила:
– Конечно. Наши аукционы проходят двадцать четыре часа в сутки без перерывов. Все торги ведутся в центре зала. Пожалуйста, следуйте за мной. Ваш лот вскоре появится на аукционе, но для начала нужно уладить пару формальностей.
Это были несложные формальности, лишь создание карточки золотых монет в дочернем банке аукционного дома. Через этот банк Тан Сань получал сумму денег, из которой уже была вычтена комиссия. Он также мог делать ставки с учетом того, что они не превышают имеющейся у него в банке суммы.
В то же время девушка рассказала Тан Саню и Сяо У о правилах. Это был крупнейший аукционный дом в империи Тяньдоу, здесь делали ставки на любые предметы. Первое правило гласило: никогда не спрашивать о продавце. Более того, раскрывать обстоятельства продажи за стенами аукциона также было нельзя.
Двадцать четыре часа постоянных торгов, без отдыха. Каждый вечер на аукционе выставлялись лоты высшего качества. В течение этих двух часов участвовать могли только люди с бюджетом свыше миллиона золотых монет. В любое другое время приходить на торги могли все желающие.
Правила оказались очень просты, Тан Сань приметил, что такой постоянный аукцион приносил дому огромную финансовую прибыль. С одного ценного лота можно было забрать десять процентов комиссионных, это казалось небольшой суммой, однако в перспективе это становилось огромным богатством. Настолько огромным, что превышало доходы арены.
– Отведите нас на торги, пожалуйста.
Красавица провела Тан Саня и Сяо У в долгожданное место – в сердце аукционного дома Тяньдоу.
Центр аукциона находился на втором этаже. Из главного зала внутрь вели восемь лестниц. Перед тем, как пригласить юношу с девушкой в зал, красавица дала им маски, объяснив, что в целях безопасности их носят все клиенты. Дважды ее не выдают.
Женщина провела их прямо ко входу к центру дома, а после, развернувшись, ушла. Внутри также находились другие сотрудники. По сравнению с молодой красавицей, что привела их, другие служащие были облачены в довольно смущающие одежды. Они тоже носили белые платья, однако ощущения, которые эти девушки вызывали, отличались.
Все работающие на аукционе были женщинами, примерно того же роста, что и та красавица, однако фигуры их были еще более сексуальными. Они были одеты в белые платья без рукавов с глубоким декольте. Юбки их едва опускались на семь цуней от талии, обнажая мягкие нежные бедра. Белые туфли на высоком каблуке делали их ножки еще более соблазнительными. Откровенное декольте, обнажающее грудь, короткая юбка, каждый раз задирающаяся от движений бедер – все это поражало воображение.
Несмотря на непоколебимую силу воли, Тан Сань все же не мог не бросить пару взглядов на этих девушек. Все-таки он был обычным юношей.
Но тут он почувствовал боль в пояснице, у уха раздался раздраженный голос Сяо У:
– На что это ты смотришь? Тебе нельзя смотреть.
Юноша проглотил боль и тихо сказал:
– Ты меня за Жирка приняла? Пойдем.
Сяо У использовала свой собственный высокий рост, загораживая более низкому Тан Саню обзор, пока эта откровенно одетая девушка вела их в самое сердце помещения.
Оно походило на зрительный зал, похожий на тот, что есть на арене. В центре располагалась круглая платформа, окруженная кольцами сидений. Все они были разделены на пять секций. Три ряда, ближайшие к платформе, были красными, а следующие – черными, фиолетовыми, желтыми и белыми. Очевидно, так по рангу разделялись участники торгов.
Ранее красавица-гид сказала им, что к красным сиденьям можно попасть через специальный проход в сопровождении квалифицированной охраны. Это были VIP-места для невероятно богатых и, более того, влиятельных персон.
Черные же сидения могли занять все те, у кого были миллионы. В общем, очень состоятельные люди.
Для фиолетовых мест ограничение составляло в пять сотен тысяч, желтых – сто тысяч, а белые сидения служили зоной, где сидели самые обычные гости, такие, как Тан Сань и Сяо У.
Сотрудница подвела юношу с девушкой к белой зоне, сказав, что они могут выбрать любые места. То ли дело было в юном возрасте пары, то ли в их низком статусе гостя, но красавица не проявила никакого энтузиазма, лишь механически провела их к сиденьям. Она даже не улыбалась, как та женщина, что встретила их у входа.
Тан Сань проявил равнодушие, в то время как Сяо У была оскорблена подобным.
– Хм, высокомерные снобы
1
! Так разодеты, очевидно же, чтобы богачей соблазнять. И что они сделали, чтобы сделать их такими большими? – сказала Сяо У, взглянув на свою еще развивающуюся грудь.
Сяо У буквально сказала
«Они смотрят на людей глазами собак!»
(狗眼看人), т.е. они определяют своё отношение к людям в зависимости от их социального положения; быть снобом.
– Здешние работницы все такие, такое отношение не было направленно именно на вас, – раздался сбоку нежный голос.
Тан Сань и Сяо У повернули головы, и увидели одетого в белое интеллигентного мужчину средних лет. Он кивнул им с улыбкой.
Странно, он не носил маски, и никто из персонала не подошел сказать ему об этом.
– Все такие? Почему? – поинтересовалась Сяо У.
– Все присутствующие здесь девушки принадлежат аукционному дому, – спокойно объяснил незнакомец с улыбкой. – Они даже не распоряжаются собственной жизнью. Их купил аукционный дом еще маленькими девочками-простолюдинками и воспитал. Они здесь не только работают, но и являются одним из лотов аукциона. Если кто-то пожелает заплатить за одну, ее отдадут.
– Но разве это не рабство? – удивился Тан Сань. – В двух великих империях запрещено рабство.
Мужчина средних лет спокойно улыбнулся и сказал:
– В этом мире живет множество беспомощных людей. На этом аукционе можно продать все, что угодно, даже рабов. Причина, почему эти красивые девушки потеряли свои эмоции, заключается в отнятом у них сердце, более того, в их отнятой свободе выбирать собственную судьбу. Все, что у них есть – послушание. Они красивы, да, но красота эта бездушна. Пожалуй, я могу назвать их «достойными жалости».
Чем больше Тан Сань и Сяо У слушали этого незнакомца, тем сильнее менялись их лица. Если раньше Сяо У терпеть не могла этих откровенно одетых служанок, то теперь сердце ее наполнилось жалостью к ним.
– Сколько они стоят? – спросила Сяо У.
– Хочешь купить всех девушек здесь и дать им свободу? – догадался мужчина. – Это просто очередная трагедия.
– Почему? – озадачилась девушка.
– Кроме служения другим, они больше ничего не умеют. Даже если ты их купишь, они все равно угодят в руки мужчин из-за своей красоты. И тогда их судьба станет еще печальней. У этих девушек нет души, они не принадлежат миру. Более того, цена за каждую – сто тысяч золотых монет. В десять раз больше, чем куртизанки высшего класса. Это не та сумма, которую каждый может себе позволить.
В тоне этого мужчины чувствовалась беспомощность. Он вел себя так, что людям казалось, будто они давно с ним знакомы.
Сейчас на аукционе было не так много участников, лишь пятая часть мест оказалась занята. На сцене красовался духовный инструмент, похожий на пояс. Цена лота достигла уже сорока тысяч золотых. Рядом с каждым местом находились специальные кнопки для повышения ставки, над каждой из них было написано «сто», «тысяча», «десять тысяч» и «сто тысяч».
Мужчина, казалось, заинтересовался Сяо У и Тан Санем. Он, переведя тему, спросил:
– Такие юные, а уже на аукционе. Хотите что-то купить?
– Нет, мы продавцы, – ответила Сяо У.
– А? Никогда бы не подумал, что такие молодые люди могут быть продавцами, – улыбнулся незнакомец.
– Разве молодые люди не могут продавать? Может быть, позже, когда у нас появятся деньги, мы сможем купить кость духа. А как вы поняли, что мы не взрослые? Вы можете видеть сквозь предметы, что ли?
Все здесь носили маски, и, хотя Сяо У и Тан Сань казались поменьше ростом и размерами, все равно не сильно отличались.
– А вы амбициозны, – сказал мужчина. – Неудивительно, что такие молодые люди, как вы, обладают столь большой силой. Даже если вы носите маски, ваши детские тела и глаза не скрыть. Люди, что видят дальше своего носа, заметят это.
Услышав это, Тан Сань задрожал внутри, может быть, этот человек способен видеть его с Сяо У силу? Однако почему от этого мужчины не исходит никакой угрозы?
К этому моменту инструмент духа, находящийся на сцене, продали за сорок три тысячи золотых.
Аукционист на сцене коснулся усилителя звука и с улыбкой произнес:
– Следующий лот довольно редок. Заинтересованные участники торгов, пожалуйста, обратите на него свое внимание. Особенно гости-мужчины.
После он указал на сцену, и трое крепких мужчин вытолкнули тележку. Она была покрыта красной тканью, а внутри нее не было ничего видно, кроме большой коробки.
Тан Сань, Сяо У и даже мужчина средних лет были привлечены этим новым лотом и прервали свою дискуссию.
– Можете ли вы догадаться, что это? – загадочно произнес аукционист. – Тогда, я сначала сообщу гостям начальную цену. Десять тысяч золотых монет. Минимальное повышение ставки – десять тысяч золотых. Этот лот наивысшего качества.
Задачей аукциониста было привлечение внимания, поднятие духа покупателей, и у этого мужчины все прекрасно получалось.
– А теперь, дамы и господа, узрите, – произнес аукционист и сорвал красную ткань.
Во вспышке красного цвета появилась железная клетка, внутри которой калачиком свернулась молодая женщина. Она была почти полностью раздета, ее лишь слегка прикрывали ракушки. Из-за ее позы ее невозможно было рассмотреть, однако фигура этой девушки приближалась к совершенству.
У этой красавицы была светлая, как сверкающий нефрит, кожа, на голове топорщились зеленые непослушные короткие волосы.
– Возможно, благородным гостям, покажется странным, что эта девушка стоит так же дорого, как и наши обученные сотрудницы. Но, если вы присмотритесь, обнаружите, насколько она необычна, – сказал аукционист и, взяв откуда-то прут, сунул его меж прутьев и слегка коснулся коротких зеленых волос девушки, показав ее уши.
Это были не человеческие, а маленькие заостренные ушки, похожие на кошачьи. Из-за легкого тычка они слегка покраснели.
– Верно, вы не ошиблись. Это редкая девушка-кошка. Когда ее дух пробудился, тело ее изменилось. Она обладает кошачьими чертами. Ее глаза синего и зеленого цветов. Она обладает уникальными чертами лица, а также имеет длинный хвост, – сказал мужчина и прутом ударил девушку по попе. Кошка взвизгнула и повернулась, показав белоснежный хвост, что прятала. – Можно сказать, она уникальное и непревзойденное существо на всем континенте. Вы будете благословлены, если станете обладателем такой красивой кошки. Представьте, как во время работы одной рукой хватаете ее за хвост. Как вам такое? – аукционист со странным выражением лица описал прутом круг в воздухе. – Господа, прошу, делайте ставки.
– Эти ублюдки и правда собираются продать человека в качестве питомца, – Сяо У едва сдерживалась и уже собиралась вскочить с места.
Тан Сань удержал девушку, взглядом попросив ее успокоиться. Однако сам юноша внутри чувствовал сильнейший шторм. Не то чтобы он никогда не видел темную сторону этого мира, однако впервые он столкнулся с ней лично. Казалось, в этом доме не существовало понятия «человечность», лишь «прибыль» и подобные животные страсти.
Слабый свет замерцал в глазах Тан Саня, ледяная аура окружила его. Откинувшись на спинку сидения, он устремил свой взгляд на сцену. Тан Сань отличался проницательностью и понимал, что они с Сяо У не могут изменить все на свете. Даже если они спасут девушку-кошку, появятся пантера, тигрица. Разве возможно каждый раз бежать сломя голову? «Учитель сказал, что аукцион – место, полное возможностей и грязи. Похоже, он был прав,» – подумал Тан Сань.
Сяо У сжимала руку Тан Саня и никак не могла расслабиться. Она заметила, что юноша тоже крепко держит ее руку, очевидно, в его сердце тоже горел огонь. Взглянув на свет в глазах брата, девушка успокоилась. Но все же опустила голову, не в силах посмотреть на сцену.
По невероятному совпадению именно на визит Тан Саня и Сяо У пришлась продажа человека. Без сомнения это произвело глубокое, но невероятно плохое впечатление.
В этот момент Тан Сань случайно заметил, как мужчина средних лет рядом с ними нажал на кнопку «десять тысяч». Несмотря на то, что юноша был тут впервые, он понял, что это кнопка на повышение ставки. Иными словами, у этого мужчины имелось минимум сто тысяч золотых, чтобы купить эту кошку. Первоначальное приятное впечатление мигом изменилось. Тан Сань не ожидал, что этот достойный ученый муж на самом деле окажется таким грязным и презренным.
Взгляд мужчины не отрывался от сцены, но в момент, когда юноша переосмыслял свое мнение о незнакомце, он внезапно заговорил:
– Бездушных спасать бессмысленно. У этой же девушки имеется душа, и она пострадала от собственной мутации. Ее я хочу спасти…
Услышав его, Тан Сань отвлекся и тут же насторожился еще сильнее. Как он узнал, о чем он думает? Неужели он легендарный телепат?
– Не будь так подозрителен. Молодой человек, глаза – зеркало души, одного твоего взгляда достаточно, чтобы понять твои мысли. В конце концов, я прожил жизнь более долгую, чем ты, – улыбнулся мужчина и снова нажал на кнопку.
К настоящему времени цена торгов уже выросла до ста шестидесяти тысяч золотых монет. Более того, казалось, что повышение ставок будет продолжаться без перерывов.
– Сто семьдесят тысяч. Красный господин предлагает сто семьдесят тысяч золотых! Есть ли еще желающие? – произнес аукционист. – Сто восемьдесят тысяч! Отлично, господин... ах, белый господин предлагает сто восемьдесят тысяч.
Уже не раз мужчина вскрикивал от удивления. Белые участники – самые низкие участники торгов, однако с тех пор как начались торги, белый участник всегда поднимал ставку. Что еще более странно, его бюджет не показывал никаких признаков истощения. Это говорило о том, что у него есть возможность торговаться.
– Дайте-ка мне взглянуть, кто осмелился стать мне соперником, – пожилой мужчина в красной области резко встал, глазами он скользнул по белой части зала.
Несмотря на маску, Тан Сань сразу узнал этого человека, как только он поднялся.
Мужчина средних лет сказал, что глаза – зеркало души. Глаза у каждого человека разные, а выражение их неповторимы. Этот красный гость в VIP-зоне, сердито смотрящий назад, оказался тем самым принцем Тяньдоу. Сюэ Син. Тот, что прогнал их из Имперской академии.
Вопреки ожиданиям Тан Саня и Сяо У, их новый знакомый не попытался избежать взгляда соперника, наоборот, он встал, с улыбкой кивнув Сюэ Сину.
Помимо Сюэ Сина, огромное количество людей также обратили свои взоры. Заметив, что мужчина средних лет поднялся, удивился не только принц, рядом с ним кто-то вскрикнул в тревоге. Даже аукционист на сцене сильно напрягся.
– У аукционного дома есть правила, мы можем продолжить? – негромко, но мягко и изящно сказал мужчина. Его голос коснулся ушей каждого присутствующего.
Поскольку Тан Сань сидел рядом, он почувствовал колебания духа. В них не чувствовалось угрозы, скорее, нежность. Юношу посетило знакомое чувство, будто он уже знал эту силу духа.
– Конечно, можем, – подхалимски улыбнувшись, сказал аукционист. – Сто восемьдесят тысяч раз, сто восемьдесят тысяч два, сто восемьдесят тысяч три! Продано! Теперь девушка-кошка принадлежит загадочному господину в белой зоне.
Никто не сделал ставок после того, как новый знакомый Тан Саня и Сяо У поднялся. Аукцион закончил без сучка и задоринки.
Когда мужчина встал и предстал перед Сюэ Сином, Тан Сань понял, что он не солгал. Ему бы все равно пришлось показать себя, «похвастаться», что купил рабыню. Более того, он оскорбил принца. Этот незнакомец не казался дураком, поэтому, естественно, он не сглупил. Его поступок стал доказательством его честного сердца.
– Дядюшка, спасибо, – не подумав, выпалила Сяо У, окрыленная произошедшим. Она была более прямолинейной, чем Тан Сань.
Мужчина улыбнулся и покачал головой, а после указал на сцену, прося таким образом посмотреть на сцену.
Железную клетку выдвинули, вскоре подбежал пожилой человек, что-то шепнул аукционисту. Тот несколько раз кивнул.
– Эти ребята снова хотят меня одурачить, – спокойно улыбнулся мужчина, размышляя вслух. – Каждый раз, когда я прихожу, происходит одно и то же. Почему же всегда так? Это не значит, что я не заплачу.
– Возможно, они боятся, что вы разрушите систему, – серьезно ответил Тан Сань. – После того, как вы сделали ставку, никто не поспел сделать еще. Из-за вас хорошие вещи не будут продаваться по хорошей цене. Для аукционного дома это, естественно, убыток.
Мужчина улыбнулся и откинулся на спинку сидения.
– Тогда мне надо уйти. Эта поездка стоила того. Если вам интересно, можете пойти со мной, чтобы посмотреть на девушку-кошку.
– Хорошо, – кивнула Сяо У без малейших колебаний. Она была не так проста, как может показаться. Ей действительно нужно убедиться в том, как этот мужчина будет обращаться с этой кошкой.
– Тогда взглянем на последний лот и пойдем, – сказал он. – Как я могу допустить, чтобы их приготовления пропали даром?
Вскоре был предложен еще один лот. На этот раз это была маленькая тележка, даже не накрытая красной тканью. Увидев это, Тан Сань не знал, рассмеяться или расплакаться.
– Гэ, а это не твоя Злостная клевета? – не удержалась от вопроса Сяо У.
Конечно, это была Злостная клевета, которую оценили по самой низкой цене. Но, конечно, эта «самая низкая цена» уже била по кошельку обычных людей.
– Злостная клевета? Хорошее название, – улыбнулся мужчина Тан Саню. Юноше показалось, что он увидел что-то в глазах нового знакомого, однако не смог понять, что именно.
– Следующий лот, представленный на аукционе, – оружие, которое оценщики назвали самым хитроумным, – объявил аукционист. – Господа, не судите о нем по размеру. Его мощь удивительна!
Аукционист поднял Клевету.
– Наш оценщик не смог узнать конструкцию этого лота, однако он может запустить тридцать шесть стальных игл. Они способны пронзить стальную пластину толщиной в один сантиметр на расстоянии в пятнадцати метров. Более того, эти иглы смазаны парализующим ядом. При запуске также выпускается одурманивающий туман. Это редкое защитное оружие. В общей сложности его можно завести три раза. При правильном использовании он легко лишает противника боеспособности.
– О-о-о, – лицо мужчины средних лет изменилось. – Эти ребятки выбрали то, что мне нравится. Мои юные новые друзья, это оружие принадлежит вам?