Глава 60 «Послание отца (III)»
«Сяо Сань!
Когда ты прочтешь эти строки, я уже буду далеко. Не пытайся искать меня – это бесполезно, тебе меня не найти.
Хоть ты еще и мал, но уже вполне способен позаботиться о себе сам. Лишь покинув гнездо и полагаясь только на собственные крылья, орленок сможет по-настоящему высоко взлететь.
Не беспокойся обо мне. В твоем характере много той чуткости, что ты унаследовал от матери. Отец твой – человек никчемный. Ты растешь, и теперь мне пришло время вернуть то, что по праву принадлежит мне. Наступит день, и мы, отец и сын, встретимся снова.
Я хочу, чтобы ты стал сильным, и в то же время не желаю тебе этого. Твой путь принадлежит лишь тебе – выбирай его сам.
Если однажды ты поймешь, что ремесло мастера духа не для тебя, возвращайся в Деревню Святого Духа и, как и я, стань простым кузнецом.
Не поминай лихом.
Тан Хао».
Тан Сань застыл, не отрывая взгляда от исписанного листка. Вся радость от возвращения домой в одно мгновение сменилась горьким чувством беспомощности и опустошения.
Отец ушел. Но почему? Почему он его бросил?
— Тан Хао, этот негодяй, исчез, не оставив ни единого знака, — старый Джек, глядя на потерянного мальчика, лишь горько усмехнулся. — Позавчера я заходил к нему заказать инвентарь для фермеров, а теперь… Теперь нам придется искать нового кузнеца. Совершенно безответственный человек!
Тан Сань медленно пришел в себя. — Дедушка Джек, вы хотите сказать, что папа ушел совсем недавно? Всего день или два назад?
Старый Джек кивнул:
— Похоже на то. Сяо Сань, не горюй, такой отец не стоит твоих слез. Пойдем лучше ко мне, поживешь у дедушки.
Тан Сань молча покачал головой. Он бережно сложил письмо и спрятал его за пазуху.
— Спасибо вам, дедушка Джек. Дома такой беспорядок, так что я не буду просить вас остаться. Мне нужно здесь все прибрать.
Старый Джек опешил. Он не ожидал, что маленький Тан Сань так прямо укажет ему на дверь. Тяжело вздохнув, старик произнес:
— Что ж, ладно. Но если тебе что-нибудь понадобится – сразу беги ко мне. — Он обреченно покачал головой и направился к выходу.
Когда старый Джек ушел, в кузнице остались только Тан Сань и Сяо Ву. Не говоря ни слова, мальчик принялся за уборку. Он методично разбирал вещи в захламленной комнате, касаясь каждого предмета.
Удивительно, но обычно шумная и непоседливая Сяо Ву на этот раз хранила молчание. Она подошла к Тан Саню и принялась тихо помогать ему: расставляла вещи по местам, приносила воду из кадушки во дворе и аккуратно стирала пыль с мебели.
…
Нотинская начальная академия мастеров духа.
Мастер сидел у себя в комнате за книгой, но мысли его были далеко. С отъездом Сяо Саня на душе стало как-то пусто. За год, проведенный вместе, он, пусть и не признавал этого вслух, всем сердцем привязался к своему ученику.
Даже сегодня утром, когда Тан Сань уходил, Мастер колебался – не пойти ли вместе с ним, не навестить ли его дом? Но в итоге он отверг эту затею. Причин было много, и даже сам себе он не смог бы их до конца объяснить.
Бам, бам, бам! В дверь внезапно постучали.
Мастер нахмурился: обычно, кроме Тан Саня, к нему никто не заходил.
— Войдите, — негромко отозвался он, откладывая книгу.
Дверь открылась, и в комнату шагнул высокий человек в простом сером халате. Спутанные черные волосы рассыпались по плечам, лицо было изборождено глубокими морщинами, а в затуманенных глазах читалась усталость прожитых лет. Выглядел он гораздо старше своих пятидесяти, словно жизнь уже клонилась к закату.
— Здравствуйте, Мастер, — раздался глухой, чуть надтреснутый голос незнакомца.
Странное дело: стоило этому человеку переступить порог, как Мастер инстинктивно напрягся, а его духовная сила сама собой зациркулировала по телу.
— Вы кто? — Медленно поднимаясь со стула, спросил он с нескрываемым недоумением.
Человек в сером ответил бесстрастно:
— Если подумать, мы не виделись лет двадцать. Неудивительно, что в нынешнем моем обличье ты меня не признал. Мое имя – Тан Хао.
— Тан Хао? — лицо Мастера, обычно спокойное как озерная гладь, мгновенно преобразилось. Зрачки сузились, взгляд намертво приковало к гостю. Пальцы, вцепившиеся в край стола, побелели от напряжения. — Ты… ты и есть Хао…
Тан Хао взмахнул рукой, не давая ему договорить. — О старых титулах лучше не вспоминать, — холодно отрезал он. — Когда-то судьба сводила нас. Кто-то считает тебя безумцем, но я знаю: ты человек одержимый и верный своему делу.
Постепенно Мастер начал приходить в себя, хотя черты его лица все еще оставались застывшими. — Значит, я не ошибся – ты действительно отец Сяо Саня. Он только что отправился домой, так почему же ты здесь?
Тан Хао коротко кивнул:
— Именно потому, что он вернулся домой, я здесь. Я знаю, что ты взял его в ученики. Как отец, я должен был навестить тебя раньше. Мне пора уходить, и единственное, что меня удерживает, это он. Поэтому я хочу доверить Сяо Саня тебе.
— Ты уходишь? Куда? Ведь он твой сын! — Мастер в упор посмотрел на Тан Хао, и в его взгляде промелькнула сталь.
Лицо Тан Хао оставалось все так же непроницаемо. — А еще он твой ученик. Я обязан уйти – есть дела, которые нельзя оставить. Со мной он не будет счастлив. У меня нет других просьб. Его жизнь – его выбор. Прошло десять лет с тех пор, как я покинул тот мир. Теперь он вырос, и я должен сделать то, что должно.
Мастер глубоко вдохнул. — Я не знаю, что тебе пришлось пережить, но я вижу, как сильно Сяо Сань к тебе привязан. Неужели ты не понимаешь, что вот так уйти – это слишком жестоко по отношению к нему?
— Он сам решил выбрать путь, далекий от заурядности, — так же бесстрастно ответил Тан Хао. — Оставаться со мной – вот что было бы для него настоящей жестокостью. Что ж, я сказал все, что хотел. Что бы ни случилось, помни: он мой сын.
С этими словами Тан Хао взмахнул рукой, и на стол перед Мастером с глухим стуком упал тяжелый черный жетон. Он был точь-в-точь как тот, что Мастер предъявлял при входе в Лес Охоты за Духами, только на этом красовалось ровно шесть узоров…
(Конец главы)