Глава 83 «Первая знакомая – Хэ Лань из наследия Шэнь-нуна»
Чистые стены и коридор, выложенный особым металлом, отливали холодным жестким блеском в белом свете ламп.
Лю Ии возникла прямо посреди этой длинной галереи. Она опустила взгляд и заметила, как на полу стремительно тает бледный символ. В коридоре сейчас не было ни души – должно быть, сегодня все помещения полностью освободили для одаренных.
Впереди виднелся огромный круглый зал заседаний.
Внутри уже сидело несколько человек. При виде внезапно появившейся в коридоре Лю Ии никто не удивился: они лишь обменялись взглядами со своими соседями и больше не подавали виду.
Они не были близки с Лю Ии, но в прошлом она устроила знатный переполох, так что среди присутствующих капитанов мало кто ее не знал.
Лю Ии тоже не спешила обращать на них внимание. В ее глазах все окружающие предметы, особенно металлические и каменные конструкции, испускали волны силы – сложные, запутанные и плотные.
Лю Ии слегка сощурилась, но не от того, что свет резал глаза, а скорее из-за чувства…
Расточительности.
За ее спиной раздались два негромких шага. Обернувшись, она увидела, что Шэнь Бай и Хо Цюлян тоже прибыли.
Лю Ии окинула взглядом пространство вокруг и медленно пошла вдоль стены к круглому залу, слегка касаясь ладонью гладкой поверхности.
Она мысленно вздохнула:
«Для обработки такого материала требуется целых семьдесят четыре этапа… К тому же внутри высечен какой-то великий ритуал. О прочности и говорить нечего, да еще и определенные способности подавляются в какой-то мере… Ну и размах».
Шэнь Бай и Хо Цюлян молча следовали за ней, шаг в шаг приближаясь к круглому залу заседаний.
Входя, Лю Ии уже держала наготове свое удостоверение. Она привычным движением приложила его обратной стороной, где красовался герб «Созвездия», к считывателю у входа и, не дожидаясь запоздалого оповещения, решительно перешагнула порог.
— Дзинь! Личность специалиста по ликвидации аномалий Лю Ии подтверждена.
Система контроля доступа на входе в круглый зал выглядела и звучала довольно глупо, напоминая обычный офисный турникет для учета рабочего времени. Пожалуй, даже еще небрежнее – тут даже лицо сканировать не требовалось.
Но на самом деле никто из присутствующих не смог бы проникнуть сюда иным способом или воспользоваться чужим удостоверением.
В это здание, построенное бог знает где, до сих пор не удалось пробраться ни одному постороннему одаренному.
Ведь это был город А.
Важнейший центр страны, ее сердце. Место, где впервые приняли и начали контролировать одаренных.
Все здешние базы и объекты представляли собой сплав передовых технологий и сверхъестественных сил – плод ума величайших ученых и практиков страны.
Лю Ии подняла глаза на люстру, испещренную ритуальными знаками и тотемами. В ее сиянии струилась сила ясности и покоя – для создания такого артефакта требовался как минимум Шаман шестой техники и Умелец пятой.
А в самом начале оформленного в стиле минимализма круглого зала, прямо в фокусе всеобщего внимания, уже стоял молодой мужчина.
На вид ему было не больше двадцати пяти лет, однако глубина, читавшаяся в его глазах, говорила каждому: жизненный опыт этого человека гораздо богаче.
В сшитом на заказ белом костюме, светло-голубом галстуке, с безупречно уложенными волосами и почти идеальным лицом, он казался совершенным творением самой прародительницы Нюйвы.
Мэн Цюшань.
Опора «Созвездия», духовный ориентир для бесчисленного множества людей. Ступень его развития до сих пор оставалась загадкой для большинства – ходили слухи, что он уже достиг восьмой ступени.
Он в одиночку сумел переломить отношение верхов к одаренным, выбив для них свободу и право на жизнь, и к тому же лично зачистил больше всего зон Иньцзе.
Без него «Созвездия» просто не существовало бы.
По обе стороны от Мэн Цюшаня, чуть ниже трибуны, стояли четыре отряда.
«Лазурный Дракон», «Алая Птица», «Черная Черепаха» и «Белый Тигр».
Их бойцы были облачены соответственно в лазурные, красные, черные и белые плащи.
Четыре отряда, носившие имена священных зверей, олицетворяли собой вершину боевой мощи.
С холодным и серьезным выражением лица Лю Ии вместе с Шэнь Баем и Хо Цюлянем подошла к краю трибуны. Встретившись взглядом с небесно-голубыми глазами мужчины, она прижала правую руку к левой груди и слегка склонила голову в знак почтения.
Мужчина мягко улыбнулся и лишь приподнял руку, показывая, что церемонии излишни, после чего заговорил приятным голосом:
— Давно не виделись, Ии, Шэнь Бай, малыш Лян.
Лю Ии кивнула и с непривычной для нее мягкостью ответила:
— Давно не виделись, дедушка Мэн.
Мэн Цюшань слегка наклонил голову и жестом пригласил их занять места.
Лю Ии не стала затягивать приветствие, поклонилась еще раз и направилась в указанную сторону.
Пройдя несколько рядов кресел, троица быстро отыскала табличку с надписью «Кедр» и по порядку расселась.
Лю Ии мельком взглянула на соседние места.
Слева располагалась «Падшая Белая Чешуя», а справа – «Тигриная Гора».
Повезло: ни с той, ни с другой стороны не было неприятных личностей, к тому же рядом сидели друзья.
Подумав об этом, Лю Ии признала, что слова Шэнь Бая имели смысл. Постепенная передача полномочий по пути сюда явно намекала на перемены в политической игре, и это трудно было игнорировать.
Инициатива ли исходила от «Созвездия» или от самого руководства страны, это в любом случае означало усиление их собственных позиций.
Стоило Лю Ии устроиться поудобнее, как у входа снова послышался шум.
Она повернула голову и увидела изящную женщину в накидке и ципао. Та шла неторопливо, плавно, словно под каждым ее шагом распускались лотосы.
Это не было наигранной манерностью – благородство сквозило в каждом ее естественном движении.
Рядом с ней широким, уверенным шагом шел высокий, крепкий мужчина с короткой розовой стрижкой. Чуть позади взрослых поспешал паренек лет четырнадцати-пятнадцати. Втроем они приблизились к Мэн Цюшаню и выразили ему почтение.
Повторилась та же процедура: Мэн Цюшань легким жестом указал им на их места.
Женщина в ципао подняла голову и встретилась взглядом с Лю Ии.
В ее глазах тут же мелькнула радость. Поклонившись Мэн Цюшаню, она прямиком направилась к Лю Ии.
Лю Ии тоже заулыбалась и с легким восторгом помахала приближающейся троице.
Вскоре женщина подошла ближе. Она уступила дорогу шедшему за ней розововолосому крепышу, жестом предлагая ему сесть у прохода, а сама крепко сжала руку Лю Ии.
Раньше, чем прозвучали первые слова, Лю Ии окутал тонкий аромат.
Это был запах лекарственных трав.
Свежий, древесно-травяной, ненавязчивый – от одного его вдоха разум прояснялся, а на душе становилось спокойно.
— Ии, как же я соскучилась! Посмотри на себя, совсем исхудала, — заговорила прибывшая.
— Ну что ты, Ланьлань! У меня отличный аппетит каждый день, с чего бы мне худеть? А вот ты, кажется, стала еще краше.
Хэ Лань ничего не ответила, лишь осторожно погладила мозолистые, сильные ладони подруги, а затем легким касанием пальцев скользнула по ее запястью, проверяя пульс. На ее лице тут же проступило недовольство:
— Неправильное питание, недосып, душевное беспокойство… Как ты умудрилась себя так довести? Почему после перевода тебе приходится вкалывать еще больше?
— А… Ха-ха, да это только последние пару дней так, новенькие ведь прибыли. Ничего страшного, мой организм давно приспособился к обычным болячкам.
Хэ Лань вздохнула, грациозно опустилась на соседнее сиденье и мягко прижала ладонь к руке Лю Ии.
Чистая, прохладная энергия мгновенно проникла в ладонь Лю Ии и побежала по меридианам, словно живительный дождь, орошающий иссохшую землю.
Лю Ии, которая до этого момента не чувствовала никакого недомогания, под воздействием силы Хэ Лань ощутила невероятную легкость, будто из ее тела разом вывели все шлаки и токсины.
Сидевшие впереди члены другого отряда, похоже, уловили колебания силы и обернулись в их сторону.
Но Фуху сразу же вскинул на них суровый, пугающий взгляд, который совершенно не вязался с его ярко-розовыми волосами.
Одного этого взгляда хватило, чтобы любопытные от греха подальше отвернулись. Лишь несколько старых знакомых понимающе кивнули Фуху в знак приветствия.
Сама же Хэ Лань ничуть не смутилась. Быстро приведя состояние подруги в норму, она убрала руку, повернулась к сидящим впереди бойцам, вежливо кивнула им с улыбкой и больше не произнесла ни слова.
Как будто это вовсе не она только что применила технику прямо в зале.
Лю Ии немного занервничала. Она потянула Хэ Лань за край изящного ципао и шепотом упрекнула:
— Ну зачем ты так, Ланьлань? Сейчас они опять найдут какой-нибудь дурацкий предлог и придут просить у тебя лекарства. Некоторые типы оттуда – те еще халявщики, вечно выпрашивают даром. Вела бы себя поскромнее.
Лю Ии с тревогой высказала свои опасения за одну из немногих близких подруг, что остались у нее в городе А.
Однако Хэ Лань лишь отмахнулась:
— Ничего, в этот раз все будет иначе.
Она приподняла запястье, на котором красовался ажурный браслет, отливающий мягким нефритовым блеском в свете ламп.
Этот индивидуальный артефакт Лю Ии выковала специально для нее.
Хэ Лань была преемницей редкого наследия Шэнь-нуна. Говорили, что вскоре после отъезда Лю Ии из города А она совершила прорыв, поднявшись с седьмой техники «Исцеление Костей» до шестой – «Цветение Весны».
Считалось, что пока в человеке теплится хоть капля жизни, эта техника способна вернуть его с того света.
Конечно, для преемников и одаренных физические раны редко бывали смертельными – в их мире хватало опасностей и похуже телесных повреждений.
Но у наследников Шэнь-нуна находились средства на любой случай.
Противостояние с Иньцзе и порождениями зла – дело смертельно опасное. Никто не хотел, чтобы его товарищ погиб из-за отсутствия квалифицированной помощи, а целители встречались редко, и заполучить такого в отряд было огромной удачей.
При этом каждый преемник пути Шэнь-нуна умел готовить снадобья. Поэтому другие отряды всегда старались раздобыть их лекарства, предлагая взамен ценную информацию или равноценные артефакты. Это было негласным правилом: хочешь получить зелье – плати сполна, а то и вдвойне.
Но существовало несколько отрядов-исключений. По крайней мере, так было раньше.
Те особые группы состояли сплошь из отпрысков влиятельных чиновников. Все как один – одаренные от рождения, они никогда не совались на задания в Иньцзе, но пользовались всеми мыслимыми льготами и гребли ресурсы лопатой.
Они вели себя нагло и вызывающе, наживаясь на чужом труде и не зная никаких границ.
Именно эти дельцы под разным соусом требовали у Шэнь-нунов бесплатные снадобья. А если те отказывали, высокопоставленные покровители задействовали связи, чтобы надавить на целителей.
В прошлом подобные истории случались сплошь и рядом. Хэ Лань благодаря своему высокому уровню еще могла дать отпор, но молодым преемникам Шэнь-нуна, только начавшим свой путь, приходилось несладко.
Если капитан отряда заступался за своего целителя, тот еще мог избежать унижений. Но если лидер давал слабину, преемнику Шэнь-нуна приходилось туго.
Как гласит народная мудрость: при глупом генерале и войско бестолковое.
Создание лекарств для Шэнь-нуна – процесс изнурительный, требующий колоссальных душевных и физических сил.
И если эти труды не приносили никакой отдачи, работа превращалась в чистую благотворительность.
Ведь развитие Шэнь-нуна шло через отклик и благодарность исцеленных, а в таких случаях они не получали ни признания, ни ресурсов.
Подобный наглый и безграничный грабеж раньше процветал повсеместно, вызывая лишь глухую ярость, против которой не было приема.
Именно поэтому Лю Ии и советовала подруге прибедняться при каждом удобном случае, чтобы иметь законный повод отказать бесстыжим просителям.
Но сейчас Хэ Лань вела себя гораздо увереннее, чем прежде. По дороге сюда Лю Ии от многих слышала одну и ту же фразу:
— Скоро все изменится.
Но правда ли это?
Лю Ии перевела взгляд на Мэн Цюшаня, который по-прежнему стоял у трибуны.
Он выглядел точно так же, как и всегда: спокойный, невозмутимый, будто никуда не спешил.
Лю Ии никогда не сильна была в политических интригах и подковерных играх, да и не больно-то хотелось вникать, поэтому она просто вернулась к разговору с Хэ Лань.
Собственно, тишины в зале и так не наблюдалось: присутствующие вполголоса обменивались доступными сведениями. Мэн Цюшань не препятствовал этому. В прошлом повелось так же: пока собрание официально не началось, можно было заниматься чем угодно, лишь бы здание не разнесли.
Хэ Лань не спеша поправила прическу и негромко произнесла:
— В «Падшую Белую Чешую» в этом году пришел новичок. И надо же – принял наследие «Ста Очагов».
— «Сто Очагов»? — Удивилась Лю Ии. — Вот уж редкость! В наше время поваров на каждом шагу полно, а преемника «Ста Очагов» днем с огнем не сыщешь. Странно даже: почему чем популярнее профессия в обычной жизни, тем меньше у нее преемников?
Этот феномен уже обсуждали ранее, и выводы оказались довольно неоднозначными.
Чем привычнее ремесло или явление, тем легче оно поддается модернизации. А чем сильнее изменения, тем сложнее сохранить изначальную суть наследия.
Это не значило, что новшества плохи – напротив, прогресс неизбежен, и многие пути развития силы это доказывали: сами техники со временем обрастали новыми приемами.
Ярким примером служили «Умельцы»: сейчас их десятая техника включала в себя виртуозное владение сложнейшей электроникой.
Так что пока никто не мог точно сказать, что именно влияет на совместимость с наследием, оставалось лишь накапливать опыт.
Как раз в тот момент, когда Лю Ии и Хэ Лань обсуждали, что в последнее время Иньцзе дает о себе знать все чаще, но, к счастью, в их отрядах пока обходится без потерь, уши Лю Ии резанул крайне неприятный голос:
— Ой, надо же! Кого я вижу – наша драгоценная госпожа Лю и великий Портной Шэнь! Какими судьбами? Неужто в вашей захолустной халупе крышу сорвало сквозняком? Ха-ха-ха-ха!
Лю Ии тут же нахмурилась.
Явился-таки, зануда.
…