Глава 41 «Пияо»
Однажды укушенный змеей десять лет боится колодезной веревки – вот и Ши Юй теперь ни на секунду не упускал из виду Хань Хэ.
Этот парень, его сосед по парте, с которым они постепенно сближались, всегда действовал совершенно непредсказуемо. После того внезапного нападения Ши Юй удвоил бдительность. Кто знает, не вздумается ли этому чудику повторить свой фокус?
И действительно: пусть даже мысленная воля никак не предупредила его, Ши Юй среагировал сам и перехватил летящую в него маленькую хурму.
— Отлично, у тебя и правда талант, — Хань Хэ редко на чьем лице можно было увидеть улыбку, но сейчас он слегка улыбнулся и потянулся за своим телефоном.
— Спасибо за похвалу, брат, — отозвался Ши Юй.
Он протянул руку, буквально снял зависший в воздухе плод и закинул его в рот.
Ши Юй разжевал хурму. Кисло-сладкий сок брызнул на языке, заставив его аж вздрогнуть.
Это мимолетное ощущение вдруг напомнило ему о «гостинцах», которые им оставила Лю Ии.
— Ой, точно! Сестра Ии и брат Бай сегодня ведь подарили нам приветственные наборы для новичков! Мы их так и не посмотрели. Давай скорее откроем, глянем, что там.
С этими словами Ши Юй убежал в спальню, вынес лежавший на кровати сверток и принялся развязывать его прямо на полу в гостиной.
Оба парня уселись перед сумкой и начали бережно доставать содержимое.
Сначала они вытащили двух отлитых из металла маленьких зверей. Очертаниями те походили на тигров или леопардов, а головами и хвостами – на драконов. У одного зверя из середины лба рос загнутый назад рог, у другого же на голове красовались два рога. Поверхность фигурок отливала то золотом, то нефритом.
Хоть зверьки и были отлиты из чугуна, их глаза таинственно поблескивали, будто в них теплилась жизнь. Даже шерстинки были тщательно проработаны мастером. Однорогий зверь мирно восседал, двурогий же замер в грозной позе – оба выглядели невероятно живо и реалистично.
— Пияо, — Хань Хэ сразу узнал железных зверей, которые, казалось, вот-вот спрыгнут на пол.
— Те самые пияо, что притягивают богатство и отгоняют злых духов?
Ши Юй не слишком разбирался в подобных вещах, но кое-что помнил из прочитанных книг: у пияо нет анального отверстия, поэтому они заглатывают золото и не выпускают его обратно, символизируя накопление сокровищ.
Хань Хэ кивнул. Он осторожно взял в руки сидящую фигурку и произнес:
— В древности пияо разделяли на однорогих и двурогих. Однорогого звали Тяньлу, а двурогого – Бисе.
Ши Юй взял в руки Бисе. Фигурка оказалась неожиданно тяжелой – похоже, именно эти два артефакта составляли основной вес сумки.
Он принялся внимательно разглядывать доставшегося ему зверя.
Издалека работа казалась просто искусной, но вблизи открывалось подлинное совершенство.
Каждая линия, каждый изгиб мышц на теле пияо были прорисованы с безупречной точностью, а в позе сквозило величие. Трудно было поверить, что это всего лишь неодушевленное изделие.
— Какая красота… — даже такой профан, как Ши Юй, понимал, какого невероятного мастерства требовало создание этой металлической фигурки. Сложно было сопоставить столь тонкую работу с вечно шумной и бесхитростной Лю Ии.
И кроме того…
Ши Юй слегка направил свою мысленную волю к фигурке.
Как он и ожидал, внутри скрывалась мощная сила. Даже от простого прикосновения разумом ощущалось, насколько бушует и кипит эта заложенная энергия.
Сидящий рядом Хань Хэ сделал то же самое. Он поднес Тяньлу к самому носу и осторожно понюхал.
— Вот он, запах Плавки… — пробормотал Хань Хэ.
Ши Юй с улыбкой наблюдал за тем, как его товарищ обнюхивает фигурку. Он вспомнил, как Хань Хэ заявлял, будто почуял запах порождения зла. Это казалось забавным.
— Ты можешь различать силу, прикрепленную к предметам, по запаху? И как же они пахнут?
Хань Хэ перевел взгляд на Ши Юя и ответил:
— Я сталкивался не со многими видами сил, но у каждой действительно свой запах. Эту способность мне дает наследие Охотника.
С этими словами Хань Хэ придвинулся ближе и принюхался к самому Ши Юю.
(Актуальные главы без задержек — только на сайте LiNovel.ru)
— Твоя сила пахнет очень странно. Будто влажный туман, в котором смешались самые разные причудливые ароматы.
— …Порождения зла пахнут почти всегда одинаково – гнилью, этот смрад ни с чем не спутаешь.
— …А сила Плавки пахнет серой и гарью после пожара. Настоящее Иссушение.
Ши Юй опешил от того, как подробно Хань Хэ описал различия между ароматами энергий. Его нелюдимый сосед по парте сейчас изъяснялся как заправский парфюмер. Из-за этого удивления Ши Юй даже забыл возмутиться тем, что его только что бесцеремонно обнюхали.
— Ну ты даешь… Не ожидал, брат. А ты умеешь красиво говорить, когда хочешь, — Ши Юй шутливо похлопал в ладоши, выражая свое восхищение.
Хань Хэ никак не отреагировал на похвалу. Совершенно невозмутимо он потянулся к игрушкам, которые явно были делом рук Шэнь Бая.
Видя, что товарищ остался безучастен, Ши Юй тоже прекратил паясничать, причмокнул губами и взял оставшуюся игрушку.
Их тоже было две. Но по сравнению с пияо Лю Ии, которые выглядели как изысканные произведения искусства, творения Шэнь Бая казались на удивление… простыми?
Точнее сказать – слишком правильными.
Это были две тряпичные белки. Одна – абсолютно черная. Если бы не пуговицы вместо глаз, которые тускло отражали свет, Ши Юй вообще вряд ли разглядел бы ее мордочку.
Вторая представляла собой классическую коричневую белку с черными полосками на спине. Ее контуры были плавными и естественными, а сзади закручивался большой пушистый хвост. Швы на обеих игрушках были настолько ровными и аккуратными, что придраться было буквально не к чему.
Работа казалась безупречной, но в ней не было той искры жизни, что у пияо. Едва взглянув на нее, любой человек сразу бы подумал:
«О, самая обыкновенная плюшевая белка».
Она была идеальной до невозможности. В живой природе просто не существует настолько правильных белок.
«Раз уж наша организация зовется „Кедр“, он решил сшить нам белок? Довольно мило… Но почему мне кажется, что в этом есть какая-то ирония?», – мысленно усмехнулся Ши Юй, осторожно коснувшись ладонью мягкой мордочки игрушки.
Он прекрасно понимал, что внутри скрыта сила Портного, и хотел прочувствовать ее сам.
Однако не успел он сосредоточиться, как заметил, что Хань Хэ уже уткнулся носом в свою белку.
— Запах Портного очень… тонкий? Похож на аромат старой древесины в заброшенной мастерской, но в нем гораздо больше жизни.
Пока Хань Хэ делился своими «парфюмерными» отчетами, Ши Юй закончил прощупывать игрушку разумом.
Эта сила ощущалась как нечто непрерывное и тягучее. Словно тонкая нить.
Ощущения Ши Юя строились на чистой интуиции, возникавшей в голове без всякой логики. Но такова уж была природа мысленной воли. Сплошной идеализм.
Парни посмотрели на разложенных на полу зверей и после короткого обсуждения решили расставить их по дому.
В конце концов, как говорил Шэнь Бай, эти вещи служили для защиты и маскировки, так что их следовало разместить с умом.
Закончив с пияо и белками, Ши Юй и Хань Хэ устроились в гостиной. Особых дел у них не было, поэтому каждый уткнулся в свой телефон, лишь изредка перекидываясь парой слов. Время летело незаметно, прерываясь лишь периодическими попытками Хань Хэ запустить в Ши Юя очередным фруктом.
Посмотрев на сгустившуюся за окном темноту, Ши Юй невольно коснулся кольца, которое бережно хранил при себе все это время.
Это было наследство дедушки Хуана.
Ши Юй не мог принять его с легким сердцем – чувство вины перед покойным стариком все еще тяготило его душу.
Он повернулся к Хань Хэ, сидевшему на диване, достал кольцо из нагрудного кармана и тихо произнес:
— Хань Хэ, давай завтра закопаем кольцо дедушки Хуана. Выполним его последнюю волю.
Хань Хэ посмотрел на украшение в руке друга, помолчал немного и кивнул:
— Хорошо. Где именно?
Ши Юй повернул голову к темневшей вдали горе за окном. Одно место сразу всплыло в его памяти.
— На горе. Я знаю одну поляну. Думаю, дедушке Хуану там понравилось бы.
Хань Хэ проследил за его взглядом. Небольшая гора за окном к этому часу уже полностью слилась с чернильной ночной тьмой.
— Ладно, — коротко ответил он.