Глава 38 «Ли Янь» (содержит сцены, которые могут вызвать дискомфорт)
Сияо уложила пленников в углу небольшого, относительно уцелевшего домика.
Внутри фабрики было еще темнее. Ветер то и дело свистел сквозь проломы в полуразрушенных стенах, издавая протяжный, шуршащий звук при соприкосновении с жесткими обломками.
Еще не дойдя до лачуги, Шэнь Бай услышал тихое хныканье, которое сопровождалось невнятным шорохом и трением.
Хо Цюлян, стоявший рядом и обхвативший себя руками, затравленно огляделся по сторонам.
— Каждое посещение этого места нагоняет на меня жути, — пробормотал он, задрожав. — Давайте в следующий раз планировать подобные дела на светлое время суток.
Лю Ии посмотрела на дрожащего Хо Цюляна и негромко щелкнула пальцами.
Раздался резкий хлопок.
В тот же миг поднялся поток горячего воздуха, а пространство вокруг Лю Ии исказилось, мгновенно нагревшись до критической температуры. Несколько крупных пылинок вспыхнули в воздухе, и яркий свет разогнал окружающую тьму.
После короткой вспышки пламя не угасло, лишившись горючего материала, а плавно стабилизировалось и закружилось вокруг троицы.
Увидев танцующие огненные искры, Хо Цюлян перестал дрожать и поспешил пристроиться поближе к Лю Ии.
Она быстро подошла к покосившейся двери и толкнула ее рукой.
Дверь заскрипела.
Она едва держалась на петлях. Пыли с нее полетело немного – очевидно, днем здесь уже кто-то побывал.
Но зрелище, открывшееся за дверью, заставило Хо Цюляна невольно отшатнуться назад.
— Если честно, — прошептал он, — методы этой сестрицы из «Личуань» совершенно не вяжутся с ее мягким характером…
В полумраке холодной комнаты двое Завершителей отчаянно извивались, пытаясь вырваться из удерживавшей их… стены.
Конечности обоих пленников под странным, но по-своему эстетичным углом уходили прямо в глубь кладки, словно их аккуратно инкрустировали в камень.
Однако при ближайшем рассмотрении становилось ясно, что все гораздо страшнее.
Цвет кожи на руках и ногах плавно переходил в серый оттенок бетона, местами покрываясь мелкими трещинами. При каждой попытке пошевелиться раздавался жуткий, вязкий звук – нечто среднее между трением сухой резины и скрежетом крошащегося кирпича.
Они в буквальном смысле срослись со зданием. В местах соединения живая плоть и цемент стали единым целым.
Мужчина дергался вяло, скорее по инерции. Тот удар ножниц, который нанес Шэнь Бай, лишил его большей части чувств и сознания.
А вот женщина сопротивлялась гораздо яроственнее и осознаннее.
Лицо Ли Янь было измазано потекшей косметикой и слезами. Все ее предыдущие попытки освободиться принесли лишь невыносимую боль. Собственные кисти рук казались огромными и одеревеневшими, она совершенно не чувствовала пальцев, а ноги, которыми она раньше так легко пользовалась, превратились в тяжелые неподвижные столбы. За этот долгий полдень она пережила бесчисленное количество нервных срывов.
Ли Янь и подумать не могла, что когда-нибудь окажется в подобном положении.
В прошлой жизни она работала обычной кассиршей в небольшом магазине. Дни ее текли серо и уныло, под стать ей самой. Она никогда не считала себя особенной и не мечтала однажды возвыситься над остальными. Она была самой заурядной обывательницей.
Но в один из вечеров, когда они с коллегами закрывали магазин на ночь, в помещении внезапно появилось порождение зла.
Это чудовище вело себя на удивление изящно. Оно обладало человеческим силуэтом и подобием одежды – по его телу медленно струился глубокий, глянцевый пурпур, а угловатые, ломаные грани формировали лицо и фигуру.
Оно возникло из ниоткуда.
Буквально в мгновение ока пол залило кровью и завалило обрубками тел. Ли Янь в ужасе бросилась бежать.
И именно в этот момент смертельного страха в ней пробудился дар – она ступила на первую ступень лестницы сил.
Но тогда это ничем не могло ей помочь. Существо первого уровня не способно противостоять подобной твари. Ли Янь оставалось лишь упасть на колени и умолять о пощаде.
Порождение зла посмотрело на нее, затем на двух уцелевших сотрудниц и с явным интересом произнесло:
— Если хочешь жить – убей этих двоих голыми руками.
Затем тварь заблокировала несчастных женщин, давая Ли Янь возможность действовать.
Странная пурпурная субстанция потекла по полу, опутывая жертв. Сначала она казалась мягкой, но спустя мгновение затвердела, превратившись в прочную клетку.
Ли Янь смотрела на своих зажатых коллег. Та же самая субстанция только что раздавила остальных работников магазина, и от запаха крови Ли Янь, которую уже рвало до этого, снова замутило.
В ее голове вертелась одна мысль: «Любой на моем месте сделал бы это! Я ведь просто хочу выжить!»
Она перевела взгляд на умоляющую о пощаде девушку – студентку, которая подрабатывала здесь на летних каникулах. Ли Янь много раз слышала от нее, как тяжело приходится ее семье. «Я просто помогаю ей избавиться от мучений», – оправдывала себя Ли Янь.
Она решила задушить ее. Какая мучительная смерть… Каждое колебание лишь продлевало агонию несчастной.
Сказать по правде, Ли Янь на удивление быстро освоилась, хотя и совершала типичные ошибки новичка.
Беспомощное брыкание, выкатившиеся от нехватки воздуха глаза, хриплые нечленораздельные звуки – все это вызывало странный отклик в душе Ли Янь. Впервые в жизни она ощутила собственную силу.
Это было удивительное, упоительное чувство.
Она несколько раз «колебалась», поэтому процесс умирания затянулся на долгое время.
Чужая жизнь утекала сквозь ее пальцы. Ли Янь, которая еще минуту назад мочилась от страха, теперь ощущала прилив невероятного могущества. Да, она больше не обычный человек. Пусть она не может противостоять монстру, но простые люди перед ней теперь бессильны.
И если это чудовище может так поступать со мной, почему я не могу поступать так с другими?
— Сумасшедшая! — Раздался истошный крик.
Когда Ли Янь пришла в себя, студентка была уже мертва. Вторая женщина смотрела на нее с диким ужасом и осыпала проклятиями.
«Почему она кричит на меня?»
Ли Янь повернула голову и увидела свое отражение в оконном стекле.
Улица была залита густой тьмой, а в ярком свете магазинных ламп стекло отражало картинку лучше любого зеркала.
Она поймала себя на том, что улыбается.
Уголки губ были неестественно приподняты, а взгляд светился чем-то жутким. В нем смешались жестокость, удивление… и безумный восторг.
Боже, это была поистине зловещая улыбка, гораздо страшнее, чем у любых актеров в триллерах, которые она смотрела дома.
Ли Янь оцепенела. Наверное, это длилось всего секунду, а затем она снова повернулась к порождению зла.
Существо, удовлетворенное ее действиями, небрежно указало пальцем на последнюю женщину.
На этот раз пурпурные тиски сдавили жертву так, что закрыли ей горло.
«Ох, какая досада. Теперь будет сложнее».
Эта женщина всегда была добра к коллегам. Она часто приносила домашние угощения, а во время обеденных перерывов с улыбкой рассказывала о своей дочери, которая только пошла в среднюю школу и начала вредничать, не позволяя маме причесывать себя.
Но выбора не было.
Иногда Ли Янь задумывалась: почему она так быстро приняла новые правила игры? Неужели она всегда была гнилым человеком?
Да нет, вряд ли. Она считала себя самой обычной. Любой нормальный человек на ее месте поступил бы точно так же.
Вскрыть брюшную полость оказалось гораздо труднее, чем она предполагала, поэтому Ли Янь решила переключиться на голову. Глазные яблоки на ощупь оказались куда более упругими, чем ей казалось.
Ничего не выходило, и в итоге Ли Янь просто перепачкала все руки в чужих внутренностях.
Наверняка были и мольбы, и истошные крики, и проклятия, но Ли Янь то ли не слышала их тогда, то ли просто стерла из памяти.
В конце концов порождение зла произнесло:
— Ты прошла проверку.
Все последующее происходило само собой. Ли Янь регулярно совершала поступки, которые, по ее мнению, совершил бы «любой обычный человек».
То, на что пошел бы каждый обыватель под давлением обстоятельств… Она убивала ни в чем не повинных людей.
Дети? Старики? Беременные женщины? Офисные клерки? Для нее не было разницы, она прошла через все. Пока сегодня ее наконец не поймали.
Эти несносные малолетние выскочки.
И эта длинноволосая тварь.
Когда конечности Ли Янь начали медленно срастаться со стеной, она вдруг вспомнила тех двух коллег из магазина.
Они тогда лежали точно так же – не в силах даже пошевелиться.
И тут же перед ее мысленным взором пронеслись все ее собственные бесчинства.
Любой обычный человек сделает с беспомощной жертвой то же самое.
Осознание этой мысли мгновенно разрушило ее разум. В одну секунду.
Она вдруг зашлась в диком плаче, завыла и принялась выкрикивать бессвязные проклятия.
Сияо равнодушно взглянула на внезапно обезумевшую Ли Янь, поправила волосы и отправила сообщение Шэнь Баю:
«Я надежно зафиксировала их для вас. Когда будете жечь, постарайтесь не устроить пожар».