Глава 23 «Лестница»
Хо Цюлян справился со своими мыслями, пришел в себя и, посмотрев на Ши Юя, произнес:
— Да уж, если забыть обо всем прочем, то один только ранг заставляет обычных людей застывать в благоговении. Седьмая ступень – это эквивалентно четвертому искусству преемника. Подобный уровень уже превосходит рамки смертного бытия, такие люди способны совершать вещи, которые нам и вообразить не под силу.
С этими словами Хо Цюлян соединил кончики пальцев, образовав треугольник.
— Лестница – это путь одаренных. С самого начала мы берем ее за отправную точку и поднимаемся вверх, пока не достигнем финала.
Затем он изменил жест, соединив основания ладоней так, что они образовали подобие лотосового трона.
— Искусство – это то, к чему стремятся преемники. Они начинают с общедоступной десятки, углубляясь в познание и оттачивая мастерство вплоть до первого искусства, достигая самого пика.
— Ах да, совсем забыл спросить: сколько ступеней ты увидел, когда пробуждался?
Хо Цюлян повернул голову к Ши Юю.
— Сколько ступеней? — Переспросил Ши Юй.
Десять ступеней.
Ши Юй отчетливо это помнил, однако не знал, насколько ценна эта информация. Что, если консерваторы, прямо как в том фильме «Темные умы», подвергают гуманному уничтожению всех детей с оранжевым уровнем способностей? А вдруг десять ступеней – это признак слабости? Отвечать прямо Ши Юю не хотелось, но он понимал: если попытаться уклониться от ответа, этот парень заподозрит неладное, и выйдет только хуже. Поэтому он сказал начистоту:
— Я не хочу отвечать. Я пока не уверен в отношении руководства к подобным вещам.
Хо Цюлян на мгновение опешил, а затем покатился со смеху.
— Чего ты смеешься? — Спросил Ши Юй, глядя на заливающегося смехом Хо Цюляна с легким раздражением.
— Тебе незачем быть настолько осторожным. По крайней мере со мной, — Хо Цюлян посмеялся еще немного, прежде чем окончательно успокоиться. Он посмотрел на Ши Юя с шутливой гримасой.
— Мы ведь, ха-ха, всего лишь наемные работяги! Да, возможно, у нас есть какие-то возвышенные идеалы, но только полный дурак станет сдавать своих товарищей, чтобы выслужиться перед верхушкой, прикрываясь статусом одаренного. Нам с тобой не нужно так дичиться друг друга. Пока ты не порождение зла, мне абсолютно плевать, сколько там у тебя ступеней!
Глядя на Хо Цюляна, Ши Юй чувствовал, что тот не притворяется.
Но самое главное – Ши Юй задействовал мысленную волю.
«Будут ли плохие последствия, если я скажу ему правду?»
Никакого отклика не последовало. Поэтому Ши Юй решил сказать правду, но перед этим все же хотел прояснить один вопрос.
— Я все-таки хочу спросить: у каждого человека количество ступеней различается?
Хо Цюлян потер лицо и сказал:
— Давай я сначала задам тебе вопрос.
Взгляд Хо Цюляна упал на Кумамона, которого Ши Юй сжимал в руках.
— Как по-твоему, люди одинаковы между собой?
— Конечно нет.
— Тогда что определяет эти различия? Если не брать в расчет семью и то, что досталось от предыдущих поколений.
— Характер, способности, интеллект, физические данные.
— Именно, — подтвердил Хо Цюлян.
Он взял лежавшую рядом игрушку в виде волка и принялся вертеть ее в руках – маленький волчонок послушно заплясал под его пальцами.
— Все это делает людей разными, но среди этих факторов есть один решающий.
Глаза Хо Цюляна были очень светлыми, гораздо светлее, чем у обычных людей. Он пристально посмотрел на Ши Юя и произнес:
— Талант.
Талант определяет абсолютно все: твой характер, способности, интеллект и физические данные.
Люди с выдающимся талантом могут без труда достичь небывалых высот, в то время как те, кто обделен им, вряд ли смогут догнать их, сколько бы ни старались. Звучит жестоко, но такова реальность.
Хо Цюлян перестал шевелить пальцами, и игрушечный волк послушно улегся к нему на колени. Он неторопливо продолжил:
— Именно поэтому нас называют «одаренными». У нас есть дар, которого лишены обычные люди, и этот дар невозможно приобрести в процессе обучения.
Хо Цюлян заглянул прямо в глаза Ши Юю.
— Но разве все одаренные одинаковы? Разумеется нет. Среди нас тоже есть как гении, так и вполне заурядные личности.
И этот фактор определяет не только твою стартовую точку, но и твой предел.
Хо Цюлян принялся перебирать пальцами по дивану, изображая карабкающегося по лестнице человечка.
— Кто-то при пробуждении отчетливо видит десять ступеней, а кто-то из последних сил карабкается, чтобы запрыгнуть хотя бы на единственную доступную ему ступень.
Человек с десятью ступенями, даже не прикладывая усилий, станет одаренным первой ступени, в то время как человек с одной ступенью, как бы ни лез из кожи вон, выше первой ступени прыгнуть не сможет.
Вот в чем разница. Теперь ты понимаешь?
Ши Юй перевел взгляд на пальцы, шагающие по дивану, и размял затекшую ногу.
— Понимаю.
Хо Цюлян посмотрел на Ши Юя, возвращая разговор к самому началу.
— Ну так что? Сколько у тебя ступеней?
Ши Юй опустил глаза. Он посмотрел на свои ладони, ощущая линии на коже. Кровь бежала по его венам, и ему казалось, что сердце гонит ее с бешеной скоростью.
— У меня десять. Десять ступеней.
…
Тишина.
Молчание воцарилось в комнате в то же мгновение, как затих голос Ши Юя.
Хо Цюлян неотрывно смотрел Ши Юю в глаза, и его светло-карие зрачки в полумраке гостиной отражали остатки света, напоминая ущербную луну глухой ночью.
Лишь спустя долгое время Хо Цюлян нарушил это томительное молчание, от которого у Ши Юя вспотели ладони.
— Ты не соврал.
Это был не вопрос, а утверждение.
Договорив, Хо Цюлян медленно потянулся всем своим худым телом и расслабленно откинулся в угол дивана. Весь его облик стал небрежным, а в голосе проскользнули едва уловимые нотки зависти.
— Как же хорошо… Десять ступеней, десять этапов пути. Сможешь ли ты толкнуть те Врата?
— Врата? — Ши Юй мгновенно вспомнил ту уходящую в бесконечную высь преграду и инстинктивно ухватился за это слово.
— Именно, Врата, — Хо Цюлян больше не смотрел на Ши Юя, погрузившись в собственные мысли. Он пробормотал:
— Это знание, которое все одаренные так или иначе обретают, когда добираются до пятой ступени.
Тот, кто распахнет эти Врата, сможет овладеть абсолютной силой своей лестницы и обретет путь, ведущий к Божеству.
— И человек, получивший такую силу, пожалуй, сможет без труда уничтожить любой Иньцзе.
Хо Цюлян внезапно замолчал, а затем повернул мордочку игрушечного волка к Ши Юю и произнес:
— Никому не говори, что у тебя десять ступеней. Если кто-то спросит – говори, что семь.
Ши Юй опешил.
Хо Цюлян же с абсолютно безразличным видом продолжил вертеть волка в руках:
— Твои опасения верны. Если бы мы были в столице, тебя бы утащили в ту же секунду, как узнали о десяти ступенях. Они бы использовали свои методы – физические или сверхъестественные – чтобы промыть тебе мозги и превратить в послушную марионетку.
Напряжение сковало Ши Юя лишь на миг, он быстро взял себя в руки.
А голос Хо Цюляна продолжал литься:
— Но, к счастью, мы не в городе А, да и я не из тех ищеек. Я повторюсь: только идиоты предают себе подобных, но, к сожалению, идиотов вокруг пруд пруди.
Ши Юй медленно разжал пальцы, стискивавшие Кумамона, и посмотрел на Хо Цюляна, который прятал лицо за игрушкой.
— Тогда зачем ты солгал мне?
— Я не лгал, — Хо Цюлян слегка покачал головой волка, положив длинные пальцы на глаза игрушки. — Я действительно не собираюсь докладывать наверх, мне действительно плевать на твои ступени, и я действительно не представляю для тебя угрозы. Ты ведь наверняка и сам можешь это как-то проверить, верно? Это как-то связано с твоей лестницей?
Ши Юй промолчал.
— Похоже, угадал. Можешь не брать в голову, просто делай впредь так, как я сказал, и проблем не возникнет.
Однако Ши Юй все еще не мог до конца поверить ему. Нахмурившись, он возразил:
— Не верю, что у руководства нет людей, способных заглянуть в разум. Лестницы, как ты сам говоришь, бывают самые разные. Кто знает, вдруг у кого-то есть способность распознавать ложь.
Хо Цюлян резко выпрямился и, в упор посмотрев на Ши Юя, задал вопрос:
— Ты вообще за кого себя принимаешь?
Ши Юй растерялся, но быстро сообразил, к чему клонит собеседник.
— Глухая провинция, стремительно множащиеся одаренные и зоны Иньцзе… Мнимое благополучие, в котором пребывают консерваторы – не более чем мыльный пузырь, готовый лопнуть от любого укола.
— Очень скоро им станет не до нас. И проверки начнутся в первую очередь с мегаполисов, до нашего захолустного уезда никому дела не будет.
— Знаешь, почему в таком захудалом городишке оказалась настолько сильная преемница, как сестра Ии? — Хо Цюлян внезапно перевел разговор на другую тему.
Ши Юй уже разобрался с первыми сомнениями, так что ответ на этот вопрос лежал на поверхности.
— Вас сослали.
Хо Цюлян кивнул, подтверждая догадку.
— Верно. Мы все – ребята слишком уж независимого ума. Консерваторы посчитали, что оставлять таких, как мы, в процветающих городах – все равно что держать при себе бомбу замедленного действия. Избавиться от нас силой побоялись, ожидая жесткого отпора, вот и выбрали компромисс: с глаз долой – из сердца вон.
— Именно поэтому мы можем так свободно контактировать с вами. Иначе по правилам сюда давно бы прислали специалистов для допроса. Хотя, если бы прислали кого-то другого, твои способности наверняка предупредили бы тебя об опасности… А что касается чтения мыслей или детектора лжи? Подобные таланты на дороге не валяются, их всех давно прибрали к рукам для использования в политических играх.
Услышав это, Ши Юй облегченно вздохнул, однако это лишь укрепило его решимость быть как можно осторожнее.
— Спрячь свою лестницу поглубже… Я искренне надеюсь… что настанет день, когда кто-то положит всему этому конец.
Хо Цюлян снова расслабился и с тихим вздохом добавил:
— И уничтожит… сотрет в порошок каждое порождение зла.
Глядя на Хо Цюляна, Ши Юй подумал, что за плечами этого парня наверняка кроется огромный жизненный опыт. Иначе откуда у человека его возраста столько уверток и хитрости? В нем проснулось любопытство.
Ши Юй посмотрел на собеседника:
— Раз уж мы так разговорились, я еще не спросил, сколько ступеней на твоей лестнице?
Хо Цюлян скосил глаза на Ши Юя. Увидев неподдельный интерес на его лице, он забавно завел глаза к потолку, усиленно размышляя, а затем резко развернулся, уткнулся лицом в диванную подушку и приглушенно буркнул:
— Не скажу!
— Ах ты гад! — Ши Юй резко вскочил и запустил в него Кумамоном.
Раздался глухой хлопок.
Описав дугу, плюшевый медведь врезался в диван.
Игрушка приземлилась точно туда, где только что копошился Хо Цюлян. Вот только там уже никого не было.
— Ну ладно тебе, скажу я, не кипятись.
Ши Юй вздрогнул и быстро обернулся: голос Хо Цюляна прозвучал у самого его уха.
Не успел Ши Юй отшатнуться, как на его плечи мягко легли ладони, останавливая его движение.
— Все-все, шутки в сторону, сейчас все объясню.
Ши Юю было слишком хорошо знакомо это ощущение.
— Искажение восприятия? — Спросил он, застыв на месте.
— Вроде того. По крайней мере на данном этапе.
Голос Хо Цюляна донесся уже сбоку, и только тогда тяжесть с плеч Ши Юя исчезла.
Повернув голову, Ши Юй увидел, что тот преспокойно сидит на диване, обнимая плюшевого Кумамона.
— Моя лестница весьма специфична. Честно говоря, я до сих пор без понятия, сколько на ней ступеней. И это чистая правда. Потому что при пробуждении меня просто направили в определенное место, и я сразу стал одаренным первой ступени. Со второй ступенью вышло примерно так же. Я в глаза не видел ни ступеней своей лестницы, ни ее Врат, но при этом действительно продвигаюсь вперед.
Хо Цюлян вытянул руку и сжал пальцы в кулак, внимательно разглядывая свою бледную, худощавую кисть.
— Так что я тоже своего рода уродец. Сосланный уродец. И название у моей лестницы очень странное.
Ши Юй уставился на сжатый кулак Хо Цюляна, чувствуя, как внутри разгорается непреодолимое любопытство.
Заметив этот заинтригованный взгляд, Хо Цюлян медленно разжал пальцы.
Внезапно в груди Ши Юя шевельнулось недоброе предчувствие. Интуиция кричала ему отвернуться и не смотреть на ладонь Хо Цюляна, однако эта рука обладала каким-то необъяснимым, гипнотическим притяжением, приковывая к себе взор.
Ши Юй волевым усилием зажмурился прежде, чем пальцы Хо Цюляна полностью раскрылись.
Голос Хо Цюляна зазвучал совсем рядом:
— Лестница класса «Тонкий Месяц». Вторая ступень: «Глубокий Колодец».
— Так она зовется в моем разуме. Но мне куда больше нравится то описание, которым награждают ее другие.
Ши Юй слушал этот голос, чувствуя, как безумно жаждет узнать ответ – словно мучимый жаждой путник, мечтающий заглянуть на дно чистого колодца.
Ресницы Ши Юя мелко подрагивали за закрытыми веками, когда Хо Цюлян наконец произнес:
— Лестница лжи.
Примечание:
Лестница класса «Тонкий Месяц». Вторая ступень: «Глубокий Колодец».
«Окружающая осторожность, возводимая тревога».
«В глубине сердца, где зарождается любопытство, иссохший глубокий колодец жаждет правды… Я добуду подходящую тайну, чтобы насытить свою Алчность».