Глава 72. Союз вечен, Завеса нерушима
Мо Жань несколько раз обошёл Зону 82, но так и не обнаружил ни следа Фермирена, управляющего Зоной. С момента их последней беседы тот словно сквозь землю провалился. Даже новые задания Мо Жань получал через Чарли, главу отдела содержания.
— Этот парень явно что-то замышляет. Ждёт, когда я окончательно выйду из себя, чтобы выкинуть какой-нибудь фокус, — ворчал Мо Жань. Из-за режима борьбы с «адским юмором» его голос звучал приглушённо.
Сейчас во всех общественных местах люди были обязаны носить шумоподавляющие шлемы. Даже приём пищи превратился в процедуру: в столовых установили специальные герметичные звукоизоляционные порты, чтобы ни один «бесовский шёпот» не проник в сознание сотрудников. Исследовательский отдел так гордился этой разработкой, что даже вывесил у входа в столовую плакат: «Убийца адских шуток — герметичный шлем. Верни себе тишину!»
Мо Жань небрежно бросил остатки горчичного соуса в урну столовой исследовательского отдела. Услышав впереди шаги, он быстро выудил из инвентаря странную шляпу и нахлобучил её на голову. Это был Объект №268 — Шляпа-невидимка, созданная им с помощью модуля
[Содержание аномалий]
.
Эффект шляпы напоминал зелье невидимости: она скрывала владельца, но любая атака или резкое движение снимали маскировку. Скрафтить её оказалось проще простого: два кожаных шлема, два чернильных мешка и жемчужина Края. Правда, с жемчужиной пришлось повозиться — Мо Жань долго «заказывал» лаву в кофемашине, извлекая её по каплям, пока не набралось целое ведро, необходимое для добычи материалов.
Мимо него прошли двое сотрудников с пропусками исследователей уровня C. Они оживлённо обсуждали новинки экипировки:
— Эти шлемы — просто спасение. Легкие, да ещё и позволяют общаться внутренним голосом через взгляд. Но самое крутое — они фильтруют частоты и отсекают весь этот раздражающий шум.
Второй исследователь кивнул с явным облегчением:
— Да уж. Жаль, не знаю, кто их придумал, я бы ему руку пожал. Говорят, их сделали специально против Объекта №000. Я уже целую вечность не слышал, как этот мелкий гад травит свои шуточки на людях. Никогда не думал, что в мире может быть так спокойно.
Когда они скрылись за поворотом, Мо Жань презрительно скривился, а затем с коварной ухмылкой посмотрел в сторону кухни.
В холле сектора A3 ему навстречу вылетела механическая птица, назойливо жужжа крыльями. Мо Жань ловко перехватил её за шею, словно непослушного щенка. Птица издала пронзительный скрежет — не то крик о помощи, не то угрозу:
— Внимание! Внимание! Вы наносите ущерб имуществу организации! Запуск сканирования личности!
Голова птицы смешно задергалась, выполняя подобие «скручиваний», чтобы направить окуляры на нарушителя. Красный луч сканера прошелся по Мо Жаню, сверяя черты лица, радужку и отпечатки с базой данных.
— Ой! — неожиданно пискнула птица. — Объект №000 Мо Жань. Согласно протоколу содержания, частота вашей психологической оценки изменена. Пожалуйста, немедленно явитесь в кабинет психолога для обследования!
Мо Жань вскинул бровь.
— Оценка? Опять? — Он подошёл к торговому автомату, бросил монетку и достал банку ледяной колы.
Использовав острое металлическое перо механической птицы как открывашку, он с шипением вскрыл банку. Ледяные пузырьки приятно обожгли горло.
— Спасибо, малышка, — Мо Жань подбросил птицу в воздух. Та, ворча что-то про психологическую нестабильность, улетела прочь. — Психологи... как будто мне больше заняться нечем.
Мо Жань не стал задумываться, почему проверки участились. Он был искренне уверен, что с его психикой всё в полном порядке — ну, может, он просто «чуточку чересчур остроумен».
Прогуливаясь по Зоне 82, он заметил странную активность: многие камеры содержания укрепляли. Вольер «дедушки» 682-го стал толще ещё на метр — поговаривали, использовали какой-то новейший космический сплав. Мо Жань погладил подбородок: у него в запасе как раз завалялось несколько слитков такого материала. Может, предложить Объекту №682 бартер на «вечную дружбу»?
Маску 035-го тоже взяли под жесткий контроль, сократив количество тестов до минимума. Похоже, даже клоуну решили устроить тихий рождественский отпуск. А исчезновение 343-го, скорее всего, объяснялось отпуском в какой-нибудь параллельной реальности — старик всегда любил внезапно исчезать.
Прислонившись к стене коридора и потягивая колу, Мо Жань прикидывал планы. Если в Зоне 82 станет совсем скучно, можно будет тайком перебраться в другой комплекс.
— Флорида была бы отличным вариантом. Говорят, там в Зонах полно «движухи», — пробормотал он с предвкушающей улыбкой. — Там народ с огоньком, будет с кем развлечься.
Но это подождёт до окончания праздников. Мо Жань не собирался пропускать рождественскую вечеринку и встречу с «Санта-Клаусом».
*
Мо Жань и 166-я, притаившись у кровати, заворожённо следили за поединком двух искусственных интеллектов. На импровизированном поле боя сошлись «Диалоговый одуванчик» Советник D и маленькая горничная, ИИ его игрового модуля. Сражение было не на жизнь, а на смерть.
После трёх раундов счёт был равным: две ничьи при полностью забитой доске. В последней партии Советник D, подражая манере Мо Жаня, начал нести такую околесицу, что сбил алгоритмы горничной и вырвал победу.
«Проклятый S-P-9000! — возмутился Мо Жань. — Чтобы обыграть мою горничную, он опустился до таких грязных приёмов!» Он уже решил, что в наказание заставит Советника косплеить кошкодевочку.
Сам Мо Жань в го играть не решался — это было бы слишком неловко, ведь он проигрывал даже 166-й.
За окном, благодаря проекторам, вовсю мела метель. Хлопья снега, размером с гусиное перо, укрывали виртуальный мир белым саваном.
— Смотри, как намело, — небрежно заметил Мо Жань. — Весь мир стал белым-белым.
В глазах 166-й вспыхнул интерес, который тут же сменился грустью. Из-за протоколов содержания она почти не видела настоящего снега. У неё даже окон настоящих не было.
Мо Жань заметил её взгляд, и в его голове созрел план. Он достал несколько блоков белой шерсти, превратил их в мягкие, пушистые подушки и протянул одну девушке:
— Эй, а давай устроим битву подушками!
166-я опешила, но через мгновение её лицо озарила широкая улыбка. Мо Жань перевёл горничную в режим свободной тренировки, и вскоре в камере содержания началось форменное безумие. Комната наполнилась весёлым криком, а летящий во все стороны пух из шерстяных подушек и впрямь напоминал настоящий снегопад.
Охранник, услышав шум, заглянул в смотровое окно и лишь закатил глаза:
— Дети есть дети. Какая глупость.
Он уже собирался отойти, когда увидел приближающуюся фигуру. Охранник хотел было прикрикнуть на нарушителя, но тот ткнул ему прямо в лицо особым разрешением. На пропуске значилось имя: переговорщик Джон.
Джон был облачён в полный костюм биозащиты, разработанный специально для работы с 166-й. Он знал, что защита не даёт стопроцентной гарантии, но предпочитал осторожность. Изучив архивы, он заметил, что все, кто долго контактировал с этой аномалией, со временем становились... странными. Никто не мог точно сказать, в чём это проявлялось, но Джон привык доверять чутью.
Глядя на весёлую возню в камере, Джон невольно усмехнулся. Когда Мо Жань, 166-я и горничная наконец выдохлись, он взял микрофон и деликатно кашлянул.
Мо Жань вышел из камеры, с любопытством глядя на Джона. Он гадал, что на этот раз притащил этот «мистер Клоун». Судя по прошлому опыту, визиты Джона сулили что-то интересное.
Однако в этот раз всё было иначе. Помимо обычных поручений, Джон принёс жетон. Это была ромбовидная эмблема, отливающая холодным серебристо-серым блеском. В центре красовался раскрытый чёрный зонт с тонкими, изящными спицами, способными, казалось, выдержать любой шторм. Купол зонта был испещрён странными рунами — не то древними письменами, не то картой созвездий, мерцающими призрачно-голубым светом. По краям тянулась тонкая резьба, напоминающая переплетение лиан или электрические разряды.
На обратной стороне была выгравирована лаконичная, но мощная фраза: «Нашему союзнику». Буквы были высечены так твердо, будто их оставили клинком, а на краях виднелись мелкие трещинки — следствие долгого времени или великих испытаний.
В жетоне был спрятан секрет: при нажатии на скрытый механизм активировался крошечный голографический проектор. В воздухе развернулось мутное изображение: сотни чёрных зонтов, раскрытых под проливным дождём. Лица людей были скрыты тенью, но от их фигур веяло непоколебимой силой. В финале вспыхнула надпись:
«Союз вечен, Завеса нерушима».
Это был особый знак отличия, запрос на который Джон подал уже давно, но по неизвестным причинам получил его только сейчас. Мо Жань, словно ребёнок с новой игрушкой, тут же с гордостью прикрепил жетон к своей одежде.