Глава 42. Чувство юмора
Дайна что-то сосредоточенно чертила в блокноте, после чего кивнула и подняла глаза на Мо Жаня.
— И каков же критерий? Каким должен быть человек, чтобы вы сочли его достойным своей помощи?
Мо Жань на мгновение задумался, и уголки его губ поползли вверх.
— Ну, как минимум, у него должно быть чувство юмора. Желательно такое, чтобы он понимал мои шутки на грани фола.
— Черный юмор? — Дайна не удержалась от улыбки. — Можете привести пример?
Мо Жань заговорщицки подмигнул ей:
— Легко. Знаете, почему исследователи «Амбреллы» никогда не участвуют в марафонах?
Дайна озадаченно качнула головой:
— Почему же?
— Потому что они не могут обогнать сотрудников класса D, — выпалил Мо Жань и сам первым залился смехом.
Дайна на секунду опешила, но через мгновение тоже не выдержала и негромко рассмеялась.
— Это... весьма специфично.
Мо Жань с гордостью вскинул подбородок, сияя, как начищенный медный таз.
— Ну что, оценили? Моё чувство юмора на высоте, верно?
— Определённо, — Дайна продолжала улыбаться. — Но мне всё же любопытно: почему вас так тянет именно к подобным шуткам?
Мо Жань пожал плечами, его тон стал будничным:
— Потому что реальность вокруг — это и так сплошной ад. Шутки помогают хоть как-то подсластить эту пилюлю. К тому же, ваше представление о моём юморе пока поверхностно. Есть просто юмор, есть ирония, есть сатира, а есть то, что вы называете «чернухой». Вы пока увидели лишь верхушку айсберга.
Дайна тихо вздохнула, её взгляд смягчился.
— Ваша позиция ясна. Но за всем этим паясничаньем я чувствую... лёгкое разочарование. Вы словно окончательно потеряли веру в людей.
Мо Жань не ответил сразу. Он медленно разжевал печенье, глядя куда-то сквозь стену. Только спустя несколько секунд он заговорил, и в его голосе прорезались несвойственные ему серьёзные нотки:
— Возможно. Люди постоянно разочаровывают сами себя. Мне трудно объяснить это на пальцах, но я могу процитировать пару мыслей, которые подсмотрел в головах некоторых ваших коллег. Они жадны, эгоистичны, насквозь фальшивы... Но хуже всего то, что, имея все возможности измениться, они раз за разом выбирают путь в бездну.
Ручка Дайны вновь заскользила по бумаге.
— И вы считаете, что человечество уже не спасти?
— Кто знает? — Мо Жань беззаботно отмахнулся. — Может да, может нет. Мне, честно говоря, плевать. Меня волную только я сам и те немногие, кто может стать источником вдохновения для хорошей шутки.
Дайна кивнула, в её глазах промелькнул исследовательский интерес:
— Хорошо. А если оставить юмор в стороне? Что ещё может заставить вас ценить человека?
Мо Жань картинно приложил палец к подбородку, изображая мучительные раздумья над судьбами мира. Затем он принял неестественно серьёзный вид и выдал:
— Ну... хотя бы наличие совести. Например, если человек не станет мазать чужой сэндвич горчицей просто ради забавы.
Дайна замерла, а затем прыснула со смеху:
— Горчица? К чему такой странный пример?
— Это реальный случай из жизни, — с видом знатока пояснил Мо Жань. — Как-то раз в столовой я видел, как один исследователь втихаря намазал горчицей бутерброд коллеги и с самым невинным видом наблюдал, как тот откусывает кусок. Это зрелище было похлеще, чем сигнал аномалии под номером 2998.
Дайна покачала голвой:
— И вы считаете, что это признак отсутствия совести?
Мо Жань прищурился:
— Конечно. Горчица — это лишь форма. Суть в скрытой гнильце. Такие люди в глаза улыбаются, а за спиной только и думают, как бы подставить ближнего. Скажите, доктор Дайна, вам бы понравился такой человек?
— Понимаю вашу мысль, — Дайна одобрительно кивнула. — Но интересно, что даже вопрос совести вы пропускаете через призму своего специфического восприятия. Вы судите о людях по их поступкам в мелочах, а не по общим моральным нормам.
Мо Жань вскинул брови:
— Потому что жизнь в мелочах куда честнее. Мораль слишком любит задирать нос и строить из себя невесть что.
Дайна поправила очки, в её голосе зазвучали нотки профессионального азарта:
— И всё же, юмор — это ваш единственный критерий?
— Конечно нет, — Мо Жань самодовольно усмехнулся. — Юмор — это лишь входной билет. Настоящая «ценность» начинается там, где человек способен не просто слушать, но и понимать подтекст моих шуток.
Беседа явно грозила превратиться в замкнутый круг. Доктор Дайна поняла, что пора менять тактику. Она перелистнула страницу блокнота, её взгляд стал более пронзительным, почти электризующим, хотя тон оставался безупречно мягким.
— Исходя из наших бесед и наблюдений за вашим поведением, я заметила, что ваши предпочтения несколько... отклоняются от нормы.
Мо Жань склонил голову набок, с интересом ожидая продолжения.
— Отклоняются? Вы имеете в виду, что я куда умнее и забавнее обычных обывателей? Ну, тут вы правы на все сто.
Дайна тихо рассмеялась:
— Нет, я о ваших интересах. Позвольте привести примеры. Согласно отчётам, вы проявили колоссальный интерес к Объекту №096 — существу, которое трудно назвать человеком. Можно сказать, вы симпатизируете ему. При виде огромной ящерицы у вас возникает непреодолимое желание поболтать. Но при этом вы кажетесь совершенно равнодушным к обществу красивых женщин.
Мо Жань на мгновение замер, а затем его лицо озарила многозначительная улыбка.
— О как? Вы намекаете, что мне больше по душе монстры? И как же вы пришли к такому блестящему выводу?
Дайна спокойно зачитала по блокноту:
— Судя по записям при захвате 096, вы не только не испытали страха или отвращения, но и активно искали встречи с ним, пытались «общаться». Во время визита к Объекту №343 вы буквально пришли в восторг, завидев ящерицу, и даже пытались приманить её хлебом. На этом фоне ваше отношение к женщинам, например ко мне, выглядит более чем прохладным.
Мо Жань пожал плечами:
— Признаю, Дайна, у вас тоже есть задатки юмориста. Но вы ошибаетесь. Просто 096 и старина Ящер куда честнее и интереснее людей. Они не пытаются играть со мной в кошки-мышки, используя контроль и манипуляции.
Мо Жань поднял обе руки и выставил средние пальцы перед лицом Дайны.
— Аномалии — тоже не подарок. Одна хочет меня разорвать, вторая — разорвать ещё сильнее. Но старина Ящер, возможно, захочет сделать это, декламируя стихи. — Он хохотнул. — Дайна, вы только представьте: огромная ящерица, читающая сонеты! Ха-ха-ха!
Дайна вежливо улыбнулась, хотя представить подобную картину ей было непросто. Чтобы закончить диагностику Объекта №000, она продолжила:
— Но это не объясняет всего. Согласно психоанализу, влечение к себе подобным основано на инстинктах и эмоциональных потребностях. Несмотря на ваш внешний облик, наши тесты показывают, что ваш психологический возраст куда выше, а реальный срок жизни невозможно определить по внешности. То, что вы ищете близости с нечеловеческими сущностями... не означает ли это деформацию эмоциональной сферы?
Глаза Мо Жаня внезапно сузились, и в комнате словно похолодало. В его голосе прозвучала явная угроза:
— Ваши догадки не лишены логики, доктор. Но не хотите ли вы сказать, что я «ненормален»?