Глава 45.1 Спуск с горы ради изгнания нечисти
Ветер утих так же внезапно, как и поднялся.
Линь Цзюе обернулся и увидел четвертого старшего брата. Сжимая в руке бамбуковую флейту, тот неторопливо спускался по склону в окружении стаи серых волков. Заметив неподвижно стоящего юношу, брат остановился и удивленно посмотрел на него:
— Младший брат, разве ты не должен быть в Обители Бессмертного Источника на проповеди настоятеля Ванцзицзы? Как ты здесь оказался?
— Я уже вернулся, — ответил Линь Цзюе. — Поднялся на гору за хворостом, а заодно надеялся разыскать тебя.
— Меня? Зачем это?
— Теперь уже ни к чему, — улыбнулся юноша.
— Эх, не будь таким усердным, расслабься немного, — со смехом покачал головой четвертый брат. — Как любит повторять наш третий брат, с таким усердием тебе прямая дорога в буддийские монахи, а не в даосы.
С этими словами он продолжил спуск. Волки живым серым ручьем потекли следом за ним.
Линь Цзюе посмотрел на лисенка у своих ног. Тот сидел смирно и чинно, превратившись в пушистый рыжий комочек, и с любопытством разглядывал пробегающих мимо хищников. Словно почувствовав взгляд хозяина, зверек задрал мордочку. В его чистых, блестящих глазах не было и капли страха перед волчьей стаей — лишь живой интерес.
— Пойдем, — тихо произнес юноша.
Он наспех нарубил немного сухих веток, расчищая лесную чащу, и направился обратно к монастырю.
Этим вечером в монастыре их ждал на удивление сытный ужин. Очередь готовить сегодня перешла к седьмому старшему брату.
Линь Цзюе полагал, что седьмому брату далеко до кулинарного мастерства шестого, и отчасти так оно и было. Седьмой брат совершенно не умел жарить — все его блюда варились в чистой воде, как это принято у простых крестьян у подножия гор. Больше всего он любил свалить крупу, овощи и мясо в один огромный котел и варить до готовности, а при подаче просто накладывать каждому по большой миске. Выглядело это просто и даже грубо, но на вкус еда оказывалась ничуть не хуже стряпни шестого брата. Главное — сытно, прожевать можно, а голод уходит без следа.
Однако сегодня он превзошел сам себя, приготовив целое ведро курятины. Птиц, выращенных прямо при монастыре, сварили в ключевой воде с добавлением имбиря для аромата и щепотки соли. Испортить такое блюдо было попросту невозможно.
Увидев это великолепие, третий старший брат пришел в неописуемый восторг и тут же принес кувшин вина собственного приготовления.
Даосы вытащили обеденный стол во двор. Долгие летние сумерки неохотно уступали место ночи, горный вечер радовал прохладой, в вышине еще пламенели закатные облака, и весело кружили ласточки. Одно только пребывание на воздухе настраивало на умиротворяющий лад.
Линь Цзюе первым уселся за стол.
Младшая сестра, успевшая немного вздремнуть после возвращения, вышла во двор и тоже застыла в изумлении от развернувшейся картины.
Как выяснилось, сегодня не было никакого праздника или дня рождения. Просто у кого-то из братьев поднялось настроение: он поймал в лесу дикого фазана, обрадовался добыче и, долго не думая, зарезал еще парочку домашних несушек из птичника, чтобы приготовить праздничное варево для всех. Никаких церемоний — чистый порыв души.
Пока братья расставляли на столе глубокие миски со свистящим паром мясом и раздавали палочки, даос Облачный Журавль обратился к Линь Цзюе и его сестре:
— Ну, чему вы сегодня научились в Обители Бессмертного Источника?
— Почтенный учитель, сегодня настоятель Ванцзицзы обучал Искусству призыва ветра, — ответила Лю Цинъяо. — Нам со старшим братом как раз повезло успеть на это занятие.
— Призыв ветра? Что ж, весьма полезное и распространенное заклинание! И каковы ваши успехи?
— Я поняла лишь половину и как раз собиралась расспросить вас, учитель, — призналась девушка.
— А как справились послушники Ванцзицзы?
— Думы, они уяснили не больше нашего.
— Тогда вам обоим стоит усердно потрудиться, — заметил Облачный Журавль.
— Ваша ученица приложит все силы! — торжественно пообещала Лю Цинъяо. — Настоятель Ванцзицзы предупредил, что через месяц устроит нам проверку. Если я к тому времени ничему не научусь, то опозорю ваше имя, учитель.
— А что скажет Линь Цзюе? — старый даос перевел взгляд на юношу.
— Признаться, на уроке я тоже мало что понял, — честно ответил Линь Цзюе и после короткой паузы добавил: — Но сегодня во второй половине дня, когда я поднялся на гору за хворостом и искал четвертого брата для расспросов, внезапно поднялся сильный ветер. Ощутив его прохладу, я внезапно уловил суть чар и сразу же их освоил.
Облачный Журавль так и застыл на месте с открытым ртом.
Младшая сестра вздрогнула от неожиданности и резко повернулась к Линь Цзюе, во все глаза уставившись на него. На ее лице отразилась целая гамма чувств: шок, растерянность, обида и полное недоверие — словно брат втайне от нее совершил какое-то предательство.
В этот момент разговор прервали братья, которые суетливо расставляли последние тарелки с дымящимся рисом и раздавали чарки. На лицах всех присутствующих сияли улыбки. Наконец перед каждым гостем опустилась помятая, сделанная вручную глиняная чаша — кривая, но по-своему очаровательная.
Третий брат с кувшином в руках принялся обходить стол, разливая хмельное.
Темная, мутноватая жидкость очень походила на прославленное Тысячедневное вино с горы Молот — на дне плавал мелкий осадок, напоминающий муравьев, а воздух наполнился густым фруктовым ароматом.
— Это моя новая работа! — гордо провозгласил третий брат, усаживаясь на свое место. — Я попытался воссоздать рецепт Тысячедневного вина с горы Молот. Конечно, здесь нет тех редких волшебных трав и эссенции солнца и луны, но вы ведь пробовали оригинал. Ну-ка, скажите, сильно ли отличается?
Он закинул в рот сочный кусок курятины и поднял свою чашу:
— Давайте выпьем вместе!
Облачный Журавль и остальные братья дружно поддержали тост и осушили чаши. За столом остались лишь двое младших: Линь Цзюе задумчиво разглядывал мутное зелье, а Лю Цинъяо все еще пребывала в оцепенении от недавнего признания брата.
Внешне домашнее вино заметно отличалось от оригинала с горы Молот. Но видя, с какой легкостью и непринужденностью пьют старшие, Линь Цзюе не стал сомневаться и махом осушил чашу. Младшая сестра на автомате повторила его жест.
На вкус оно действительно ничуть не походило на Тысячедневное вино, но оказалось столь же мягким, с выраженным фруктовым букетом и даже чуть более сладким. Напиток был на удивление приятным.
— Неужели ты и вправду освоил призыв ветра? — поставив чашу на стол, с недоверием переспросил старый даос.
— Если ничего не путаю, то да, — скромно ответил Линь Цзюе.
— Ну-ка, покажи.
Юноша подцепил палочками куриную шейку и аккуратно положил ее в глиняную плошку лисенка под столом. Затем переложил палочки в левую руку, а правой плавно взмахнул широким рукавом одеяния.
В тот же миг...
По двору пронесся ощутимый, свежий порыв ветра.
Ветер оказался на удивление сильным. На прохладном вечернем воздухе от него веяло приятной свежестью, которая мгновенно унесла остатки тепла от горячего котла с супом.