Глава 16.1 Встреча с призраками
Послышался ночной порыв ветра, распахнувший окно. Хотя лето уже вступило в свои права, в горах по ночам все еще держалась прохлада. Линь Цзюе укрывался лишь легким халатом, и от внезапного сквозняка по его телу побежали мурашки. Он невольно сжался в комок.
Сквозь дремоту он вдруг услышал голоса, доносившиеся снизу, из-под половиц:
— Ого! Гляди-ка, кто-то прибрал весь этот мусор и паутину на первом этаже!
— Да монахи здешние, должно быть, кто же еще? Слышал, они пустили сегодня какого-то гостя переночевать под нашей крышей. Вот и навели марафет.
— Сразу как-то посвежело.
— И не говори. Лентяи в рясах хоть раз делом занялись. А то развели тут грязищу, мне аж мимо проходить противно было.
— Интересно, гость уже спит?
— Наверняка. Братец Су, только не вздумай его разбудить!
— Да я только одним глазком взгляну, как он выглядит.
— Эх, братец Су, вечно ты за свое…
Голоса были разными, но оба отчетливо доносились снизу.
Сперва Линь Цзюе показалось, будто это сон, но уже в следующее мгновение он окончательно протрезвел и открыл глаза.
«Кто может болтать здесь посреди ночи? Люди это или призраки?»
На монастырских послушников ночные визитеры явно не походили.
Юноша не шевелился, изо всех сил напрягая слух.
Здание надстройки было старым и ветхим, деревянная лестница давно подгнила и ходила ходуном при каждом шаге. Когда Линь Цзюе убирался здесь, ступени скрипели и стонали даже от малейшего взмаха веника. Однако сейчас на лестнице царила мертвая тишина.
И тем не менее, голоса неумолимо приближались, поднимаясь на второй этаж.
— Спит без задних ног, — прошептал один.
— А как иначе, братец Су? Глухая ночь на дворе. Во всей обители сейчас спят как убитые.
Звуки стали гораздо тише.
Теперь Линь Цзюе не сомневался: его ночные гости были не из мира живых.
«Призраки в монастырской пристройке? Интересно, монахи знают о соседстве с ними? И что мне теперь делать?»
В его голове за секунду пронеслись сотни мыслей.
Впрочем, судя по разговору, незваные гости не замышляли ничего дурного.
Эта дорожная обитель стояла здесь уже очень давно, и каждый день под ее крышей останавливались десятки путников. Если духи облюбовали это место или часто наведывались сюда, они должны были обладать изрядной дерзостью. С другой стороны, если за все эти годы их присутствие никто не обнаружил, не случилось никаких бедствий и монастырь не пытался их изгнать — возможно, они действительно были безобидны?
Как бы то ни было, голоса звучали все ближе. Призраки не просто поднялись в комнату — они подошли к самому ложу. Линь Цзюе замер, не решаясь открыть глаза и приготовившись к худшему.
— О, да это совсем юный книжник!
— Похоже, отправился на поиски наставников.
— Совсем дитя еще. А я-то думал, судя по прибранной лестнице, к нам пожаловал зрелый и благообразный муж лет двадцати… Так это он, получается, вымел пыль внизу?
— Тсс, не разбуди его. Этот малый по дороге не испугался нечисти — значит, обладает завидным мужеством. Нашел чужого мула и без колебаний вернул его владельцу — значит, чист душой и благороден. Да еще и прибрался в чужом доме — значит, благоразумен и почтителен. Давай позволим ему спокойно выспаться, а сами спустимся вниз и там побеседуем.
— Твоя правда, братец Мо. И все же он ведь тоже из ученых мужей… — Голос Су зазвучал заговорщически, и он тихо рассмеялся: — Может, растолкаем его да позовем поучаствовать в нашей беседе?
— Будет тебе дурачиться, идем вниз.
— Ха-ха-ха…
Голоса начали удаляться. Линь Цзюе облегченно выдохнул.
— «Кони бок о бок летят на юг узорной тропой, ивы склонились над чистой речной водой. В латах расшитых из злата не верю я в то, что сравнится поэт древний с нашей строкой!» — торжественно продекламировал один из призраков, уже стоя на лестничной площадке. — Три дня бился над этой строфой, братец Су. Как тебе?
— Отличные стихи! Ох, братец Мо, если бы в те годы, когда мы служили на Западных рубежах, ты обладал такой поэтической жилкой, то наверняка снискал бы благоволение военного инспектора и давно бы дослужился до высоких чинов.
— Ну, тогда бы мы не встретились с тобой, верно?
— Ха-ха-ха, твоя правда, братец Мо…
Голоса продолжали доноситься снизу.
— Ладно, довольно обо мне. А твоя строфа готова?
— Готова, готова. Осмелюсь представить на твой суд, помоги подправить, коли где нескладно вышло.
— Весь внимание!
Линь Цзюе медленно открыл глаза в темноте.
«Похоже, эти призраки и впрямь не злые? Надо же, сочиняют стихи посреди ночи…»
В комнате по-прежнему никого не было. Окно, распахнутое ветром, глядело прямо на полную луну. Холодный свет ложился на исцарапанные половицы ровным серебристым квадратом. Юноша затаил дыхание.
Снизу донеслось:
— «Бьют барабаны в резном терему при свечах, кто-то играет унылый мотив на ладах? Сколько весенних цветов облетело в саду — все они унеслись по реке в осенней тоске».
— Прекрасно… Но постой…
— Что такое?
— Не то!
— Что не то? Укажи на ошибку, братец Мо.
— Да я не про стихи! Наш гость сверху… он ведь не спит!
— А?
Линь Цзюе на втором этаже вздрогнул. Сердце испуганно екнуло.
Он даже не успел зажмуриться, как прямо посреди освещенного луной пола выросли две полупрозрачные головы. Головы медленно поднимались все выше, за ними потянулись плечи и туловища — два призрака бесшумно просочились сквозь деревянные перекрытия.
Юноша во все глаза уставился на них.