Глава 108.2： Божество горы Ишань
— Приветствуем Божество горы, — раздался впереди звонкий голос третьего брата.
— Приветствуем Божество горы.
— Приветствуем Божество горы! — следом, один за другим, вежливо поклонились Линь Цзюе и младшая соученица.
— Не стоит церемониться, — раздался сверху голос горного владыки. Его слова рокотали подобно отдаленному обвалу в горах, эхом отдаваясь под сводами зала, но в них слышалось дружелюбие. — Вы — даосы с пика Фуцю?
— Всё так, Ваше Величество, — ответил третий брат.
— Ха-ха-ха! — Божество горы добродушно рассмеяслось. — Прошлой зимой из вашей обители доносился удивительный аромат вареного мяса. Нам редко доводится встречать столь изысканные яства. Кто из вас готовил то кушанье и какие приправы использовал?
Услышав этот вопрос, трое даосов замерли в изумлении. В их памяти мгновенно ожила та морозная снежная ночь. Неужели таинственный лесной дух, постучавший в ворота и просивший поделиться угощением, был посланником самого Божества горы? Пока они размышляли, горный владыка устремил свой взор прямо на Линь Цзюе.
— Ваше Величество, то мясо готовил я, — почтительно произнес юноша. — Я использовал особый сбор лесных и привозных пряностей, оттого и вкус вышел столь необычным. Даже в городах у подножия такое кушанье встретишь нечасто.
— Весьма недурно, — кивнуло Божество горы и открыто рассмеялось.
Вдоволь отсмеявшись, владыка перешел к делу:
— До меня дошли вести, что в мире смертных у подножия вновь грядут великие перемены и творятся загадочные бесчинства, которые могут потревожить покой моей горы Ишань?
— Всё так, Ваше Величество. Нынешняя династия погрязла в пороках и коррупции, и Поднебесная стремительно близится к новой смуте, — ответил Линь Цзюе. Он не знал, как долго существует эта древняя гора и сколько веков правит здесь ее владыка, а потому лишь честно изложил все известные ему факты, умолчав о собственных догадках.
Божество горы погрузилось в глубокое раздумье. Лишь спустя долгое время под сводами зала вновь раздался его гулкий голос:
— Похоже, дело действительно принимает нешуточный оборот. Если скверна расползлась по всей провинции Хуэйчжоу, то не вмешайся вы вовремя, беда и впрямь могла бы перекинуться на мои склоны. Ваша бдительность заслуживает великой награды.
— Мы сочли своим догом предупредить Ваше Величество, чтобы обитель Ишань смогла вовремя подготовиться к грядущей буре, — скромно произнес третий брат.
— Благодарим за вашу милость, — добавил Линь Цзюе.
— Не стоит тревожиться понапрасну. Даже если объявится какой-нибудь могущественный повелитель демонов, если только он не постиг тайн древних патриархов, он никогда не посмеет безрассудно вторгнуться в мои владения, — горный повелитель перевел взгляд с Линь Цзюе на третьего брата, немного подумал и продолжил: — Однако береженого Небо бережет. Пик Фуцю расположен на самой границе моих земель, и в случае беды удар обрушится на вас в первую очередь. Раз так, я вручу вам священный знак моей воли. Держи его при себе. Если злые духи или нечисть осмелятся напасть на Обитель Фуцю, воззови к моему имени — «Божество горы Ишань», — и моя божественная сила незамедлительно придет к вам на выручку. Будете моим передовым дозором на рубежах горы.
С этими словами владыка взмахнул широким рукавом, и к Линь Цзюе плавно подлетел небольшой предмет.
Юноша удивленно протянул руку и поймал увесистый металлический жетон величиной с ладонь. Металл, из которого была отлита пластина, оказался незнаком даосу: он весил больше обычного железа, но уступал в тяжести золоту и серебру, а на его поверхности мягко пульсировало священное сияние лесов и рек.
— С этой пластиной лесные чащи сами будут расступаться перед тобой, облегчая путь в горах. Но даже за пределами Ишани этот знак сохранит частицу моей силы, способную усмирять злых духов и изгонять нечисть.
— Премного благодарны Вашему Величеству, — низко поклонился Линь Цзюе.
— Я рожден не человеком, а потому мне чужды ваши мирские условности и церемонии, — лесной владыка пристально вгляделся в лицо юноши, а затем перевел взор на смирно сидящую у его ног белую лисицу и вдруг улыбнулся: — А твоя спутница — весьма необычный зверь.
— Младший даос не ведает о ее происхождении, — почтительно произнес Линь Цзюе, пользуясь случаем. — Прошу Ваше Величество наставить меня.
— Всякий раз, когда мир смертных погружается в хаос, а земные троны и божественные престолы сменяют друг друга, на свет являются новые бессмертные мастера. Тренируйтесь усердно и не теряйте чистоты помыслов. Кто знает, быть может, будущий великий практик стоит сейчас передо мной? — в рокочущем голосе Божества горы послышалась глубокая тоска существа, перевидавшего за долгие века бесчисленное множество человеческих династий. Он сделал легкий жест рукавом: — Ступайте.
Позади них вновь разлился мягкий свет. Оглянувшись, даосы увидели проводников с фонарями, беззвучно возникших за их спинами. Владыка более не проронил ни слова.
Линь Цзюе отвесил прощальный поклон:
— До свидания, Ваше Величество.
— И хоть мне не нужны пустые церемонии, я всё же божество. Когда у вас будет свободное время, не забывайте совершать подношения у моего алтаря, — донеслось им вслед.
— Повеление будет исполнено, — почтительно ответили спутники.
Они последовали за проводниками к выходу. У самых дверей Линь Цзюе не удержался и оглянулся: на возвышении ложа и по обе стороны от него более не было живых существ — и горный владыка, и его прекрасная спутница, и четверо грозных звериных стражей вновь обратились в безмолвные каменные статуи.
Линь Цзюе крепче сжал в ладони тяжелый жетон. Горный повелитель оказался на удивление благосклонным и милостивым.
В его памяти всплыли строчки из древнего трактата: «Говорят, все великие реки и горы Поднебесной имеют своих хранителей. Владыки Пяти Вершин наделены великой мудростью, а духи Четырех Рек — великим милосердием. Что ж, Божество горы Ишань определенно обладает своим неповторимым величием», — тихо проговорил юноша.
Этот владыка не родился вместе с горой Ишань, но был древним духом, зародившимся в ее недрах. За долгие века медитаций и благодаря поклонению местных обитателей он обрел божественный статус. Пока горный бог находился в пределах своих владениях, его сила была безграничной: ни одно живое существо не могло одолеть его, если только не обладало мощью, способной расколоть саму землю и уничтожить духовные жилы горы.
Однако сия великая власть была одновременно и его темницей. Божества земли привязаны к своим владениям и не могут покидать их по собственной воле. Они обречены веками взирать на смену династий и суету мира смертных со стороны, оставаясь вечными зрителями. Должно быть, это невероятно скучно. Неудивительно, что бессмертный повелитель не удержался и попросил у них отведать простого соленого мяса, а на прощание велел не забывать совершать подношения у его алтаря.
Когда даосы выбрались из тайных расщелин на открытый склон, туман уже окончательно рассеялся, являя взору бескрайние просторы Поднебесной.
...
Они вернулись в Обитель Фуцю к полудню. Первым делом Линь Цзюе подробно рассказал учителю и старшим братьям о встрече с Божеством горы, после чего бережно водрузил священный жетон на алтарь в Храме Укротителей Гор. Теперь, если на пике или в окрестностях случится беда, любой из соучеников сможет прийти сюда, взять знак власти и призвать на помощь силу горного повелителя. К тому же, по словам владыки, жетон обладал способностью усмирять злых духов. И пусть они еще не знали, как именно пробуждать его силу, любой даос, отправляющийся на борьбу со скверной к подножию горы, отныне мог взять этот оберег с собой для защиты. Это было великим благословением и защитой горы Ишань.