Глава 104.1： Вот так и Бобовые солдаты появились
Солнце поднималось всё выше и выше.
На поросшем жухлой травой горном склоне люди и лесные обитатели обменялись прощальными поклонами.
Ворон, шумно захлопав крыльями, взмыл в чистое небо, оборотень-волк вновь принял облик огромного лесного зверя и скрылся в чаще, а трое даосов и белая лисица отправились в обратный путь.
Поверженная тварь в смерти приняла свой истинный облик и теперь безжизненно свисала из руки одного из Бобовых солдат третьего брата. Это оказался серый пятнистый ящер, похожий на крупного геккона длиной около метра. Должно быть, изначальное тело монстра было слишком слабым и хрупким, из-за чего он предпочитал сражаться в человеческом обличье. Впрочем, и в нем он не отличался особой мощью, зато его реакция, скорость и проворство многократно превосходили человеческие.
— Эта нечисть явилась в монастырь только сегодня утром, — заметил третий брат. — Обычно они там не живут.
— Да, от них слишком сильно несет трупным запахом. Живи они в обители постоянно, мы почуяли бы скверну еще у ворот, — кивнул Линь Цзюе и после короткой паузы добавил: — По словам паломников, божество являло свое чудо третьего числа каждого месяца. Стало быть, эти твари наведывались в монастырь раз в месяц, забирали серебро и оставляли взамен пилюли.
— Всё так. Здешние монахи меняли серебро на снадобья. Кто знает, что они надеялись получить — ядовитые пилюли для продления жизни или «эликсир бессмертия»? — третий брат презрительно усмехнулся. — Как бы там ни было, эти глупцы едва ли догадывались, что все их драгоценные снадобья — пустышка.
— И то верно...
— Кстати, младший брат, а как ты свел знакомство с этими двумя? — полюбопытствовал старший.
— Да ты и сам прекрасно знаешь эту историю, — улыбнулся Линь Цзюе. — Помнишь то самое Тысячедневное вино, о котором ты так часто грезил? Именно на него я обменял у них Сущность земли и дерева. Волк хотел с помощью этого вина помочь своему старому другу обрести разум.
— Ах, Тысячедневное вино! — тут же вспомнил третий брат и с досадой вздохнул. Настоящее выдержанное вино созревало раз в десять лет, а для человека десять лет — срок немалый. Даже для даоса.
Стоит упустить момент из-за какого-нибудь пустяка, и придется ждать еще целое десятилетие. И сколько таких десятилетий отпущено человеку, пусть даже он и даос, вставший на путь бессмертия?
— Ну и дела, младший брат! А я-то считал себя самым общительным в нашей обители, — рассмеялся третий брат. — Кто бы мог подумать, что даже в такой глуши лесные духи придут тебе на выручку.
— Просто случайное знакомство.
Навстречу утреннему солнцу трое спутников спускались с горы. Далеко внизу раскинулись кленовые рощи и крошечные деревеньки. Легкий туман, стягивавшийся к подножию, медленно таял в лучах восходящего солнца, обнажая живописные долины.
— А ведь ворон действительно обрел разум, — младшая соученица то и дело оглядывалась назад, искренне восхищаясь чудом.
— Да, это так... — согласился Линь Цзюе. Для лесных обитателей это была великая радость.
Спустившись в долину и миновав бор, они пошли по узкой тропе вдоль полей, где вскоре столкнулись с бежавшими из монастыря паломниками. Среди них был и купец Ван. Завидев даосов, а особенно безмолвных латников и свисающую из руки одного из них жуткую тварь, люди в ужасе попятились.
— Не бойтесь, почтенные, — мягко произнес Линь Цзюе. Он понимал, что после утренней бойни его третий брат в глазах перепуганных мирян выглядит как могущественный и безжалостный убийца. Передав свой меч младшей соученице, юноша сделал шаг вперед и вежливо поклонился: — Мы — даосы с пика Фуцю, что на горе Ишань, и не желаем вам зла. Наша встреча — чистая случайность, мы лишь искали ночлег. Те, кто годами обирал вас, разыгрывая божественные чудеса и губя невинных, — настоящие преступники. Обнаружив их обман, мы отказались от их взятки, и тогда они попытались нас отравить. В завязавшейся схватке выяснилось, что здешняя братия водит дружбу с нечистью. Всё, что мы сделали, — лишь защитили себя и очистили мир от скверны.
Паломники продолжали испуганно дрожать. Они не знали, верить ли этим речам, но и спорить с вооруженными магами не смели.
— У нас есть к вам важная просьба, — продолжл Линь Цзюе. — Как только вы доберетесь до ближайшего города, пожалуйста, немедленно сообщите обо всем уездному судье. Сами мы никуда не уйдем и будем ждать стражу прямо в монастыре.
Эти слова подействовали на толпу успокаивающе. К тому же среди паломников действительно были люди, имеющие связи с властями.
— Почтенный даос говорит правду? — неуверенно спросил один из них.
— Разумеется, — кивнул Линь Цзюе. — Посудите сами: зачем нам, простым странникам, без всякой причины нападать на святую обитель? На свете много славных монастырей, но где еще божество является верующим строго раз в месяц, словно по расписанию? И куда уходили все ваши щедрые подношения, если храм годами не ремонтировался, а статуи стояли без позолоты? Помогали ли эти монахи беднякам в округе? Вы живете в этих краях и наверняка знаете правду лучше нас.
В толпе зашептались. Слова даоса заставили людей задуматься. Впрочем, ослепленные слепой верой миряне раньше просто закрывали глаза на любые странности, а если сомнения и закрадывались в их души, они сами придумывали оправдания для «святых отцов».
Но утренний кошмар расставил всё по местам. Монахи действительно призвали демонов на помощь, а у ног даосов лежала туша настоящего монстра. Какими бы грозными ни казались призванные Бобовые солдаты, они определенно заслуживали большего доверия, чем чудовищные порождения тьмы.
И главным доказательством искренности даосов было то, что они безбоязненно отпускали паломников и сами просили вызвать стражу.
— Но как же тогда свечение божества? — робко спросил кто-то.
— Золотое сияние статуи — обычный фокус, а песнопения пели сами монахи из укрытия, — ответил Линь Цзюе. — Если вы отбросите ложный страх и вернетесь с нами, то без труда найдете тайные механизмы под алтарем.
— Нет-нет-нет, избавьте нас от этого!.. — замахали руками паломники.
— В таком случае ступайте с миром. И не тревожьтесь понапрасну, чтобы не портить себе кровь. Как бы глубоко ни зашли корни этого заговора, вам ничто не угрожает. Потерянных денег уже не вернуть, так что считайте всё случившееся просто дурным сном.
Люди смотрели на молодого даоса, и страх в их глазах окончательно уступил место уважению. В конце концов, человеческое сердце способно чувствовать искренность. По интонациям и кроткому взгляду юноши паломники без труда смогли отличить добро от зла.
Когда трое даосов вернулись в монастырь Сосновой Обители, там по-прежнему царил разгром. Во дворе валялись обезглавленные туши двух гигантских змей, размером не уступавших удавам, а рядом лежали останки огромного паука величиной с тележное колесо, изрубленного почти в кашу. Многочисленные глубокие порезы на телах тварей наглядно свидетельствовали о том, насколько яростным и жестоким было утреннее сражение.
Половина монастырской братии была мертва, выживших же заперли в главном храмовом зале под бдительным надзором Бобовых солдат.
Воздух в обители был пропитан не только запахом свежей крови, но и знакомым могильным смрадом.
— Старший брат, тебе не кажется, что здесь что-то не так? — нахмурившись, спросил Линь Цзюе.
— Что не так? Да всё здесь не так! — хмыкнул сообразительный третий брат. — Очевидно, за спинами этих плешивых прохвостов стоит какой-то сильный колдун или могущественный монстр, который подчинил их своей воле с помощью пилюль.
— Не только...
— Что ты имеешь в виду?
— Пропавшее серебро и могильный запах, — Линь Цзюе пристально посмотрел на него. — Третий брат, разве тебе это ничего не напоминает?
— Ох! — третий брат замер на месте. Стоило ему сопоставить факты, как по его спине пробежал холодок. — Но ведь отсюда до нашего уезда Ихянь добрая сотня километров!
— Вот именно.
— И если эти дела действительно связаны...
— ...то масштабы этой зловещей паутины просто пугают.
========================================================================