Глава 64.2 Ценность денег
— Сестра, а ты чего бы хотела купить? — спросил Линь Цзюе, пока мясник взвешивал товар.
— Мне ничего не нужно, — не задумываясь, ответила девочка. На ее лице отразилась такая решимость, словно она собралась погрузиться в глубокую медитацию.
Линь Цзюе понял, что она не привыкла тратить деньги попусту — возможно, сказывалось строгое воспитание или бедное детство. Он не стал спорить, а лишь огляделся по сторонам.
Неподалеку виднелась лавка, где подавали вонтоны.
Забрав жир и мясо, которое по его просьбе завернули в сочные лотосовые листья, Линь Цзюе повел спутников к палатке. Заказав две миски горячих вонтонов, он положил сверток с мясом на землю, позволяя лисице устроить себе настоящий пир.
Вскоре принесли вонтоны.
Крепкий костный бульон отливал легким нефритовым блеском. Сдобренный лишь щепоткой соли и присыпанный мелко нарезанным зеленым луком, он казался невероятно ароматным. Мяса в самих вонтонах было немного, скорее для запаха, но это все равно было во сто крат вкуснее простой монастырской еды.
Младшая сестра уплетала за обе щеки.
Линь Цзюе ел не торопясь, мысленно набрасывая список покупок: растительное масло, соевый соус, уксус и специи они купили еще вчера. Сегодня нужно запастись мукой и рисом. Носить припасы на гору тяжело, так что стоит взять знаменитого местного окорока — он легкий и долго не портится. Если попадется лавка с хорошим рисовым вином, надо взять кувшинчик, да и сахар не помешал бы.
Кажется, в обители еще и соль подходила к концу.
А еще можно купить доброго вина для Третьего брата...
Пока он размышлял, с улицы донесся звонкий крик разносчика:
— Молочный лед! Сливочный лед прямо из столицы! Покупайте, через несколько дней лакомство растает и исчезнет! Нефрит на дне тарелки дрожит, прохладный снег на губах тает!
Линь Цзюе вытянул шею и присмотрелся. Название показалось ему смутно знакомым.
— Сестра.
— А? Что такое, брат?
— Хочешь еще мисочку?
— Нет-нет, я уже наелась!
— Хозяин, принесите еще вонтонов! — крикнул Линь Цзюе владельцу лавки.
Прежде чем девочка успела возразить против лишней порции, юноша спросил:
— Сестра, а ты когда-нибудь пробовала сливочный лед?
— А? Что еще за лед? — растерялась она.
— Да вон там кричат, — Линь Цзюе указал подбородком на улицу. — Говорят, столичная роскошь.
Девочка тут же насупилась и с подозрением спросила:
— Наверное, это очень дорого?
Линь Цзюе с улыбкой посмотрел на нее:
— Значит, точно не пробовала?
Она серьезно посмотрела на него в ответ:
— Брат, я не буду это есть!
— В других местах такого не сыщешь.
— Я лучше вонтоны доем!
— Слышишь, что кричат? Через несколько дней лед растает, прошлогодние запасы на исходе!
— Все равно не буду...
Спустя пару минут на их столе уже стояли две пиалы с дорогим и редким по тем временам лакомством. Сливочный лед готовили из молока, яиц, сахара, крахмала и колотого льда. Он напоминал густой нежный крем, благоухающий молочной сладостью и выложенный аккуратной горкой. Лишь благодаря процветающей торговле и тому, что уезд Ихянь был крупным центром, это лакомство можно было отыскать здесь, а не только в далекой столице.
Линь Цзюе зачерпнул немного деревянной лопаточкой и попробовал.
Вкус оказался не просто знакомым. Он пробудил в его душе целую бурю воспоминаний. На лице юноши отразилась легкая грусть.
Младшая сестра последовала его примеру и осторожно отправила ложечку в рот.
В этот жаркий ранний осенний день прохладное лакомство показалось им даром богов. Оно приятно холодило рот, обволакивая язык нежной сладостью и мгновенно исчезая, точь-в-точь как пелось в старых стихах:
*Нежное, сытное, дарит прохлады глоток,*
*Только застынет — взмывает, как легкий дымок.*
*Словно тончайший нефрит, на тарелке дрожит,*
*Словно пушистый снежок, на губах он растает вмиг.*
Девочка никогда не пробовала ничего подобного. Ее личико озарилось удивлением и восторгом, и она зажмурилась от удовольствия. А когда открыла глаза, то увидела добрую улыбку старшего брата.
— Вкусно?
— Очень вкусно!
— Раньше не пробовала?
— Никогда в жизни! Брат, а ты ел такое раньше?
— Я? — Линь Цзюе на мгновение замешкался, подбирая слова, но в конце концов лишь тихо вздохнул: — Очень давно... Я тоже очень давно его не ел.
Он сделал еще один глоток, и вкус лакомства смешался с привкусом светлой ностальгии.
Седьмой брат был прав: Обитель Фуцю вполне могла прокормить себя сама, и много ли было у них денег или мало — им всегда хватало. А для этих двоих именно в такие минуты и раскрывалась истинная ценность серебра.
***
Покончив с завтраком и сделав все необходимые покупки, они направились к городским воротам.
От встретившего их Седьмого брата отчетливо пахло женской пудрой и румянами.
Правда, если не считать маленькой лисицы, которая из-за своего острого нюха и детского любопытства принялась тщательно обнюхивать его одежды, молодые люди не подали виду. Один предпочел промолчать, а вторая и вовсе ничего не заметила.
Трое молодых даосов в сопровождении груженого осла покинули оживленный тракт и направились по тихой тропе в сторону глухих гор.