Глава 64.1 Ценность денег
— Спасибо вам, господин даос!
— Ваша милость к нам велика, точно горы!
Изумление и благодарность этих купцов были еще сильнее, чем у торговцев из деревни Шу. Те хотя бы знали, на что шли, а эти бедняги уже мысленно простились со своим добром. Внезапное возвращение денег растрогало их почти до слез.
В эти времена вести торговлю было делом нелегким. Хоть на юг отправляйся, хоть в столицу — за три-пять дней туда и обратно не обернешься. Дорога всегда полна опасностей, спать приходится под открытым небом, да и положение купцов в обществе завидным не назовешь. Лишь самые упорные, трудолюбивые и выносливые люди могли выдержать такую жизнь. Неудивительно, что многие торговые караваны собирались из жителей одной деревни или членов одного клана — так было проще помогать друг другу.
Зарабатывать деньги было тяжело, поэтому, вернув свое добро, они принялись лихорадочно пересчитывать слитки, чтобы наконец поверить в реальность происходящего.
— Позвольте спросить, почтенный господин, в каком монастыре вы служите?
— На горе Ишань, в Обители Фуцю, — ответил Линь Цзюе.
— На горе Ишань?
— Это довольно глухое место, мало кому известное.
— А не ведает ли господин даос, что за твари нас обокрали? В городе поговаривали, будто это какие-то карлики, ростом не выше человеческого колена!
— Это были крысы-оборотни.
— Крысы-оборотни?
— Особой силой они не отличаются, разве что владеют простеньким колдовством — насылают на людей сонный морок. Если человек крепок телом, тверд духом, способен противиться сну и не боится нечисти, то справиться с ними не так уж трудно.
— Осмелюсь спросить, удалось ли господину изгнать их насовсем?
— Не знаю, все ли они сгинули, как не знаю и того, были ли это единственные крысы в городе, — вздохнул Линь Цзюе, качнув головой. Ему пришлось пойти на сделку с тварями лишь ради того, чтобы вернуть деньги.
— Если вас снова обворуют, можете прийти на гору Ишань, в Обитель Фуцю, — подумав, добавил Седьмой брат. — В нашей обители как раз найдется способ с ними управиться.
— Запомним! Обязательно запомним!
Купцы переглянулись, и один из них, что постарше, достал несколько кусочков серебра и протянул Седьмому брату:
— Мы слышали, что дорога к горе Ишань трудна и далека. Пожалуйста, примите это как скромное пожертвование для вашего монастыря и в знак благодарности за изгнание бесов. Если судьба будет благосклонна, мы обязательно поднимемся на гору, чтобы навестить вас и поблагодарить лично.
Седьмой брат не стал отказываться и принял подношение.
Увидев это, торговцы из деревни Шу тоже потянулись к своим кошелькам. Но Седьмой брат, бросив взгляд на Линь Цзюе, с улыбкой отказался, сказав, что соседям помогают бескорыстно.
Линь Цзюе немного подумал, шагнул вперед и достал из-за пазухи свои сбережения. У него было около двадцати лянов. Оставив себе лишь пять, остальные пятнадцать он протянул дядюшке Шу.
— Дядюшка Шу, вы говорили, что этим летом в округе случилось сильное наводнение. Не знаю, пострадала ли наша деревня, но даже если вода обошла ее стороной, моему дяде после тяжелой болезни точно понадобятся деньги, — сказал Линь Цзюе. — Здесь десять лянов — это плата за доставку письма, которую мне дали в дорогу. Остальное — награда от уездного судьи за то, что я изловил ту странную обезьяну-монстра. Пожалуйста, передайте эти деньги моей тетушке.
— Как же так? — дядюшка Шу не спешил брать серебро. — Твоей семье мы и сами поможем, а тебе разве в дороге деньги не понадобятся?
— Я уже принят в Обитель Фуцю на горе Ишань. Отныне я посвящаю себя духовному пути. Там у меня есть и кров, и пища, так что тратить деньги мне особо не на что, — искренне произнес Линь Цзюе. — И передайте, пожалуйста, дяде с тетей, что я устроился на новом месте и живу очень хорошо, пусть они не беспокоятся обо мне. Как только выдастся свободное время, я обязательно навещу их.
— Ну хорошо... — мужчина бережно принял серебро.
Про себя он решил, что обязательно передаст родственникам Линь Цзюе и ту часть денег, которую их деревня должна была выплатить юноше в качестве благодарности за спасение.
Попрощавшись, стороны разошлись своими дорогами.
Седьмой брат взвесил на ладони подаренное серебро — там было примерно шесть-семь лянов. Купцы оказались людьми щедрыми и отдали почти десятую часть спасенного добра.
— Не забивай себе голову, главное, что деньги вернулись к владельцам, — сказал Седьмой брат. — Горожане теперь стали умнее, прячут добро в окованные железом сундуки, так просто к ним не подберешься. А про того, кто стоит за этими крысами-оборотнями, мы расскажем учителю по возвращении. Пусть он решает, как быть.
С этими словами Седьмой брат отделил два кусочка серебра и вложил их в руки Линь Цзюе и младшей сестры:
— Это наши карманные деньги. Купите себе все, что захочется, не экономьте. Для нашей обители достаток — дело наживное, а если что-то останется, вернете в общую казну.
— А?..
— Чего «а»? Четвертый брат просил меня купить ему хорошую тушь, так что я сначала схожу за ней. Разделимся и встретимся у городских ворот. Если станем ходить толпой, потеряем кучу времени и вернемся на гору только к ночи. Не переживайте, уезд Ихянь — город большой и оживленный, при свете дня никакая нечисть не посмеет здесь бесчинствовать.
Седьмой брат развернулся и быстро скрылся в толпе.
Юноша и девочка опустили глаза на свои ладони. Неровные кусочки серебра приятно оттягивали руку своей тяжестью.
— Ну, пойдем, — позвал Линь Цзюе младшую сестру и зашагал по улице.
Первым делом ему попалась на глаза мясная лавка.
Линь Цзюе собирался купить нутряного жира, чтобы натопить смальца для монастырской кухни. Посмотрев на сидевшую у ног лисицу, он улыбнулся:
— Вчера ты отлично потрудилась. Давай-ка купим тебе полкилограмма хорошего постного мяса.
Лисица подняла на него умные глаза, а затем перевела взгляд на мясной прилавок.
Народ на улицах уже зашевелился. Прохожие с любопытством поглядывали на ручную лисицу, сопровождавшую молодых даосов.