Глава 1.1 Существуют ли в мире призраки и боги？
Дорога, выложенная брусчаткой, потрескавшиеся от времени углы стен, журчащий ручей и тянущиеся вдоль него беленые дома под темной черепицей. Через воду перекинут старый каменный арочный мост, а на нем высится деревянная беседка о восьми столбах, краска на которых давно выцвела.
В беседке, опираясь на клюку, сидел старик, окруженный гурьбой из семи-восьми ребятишек. Он рассказывал им предания старины.
Чуть поодаль у стены молча стоял юноша лет пятнадцати-шестнадцати в поношенной одежде. Прижимая к себе небольшой мешок с рисом, он задумчиво смотрел перед собой. До него доносился неспешный голос старика, то и дело прерываемый восхищенным писком детворы.
Старик был старейшиной деревни. Человек преклонных лет, свободный от забот, он часто собирал слушателей у деревенских ворот под сенью деревьев или на мосту. Так он знакомил молодежь с событиями в стране и историей былых времен, делясь житейским опытом и мудростью с подрастающим поколением. В те времена в глухих деревнях многие знания передавались именно так — из уст в уста, из поколения в поколение.
Вот только когда вокруг собиралась детвора, рассказы о великих исторических свершениях быстро сменялись историями о бессмертных, призраках и чудовищах. Впрочем, подобные сказки во все времена пользовались успехом — слушатели внимали им с замиранием сердца, да и рассказчики делились ими с не меньшим удовольствием.
Линь Цзюе и сам весь последний год часто приходил сюда послушать старика. Собственно, его появление в этом мире и произошло ровно год назад. Мало кому понравится внезапно очнуться в чужом, отсталом краю, но раз уж это случилось и иного пути не было, оставалось лишь приложить все силы, чтобы не провести остаток дней в этой глуши.
Наверняка в каждом мире есть свои чудеса, а в каждой эпохе — свои прелести, и ему очень хотелось увидеть их своими глазами. Вырваться отсюда — задача одновременно и простая, и сложная. Все зависело от выбранного пути.
Поначалу Линь Цзюе планировал пойти по традиционному пути учености: сдать государственные экзамены, получить чиновничий ранг и тем самым заявить о себе этому миру, попутно выбравшись из деревни.
К счастью, в этих краях в последние годы процветала торговля. Большинство местных жителей носили фамилию Шу. Объединившись в купеческие артели, они возили в столицу местную бумагу, тушь, чай и древесину, благодаря чему деревня заметно разбогатела. Под влиянием конфуцианских традиций и заботы о процветании рода зажиточные семьи стремились вырастить среди сородичей как можно больше ученых мужей. В будущем, получив чины, те могли бы помогать землякам. На общие средства в деревне открыли школу, и Линь Цзюе, хоть и был чужаком с другой фамилией, тоже получил возможность учиться.
Так и прошел его год: днем он прилежно учился, а по вечерам слушал предания. Жизнь была бедной, но, привыкнув к ней, Линь Цзюе находил в ней своеобразную прелесть и покой.
Однако теперь над его головой сгустились тучи.
В прошлом месяце его дядя отправился на рыбалку, а вернувшись, внезапно слег с тяжелым недугом. Его тело покрылось язвами, и очень быстро он оказался на волосок от смерти.
Прежний владелец этого тела с детства не знал достатка. Мать его когда-то сбежала с бродячим торговцем, а отец растил сына в одиночку. Позже он прибился к купеческим караванам рода Шу и стал зарабатывать хоть какие-то деньги тяжелым трудом. Однако в последние годы дороги наводнили разбойники. Два года назад весь караван, в котором шел отец, бесследно исчез. С тех пор заботу о Линь Цзюе взял на себя дядя: он кормил племянника и оплачивал его обучение.
Более того, когда Линь Цзюе только очутился в этом мире, он упал в реку, и именно дядя, рискуя собственной жизнью, вытащил его из бурлящей воды. Когда старик слег, двоюродный брат Линь Цзюе бросился к известному в округе лекарю. Тот выписал рецепт. Снадобья действительно помогали, но стоили непомерно дорого.
Обычной семье, даже пользуясь близостью торговых путей, едва хватало средств на еду и одежду, а обучение грамоте и вовсе граничило с непозволительной роскошью. Месячный курс лечения полностью истощил их скромные сбережения.
Деньги, оставленные покойным отцом, тоже подошли к концу. Благочестивые хозяева усадьбы Шу, сжалившись над ними, разрешили каждые десять дней приходить к ним за небольшим мешком риса, чтобы семья не умерла с голоду. Линь Цзюе как раз возвращался от них.
Но лекарь предупредил: застарелую болезнь быстро не вылечить. Чтобы дядя полностью поправился, лекарство нужно принимать еще не меньше трех месяцев, а это потребует по меньшей мере пятнадцати-двудцати связок медных монет. Где взять такие деньги, Линь Цзюе не представлял. На душе у него было невыразимо тяжело.
Очнувшись от безрадостных мыслей, он прислушался к голосу, доносившемуся из беседки:
— ...Тот малый не был ни даосом, ни умудренным заклинателем. Обычный сильный мужик, в котором взыграла хмельная смелость. Набравшись храбрости, он полночи врукопашную бился с нечистью! А когда рассвело, он, едва дыша от усталости, поднялся с земли и посмотрел под ноги. И что бы вы думали?
— Никакого чудовища рядом не оказалось! На траве валялась лишь сморщенная шкура, похожая на рваный холщовый мешок. Стоило солнцу пригреть, как она задымилась сизым дымом и испустила такую вонь — хоть нос зажимай!
Ребятишки слушали затаив дыхание, завороженные страшной сказкой. И лишь один мальчик с сомнением спросил:
— Дедушка Шу, а призраки и правда существуют?
Этот вопрос весь последний год не давал покоя и самому Линь Цзюе. Есть ли в этом мире боги и демоны? Не видя их своими глазами, глупо утверждать, что они существуют. Но если это выдумки, почему рассказы о них столь детальны и повсеместны?
— Конечно существуют! Как им не быть? — старик удивленно вскинул брови. — Я ведь рассказываю вам истории о духах и оборотнях, называя их точные имена и места. Неужто вы думаете, что я все это выдумал?
— А вы сами их видели?
— Разумеется! Разве я вам об этом не рассказывал?
— Но учитель в школе говорит, что никакой нечисти нет. Он за всю свою жизнь ни разу с ней не сталкивался.
— Ну, учитель... — старик перехватил поудобнее свою трость и с улыбкой задумался. Поразмыслив, он ответил: — Люди бывают разными: кто-то боится нечисти, а кто-то нет. Так и духи: одни страшатся человека, другие — ничуть. Бывает, человек обходит их стороной, а бывает, и они его избегают. Ваш учитель до дыр зачитал книги мудрецов, он человек высоконравственный, преисполненный внутренней силы и благородства. Разве посмеет какой-нибудь жалкий призрак показаться ему на глаза?
Дети закивали, хотя мало что поняли из этих рассуждений. Старик ласково погладил бороду и заговорщически подмигнул:
— Ладно, то дело прошлое, да и случилось в соседнем уезде. Но если не верите, вот вам свежий пример: в соседнем селении Хэн в родовом святилище семьи Ван завелось нечто неладное. Глава их рода объявил награду: тому, кто отважится провести там ночь, заплатят десять тысяч медных монет. Вы как раз молодые, горячие, кровь бурлит — не хотите ли вместе заночевать в том святилище?
— Правда? — выдохнули ребятишки.
— Не верите — спросите у родителей!
Дети испуганно переглянулись.
— А туда уже кто-нибудь ходил?
— А как же! Из нашей деревни ходили несколько отпетых пьяниц да картежников. В прошлом месяце одному смельчаку действительно удалось продержаться до утра и получить деньги. Остальные же в ужасе бежали посреди ночи, а некоторые после этого еще несколько дней пролежали в лихорадке. Можете сами у них разузнать, если не верите.