Глава 280
"Ху..." - выдохнув, выражение лица Гёмея стало еще более суровым.
Ветер вокруг стих, а атмосфера стала подавляющей. Используя свою дыхательную технику, два белых потока появились у его рта и носа. Ему уже не было дела до преследования Даки, и все его внимание вновь сосредоточилось на Кокушибо.
Используя полученную им технику демонической крови, Гёмей застал Кокушибо врасплох, не применяя при этом многих техник клинка. Из-за чего в момент обезглавливания Кокушибо, вероятно, был переполнен раздражением и гневом.
Эта непреклонная неудовлетворенность по интенсивности не уступала безумию Мудзана, не желавшего умирать в тот день.
"Теперь это будет сложно..."
В поле зрения Гёмея тело Кокушибо не переставало дрожать, а на его поверхности выступали толстые вены. Одновременно с этим, с пугающим звуком, из его тела вырастали клинки, точно такие же, как его демонический клинок.
Его голова постепенно восстанавливалась, но в отличие от прежнего прекрасного облика, теперь его лицо превратилось в гнилой кусок мяса, красная плоть была обнажена, что выглядело крайне уродливо и пугающе.
"Однако его рассудок, похоже, не восстановился." - громкие вопли, перемешивающиеся с криками «я не проиграю», доносились от Кокушибо. И по этому звуку, он был похож на потерявшего рассудок зверя - опасного, дикого.
"Я не проиграю!" - раздался резкий и наиболее крик, и тело Кокушибо исчезло с места. В следующий момент оказаывшись перед Гёмеем, нападая на него с мощной техникой.
Гёмей встрепенулся, и без колебаний вступил в прямую схватку с демоном. Опираясь на свою технику демонической крови, превращающую его тело в непробиваемую броню, он не нуждался в постоянной защите и уклонении, и мог сражаться на равных.
Всего за несколько мгновений его тело покрылось перекрестными порезами. Эти порезы были неглубокими, лишь слегка разрывали кожу. Но под точным контролем столпа его мышцы напрягались, не позволяя крови вытекать наружу.
А Кокушибо, нынче похожий на монстра получал множество кровавых ранений от его топора и булавы, но уже в следующий миг вновь восстанавливался.
"Его скорость заметно возросла, но в действиях нет прежней изящности... даже предсказать их стало проще, но это безумное состояние значительно усилило его регенерацию." - выдохнул Гёмей. Обезумевший монстр не намного сильнее прежнего Кокушибо, убить его сложно, но сдерживать его гораздо легче.
В этот момент раздался тревожный крик.
"Осторожно!" - поспешил предупредить Сатору.
Черно-красное щупальце с белым костяным лезвием на конце незаметно подкрадывалось к Гёмею, а затем стремительно ударило в его спину. Он мигом отбросил Кокушибо назад, а топором отвел щупальце в сторону. Из-за чего оно вонзилось в стену дома, поднимая большое облако пыли, после чего быстро втянулось обратно.
Обернувшись, Гёмей увидел мужчину в чистой аккуратной одежде, спокойно стоящего там и облизывающего губы.
Кокушибо, только что отброшенный, низко зарычал и вновь бросился на противника. Мудзан посмотрел на него, затем мгновенно оказался перед ним, его брови нахмурились, а на лице появилось выражение отвращения: "Кокушибо, в таком виде ты просто отвратителен."
Он вытянул острые когти и сделал порез в центре ладони. Когда из него хлынула алая кровь, он протянул руку. Которая прижалась к голове Кокушибо, зашевелилась и впиталась в него.
Он собирался отправиться в тюрьму Асакуса, чтобы убить Гию и других, спасавших людей. Но, почувствовав внезапную смерть Кокушибо и его последующее воскрешение, немедленно отказался от этого плана и направился сюда.
Кокушибо, так же преодолевший границу между жизнью и смертью, представлял для него опасность, поэтому он и прибыл, чтобы снова дать ему много крови и исказить его разум.
К счастью, хотя Кокушибо преодолел границу между жизнью и смертью, он не был настолько успешен, как Мудзан, и его разум пострадал, что делало его более управляемым.
"Мудзан..." - сердце замерло от увиденного, и Гёмей ощутил всю серьёзность ситуации.
"В прошлый раз ты почти одлел меня, но только почти." - Мудзан помнил Гёмея. В той засаде он был сильнейшим из всех столпов.
"Твоя техника демонической крови, что она из себя представляет?" - он внимательно рассматривал золотистую кожу Гёмея.
"Не подлежит разглашению." - Гёмей поднял голову, взглянув на небо, чувствуя внутреннее беспокойство. Ведь до появления солнца оставался как минимум еще один час.
"Все, отступаем!"
"Да!" - оставшиеся в живых мечники больше не задерживались в битве и устремились к выходу из города.
Однако Тенген и Сатору столкнулись с трудностями, будучи плотно окруженными Даки и Гёкко. Если они прекратят с ними бой, Даки и Гёкко обратят свои атаки на мечников, и с их силой ни один из мечников не выживет.
Поэтому Тенген и Сатору переглянулись и собрались вместе, чтобы совместно сдерживать двух Высших Лун, пытаясь одновременно с этим двигаться к выходу из города.
Тем временем, вокруг Кокушибо образовался кровавый кокон, который начал его поглощать, и только тогда Мудзан медленно убрал от него руку. А рана на его ладони зажила сама собой, не оставив ни следа.
Он посмотрел на Гёмея, который все еще оставался на месте, и в его глазах мелькнуло удивление: "Ты не уходишь?"
Со способностями Гёмея, если тот решит уйти, он не был уверен, что сможет убить его. Тем более что уже скоро рассвет, а мечники, когда загнаны в угол, становятся очень стойкими и часто превосходят свои пределы. Поэтому всего за час ему и правда возможно не удастся его убить...
Гёмей снова поднял голову, взглянув на небо, затем перевел взгляд на позиции Тенгена и других. Он сделал глубокий вдох, втянув белые потоки воздуха в грудь и живот: "Нет смысла больше говорить."
Он понимал, что если уйдет, - другие погибнут. По своей важности Гёмей был куда более ценен, чем все остальные мечники вместе взятые, но несмотря на это, он выбрал остаться и прикрыть их отступление.
Это была его ответственность как столпа, сражаться за слабых, что являлось одной из основ духа Корпуса истребителей демонов. С каждым вдохом кровь внутри него закипала, а его золотистая кожа становилась еще ярче.
Мудзан покачал головой и сделал шаг вперед, а одежда на нем разорвалась. Белые волосы, звериные глаза, кровавый рот... в мгновение ока он достиг своей полной формы.
Его скорость была призрачной, красный и белый цвета переплетались, стремительно приближаясь к Гёмею. Из-за чего тот едва мог уловить его скорость. Но несмотря на это, не колебаясь, он с серьезным выражением лица сложил руки.
"Открытие метки!" - в мгновение ока его сердце начало биться в три раза чаще, чем обычно. А на его руках появились черные узоры, стремительно распространяясь по его рукам, шее, лицу, груди и животу.
Его кожа оставалась золотистой, спокойной и строгой, но черные метки придавали ему еще более грозный вид.
Во время предыдущей битвы, после пробуждения метки другим столпом, Гёмей быстро понял, что метка представляет собой интенсивную технику, позволяющую жертвовать жизнью ради мощного всплеска силы: "Метка, золотое тело, и алый клинок... неизвестно, хватит ли этого до рассвета."
После пробуждения метки от его тела начала исходить жаркая аура, а оружие издавало звуки похожие на раскаленное железо.
В глазах Мудзана мелькнуло опасение, но его белые волосы все равно развевались, и он как молния ринулся в атаку: "За тысячу лет я встретил лишь одного, кто был сильнее тебя."