Глава 147
Обанай родился на острове Хаттё. Его семья была очень богата и уважаема, однако, по слухам, уже более трёхсот лет у них не рождались мальчики, только девочки. И хотя Обанай должен был бы быть любимчиком, с самого рождения его держали в заточении.
Мать, сёстры, младшие сестры и другие родственники каждый день приносили ему в клетку разнообразные роскошные блюда, но их лицемерные улыбки и слова всегда вызывали у него отвращение. В этих улыбках читалась злоба, и даже в своем юном возрасте Обанай ясно чувствовал её.
Когда ему исполнилось 12 лет, его вывели из клетки и привели в роскошную комнату, в центре которой находилась женщина демон, наполовину человек, наполовину змея.
Она подползла к Обанаю, с интересом разглядывая его глаза разноцветных цветов – один желтый, другой зелёный: "Пусть ещё немного подрастёт, а потом принесите его мне. Кстати, сделайте его похожим на змею."
Обанай никогда не забудет ту мучительную ночь, когда его мать держала острый нож, а сёстры удерживали его руки и ноги, улыбаясь одновременно нежно и зловеще: "Обанай, наша семья выживает благодаря этой женщие, которая убивает людей и забирает их богатства, а в качестве платы, вы мальчики, становитесь её жертвами. Не вини маму и сестёр."
Его щёку разрезали, оставив огромную рану, напоминающую змеиный рот. Из-за которой всю оставшуюся жизнь он будет носить маску, чтобы скрыть шрам, вызывающий у него стыд и напоминающий о болезненном прошлом.
Той ночью Обанай украл заколку своей сестры и день за днём долбил деревянные решётки места где его держали. Заблудшая белая змея стала его единственным другом, и он назвал её Кабурамару.
После его побега демон-змея нашла его и погналась за ним, но Шинджуро проходя мимо него заметил его, убил демона и спас Обаная. Что касается его родственников, то во время его побега, демон жестоко убила почти каждого из них.
Выжившая сестра изо всех сил кричала: "Всё из-за тебя! Разве ты не мог спокойно умереть? Из-за твоего побега их всех убили!"
На что Обанай спокойно ответил: "Да? Я знал, что мой побег может привести к вашей гибели. Но будучи членом семьи чудовищ, я и сам чудовище, и был согласен на такой исход."
Но несмотря на свои слова, его переполняло чувство вины и ненависти. По причине которого он в последствии присоединился к Корпусу истребителей демонов, убивая демонов словно машина, тем самым выпуская накопившуюся ненависть.
Только после встречи с Мицури в его сердце неожиданно пробудилось нечто тёплое... Он начал становиться более человечным, переставая быть похожим на ходячего мертвеца.
Но даже сейчас, для него понятие "родственники" ассоциируется лишь с болезненными воспоминаниями...
Когда он договорил, Гию нахмурившись произнес: "Это невозможно, истребители демонов не могут нападать на людей."
Гию внешне холодный и отчуждённый, внутри всегда был мягок. Вариант, где им придется использовать женщин и детей в качестве заложников не подходил ему.
Белая змея на шее Обаная зашипела, а сам он холодно усмехнулся: "Почему бы и нет?"
"Разве от рук Мудзана погибло недостаточно людей? Сколько истребителей погибло на твоей памяти?"
"Верно! Бесчисленное множество!"
"Неважно, два человека, две сотни или же две тысячи жизней, если взамен мы получим смерть Мудзана – это того стоит."
В этот момент среди столпов были те, кто серьёзно обдумывал предложение Обаная, и те, кто с отвращением отвергал его, считая подобный поступок подлым и недостойным.
Затем безэмоциональный парень спокойно сказал: "Если вы считаете недостойным похищать жену и ребенка Мудзана, мы можем сделать иначе: рассказать им правду и попросить помощи. Я не верю, что Мудзан рассказал им о том, кем он является на самом деле."
"Таким образом это не будет похищением, и мы избежим разногласий по этому вопросу."
Этот юноша был столпом Тумана, Токито Муичиро, который обладал изящными чертами лица и длинными чёрными волосами, распущенными по плечам. Его одежда была безупречна, а воротник застёгнут до самого конца.
Кавахиро подумал: "Это тот самый гений, о котором говорил Саконджи."
Муичиро на данный момент всего четырнадцать лет, но несмотря на это он гениальный парень, ставший столпом всего через два месяца после того, как взял клинок в руки.
Однако Кагая покачал головой: "Нет, это невозможно. Мудзан не ценит свою семью так, как вы думаете."
"Согласно записям, за последние четыреста лет он сменил множество личностей. И уже множество раз вторгался в чужие семьи подтирая им память, благодаря чему вливался в их жизнь."
"Для него это всего лишь игра, способ скоротать время. Чувства к семье - это всего лишь игра, и когда он решит сменить личность, он может без сожалений поглотить всех своих 'родственников'."
"Можно с уверенностью сказать, что Кибуцуджи Мудзан - человек холодный и бездушный, который не чувствует ничего, гонясь лишь за удовольствием и жестокостью."
Обанай опустил голову: "Вот как, значит, использовать его жену и ребенка не получится."
В зале воцарилась тишина, столпы усиленно размышляли о различных возможных способах, но ситуация с каждой секундой становилась всё более сложной. Осторожность и безжалостность Мудзана создавали множество проблем, и уменьшали количество вариантов для предстоящих действий.
Спустя некоторое время, Санеми внезапно улыбнулся и сказал: "Он бесчувственнен, голубая паучья лилия - это миф. Но что, если использовать что-то, что ему действительно нужно?"
Кагай сказал: "Похоже, у тебя есть идея, пожалуйста, поделись ею."
Санеми взглянул на свои руки, покрытые шрамами, и жестоко улыбнулся: "Моя кровь считается особой редкой кровью, и демоны мечтают заполучить её."
"Кроме того, моё тело, было закалённо и натренированно настолько, что теперь по силе не уступает некоторым Высшим Лунам. А значит, если съесть меня, это будет равноценно поеданию нескольких сотен обычных людей."
"Я лично отправлюсь в Асакусу, чтобы привлечь демонов своей кровью. Даже если Мудзан - король демонов, моя кровь определенно привлечет его, как особый вид лакомства."
"В то же время, если на меня нападут обычные демоны, то я легко убью их. И если в Асакусе не окажется Высших Лун, то думаю Мудзан лично явится за мной."
Для демонов поедание людей - способ получить новую силу. Чем больше людей съедено, тем сильнее они становятся. Но их желудок весьма ограничен, и лишь свежая кровь может усилить их тело, что делает невозможным хранение уже мертвых тел. Поэтому редкая кровь по типу крови Санеми, всегда привлекала множество демонов, и даже могла послужить причиной возникновения между ними конфликта.
Даже несмотря на личные разногласия с Санеми, Кавахиро не мог не восхититься его идеей: "Не зря он один из столпов, это и правда хорошая идея."
Предложение Санеми было эквивалентно ставке на собственную жизнь. Ведь потеряв много крови, он несомненно, ослабнет, и если Мудзан придёт за ним, то с легкостью сможет убить его.
Гёмей задумчиво сказал: "Это и правда наиболее подходящий способ. Мы заранее устроим засаду, и даже если в Асакуса появится кто-то из Высших Лун, желающий заполучить редкую кровь, мы сможем убить его."
"И будем делать так до тех пор, пока не появится сам Кибуцуджи Мудзан. Ведь настолько он вряд-ли упустит шанс отведать настолько редкой крови."