Глава 108. Подземный дворец горы Хуа, Недвижимый Владыка!
Дуань Юй поспешно открыл окно характеристик своего нового приспешника.
[Божественный Зверь Десницы Смерти]
Уровень: 52 (Масштабируется от уровня хозяина).
Здоровье: 1 000 000.
Атака: 10 000.
Физ. защита: 3 500.
Маг. защита: 3 500.
Навык: [Танец Когтей] — монстр яростно взмахивает обеими когтистыми лапами, нанося шквал ударов по области перед собой (максимум до 5 целей). Урон составляет 250% от базовой атаки с шансом вызвать эффект кровотечения (потеря 500 ед. здоровья в секунду на протяжении 10 секунд). При повышении уровня классового навыка [Призыв Божественного Зверя] , мощь самого зверя и его умений будет расти соразмерно. Время применения: 0.5 сек. Перезарядка: 1.5 сек.
Особенности: Божественный зверь имеет [Абсолютный Иммунитет] к оглушению, обездвиживанию, заморозке, замедлению и прочим эффектам контроля.
(Примечание: призывной питомец существует бесконечно долго, пока не погибнет в бою или не будет отозван хозяином).
— Целый миллион здоровья... А он неплох, потянет на настоящего мирового босса! — Глаза Дуань Юя загорелись неподдельным восторгом. Сила этого существа превзошла его самые смелые ожидания.
С чудовищной атакой в десять тысяч единиц этот зверь превращался в идеальную машину для расправы над монстрами и фарма опыта. С таким козырем в рукаве он чувствовал себя так, словно у тигра выросли крылья.
— Что ж, самое время наведаться к подножию горы Хуа и осмотреться, — довольно хмыкнув, юноша вскочил на спину Львёнка и пустил скакуна галопом.
Путь предстоял неблизкий: гора Хуа располагалась на востоке от Города Лазурного Дракона, и, чтобы добраться до её подножия, требовалось насквозь пересечь две обширные локации.
Разумеется, Дуань Юй не забыл и о своей второстепенной задаче — поисках пропавшего питомца девочки Ню-Ню. Выехав за городские ворота, он развернул карту восточных предместий в надежде увидеть метку. Каково же было его удивление, когда он действительно обнаружил нужные координаты!
Примчавшись на место, он увидел у обочины небольшую, чёрную как смоль собачонку. Над её вислоухой головой светилось два больших синих иероглифа: [Ванцай] .
— Так вот ты где прячешься! Ну всё, хвостатый, пошли домой, — усмехнулся Дуань Юй. Он спешился и потянулся, чтобы схватить пса за шкирку и отнести его Ню-Ню.
Но Ванцай проворно отскочил в сторону, оскалил зубы и разразился хриплым, совсем не собачьим лаем:
— Гав-гав-гав! Ты чё творишь, фраер? Думаешь, к Господину Псу можно вот так просто тянуть свои грязные лапы?! Ещё одно движение, и я тебе полруки отхвачу!
«Твою мать...» — опешил Дуань Юй. — «Оно разговаривает!»
Этот крохотный Ванцай оказался не просто пиксельным мобом, а настоящим разумным ёкаем. Забавно!
— Меня послала твоя маленькая хозяйка, Ню-Ню, — миролюбиво поднял руки юноша. — Она с ног сбилась, разыскивая тебя, и отказывается идти домой без своего любимца. А её мать тем временем ищет саму девочку. Если ты сейчас же не вернёшься, Ню-Ню окончательно разобьёт себе сердце.
— Эх, Ню-Ню... — В собачьих глазах мелькнула странная тоска. — Славная девчонка. Добрая, ласковая. Господин Пёс тоже к ней привязался, не буду скрывать. Но я не могу к ней вернуться.
— Это ещё почему? — изогнул бровь Дуань Юй.
— Потому что моя истинная память пробудилась, — гордо вскинул морду Ванцай. — Я не принадлежу миру смертных. Мой путь лежит к истинному господину.
— И откуда же ты такой взялся, блохастый? — не удержался от смешка юноша. Кто бы мог подумать, что в этой игре манией величия страдают не только люди, но и бродячие шавки!
— Господин Пёс — небесная гончая! А мой истинный хозяин — Бог Войны, великий полководец Эрлан-шэнь! — тявкнул Ванцай, задрав нос так высоко, что едва не опрокинулся на спину.
— Погоди... Так ты, получается, тот самый знаменитый Сяотянь-цюань? — Дуань Юй едва сдержал хохот. За всю свою жизнь он слышал немало хвастунов, но собаку с таким раздутым эго видел впервые.
— Именно! Я — Великий Господин Сяотянь, чьё имя гремит во всех Трех Мирах! — напыщенно заявил пёс.
Юноша лишь покачал головой. Будь этот «Великий Господин» в реальном мире, его бы уже давно выловили собаколовы и пустили на ароматное жаркое в ближайшей подворотне.
— Ладно, Господин Сяотянь. Так ты точно не вернёшься к Ню-Ню? — вздохнул Дуань Юй.
— Нет. Передай девчонке, чтобы забыла меня. Скоро Господин Пёс отыщет своего хозяина и вознесётся на Небеса, обретя бессмертие! — пафосно гавкнул пёс.
— Ну бывай, возносящийся. Удачного полёта, — махнул рукой Дуань Юй. Спорить с полоумной псиной не было ни времени, ни желания. Он вновь запрыгнул в седло Львёнка и продолжил свой путь к горе Хуа.
Преодолев две локации, он, наконец, остановился. Перед ним высилась колоссальная, пронзающая сами облака горная гряда. Вершина терялась где-то в туманной вышине, и, глядя на это первобытное величие, Дуань Юй невольно затаил дыхание.
У самого подножия горы Хуа его взгляд зацепился за одинокую, ветхую соломенную хижину. Спешившись, юноша с любопытством подошёл ближе.
Внутри сидел молодой человек лет двадцати. У него было бледное, но поразительно красивое лицо, источающее ауру холодного отчуждения. А над его головой парили два заветных символа: [Чэньсян] !
«Твою ж... Он прямо здесь?!» — сердце Дуань Юя радостно ёкнуло. Искать не пришлось вовсе.
— Приветствую, господин Чэньсян! — с почтительным поклоном подошёл он. — Кто бы мог подумать, что вы скрываетесь прямо здесь, у подножия горы Хуа. Я искал вас повсюду!
— Ты ещё кто такой? — Чэньсян смерил незваного гостя ледяным, колючим взглядом. В его голосе не было ни капли радушия. — И что тебе от меня нужно?
— Я искатель приключений из иного мира, — быстро, стараясь звучать максимально убедительно, начал Дуань Юй. — Древнее зло пробуждается. Водяной Демон вот-вот разорвёт свои цепи, и все Три Мира погрузятся в пучину апокалипсиса. Тайшан Лао-цзюнь предвидел это: чтобы остановить катастрофу, Восемь Бессмертных должны занять свои места. Но Семь Небожителей оказались запечатаны прямо здесь, под горой Хуа! Мне нужен ваш Топор, Разделяющий Небеса, чтобы расколоть скалу и спасти их!
Дуань Юй мысленно похвалил себя за пламенную речь. Если верить лору оригинальной легенды о Светильнике Священного Лотоса, Чэньсян был героем с большим сердцем, готовым пожертвовать собой ради всеобщего блага. Такие слова просто обязаны были пробить его на слезу.
Но лицо Чэньсяна осталось каменной маской.
— Уничтожение Трех Миров? А мне-то какое до этого дело? — холодно процедил он. — С чего бы мне тебе помогать?
Дуань Юй опешил. Как это «какое дело»?!
«Да чтобы твою мать спасти, половина Небес на уши встала!» — мысленно заорал юноша. — «Сам Победоносный Будда взял тебя в ученики! Посланник Очищения Алтаря бегал у тебя на побегушках! Твой собственный дядя, Эрлан-шэнь, пожертвовал собой! А ты теперь, видите ли, плюёшь на судьбу мироздания?! Что за черная неблагодарность?!»
— Но... Три Мира на пороге гибели! Вам ведь тоже от этого не скрыться! — нахмурившись, попытался достучаться он.
— Жизнь или смерть — всё едино, — меланхолично отрезал Чэньсян, отводя взгляд. — Десять тысяч лет назад я постиг тщетность бытия. Меня это больше не заботит.
— ...
Дуань Юй потерял дар речи. Крыть было нечем.
Но тут Чэньсян, словно смилостивившись, медленно перевёл на него глаза:
— Впрочем... шанс у тебя есть. Сделай для меня одно дело, и я, так и быть, одолжу тебе Топор, Разделяющий Небеса.
— Всё, что скажете! — мгновенно воспрял духом юноша.
В глазах Чэньсяна вспыхнула тёмная, застарелая ненависть.
— Когда-то моя мать была заточена под этой самой горой. Я расколол её, чтобы спасти матушку, но угодил в коварную ловушку Ванму и едва не сдох. Чтобы вытащить меня, мать пожертвовала собственной душой. Очнувшись, я с топором в руках прорубил себе путь в Диюй, прямо к Владыке Янь-вану, требуя вернуть её к жизни. Он отказал. Тогда я устроил в Преисподней резню... пока на моём пути не встал Недвижимый Владыка Ачаланатха.
Пальцы Чэньсяна с такой силой впились в стол, что древесина заскрипела.
— Я всем сердцем ненавижу этого двуличного ублюдка, прикрывающегося рясой святого! Говорят, пять тысяч лет назад Ачаланатха создал десять своих аватаров и отправил их в мир смертных для прохождения испытаний. И один из этих аватаров прямо сейчас скрывается в Подземном дворце горы Хуа. Отправляйся туда. Принеси мне отрубленную башку этой лицемерной твари, и Топор станет твоим.
— Аватар... Недвижимого Владыки?! — Дуань Юй нервно сглотнул.
Если память ему не изменяла, в иерархии Диюя этот самый Владыка стоял на самой вершине, возвышаясь даже над Янь-ваном. Это было божество, истинный могущественный Будда! И ему предлагают пойти и прирезать аватара бога?! Это же чистое самоубийство!
Заметив его колебания, Чэньсян презрительно скривился:
— Не обманывайся их речами о милосердии. Эти бритоголовые ублюдки — самые лживые твари в мироздании. Но если кишка тонка — проваливай и ищи другой способ расколоть гору.
«Двум смертям не бывать!»
— Я сделаю это, — Дуань Юй стиснул зубы. — Где вход в этот Подземный дворец?
— К западу от Города Лазурного Дракона, — ответил Чэньсян, возвращаясь к своему безразличному тону. — Местные зовут те руины просто Подземным дворцом, но на самом деле это древние катакомбы горы Хуа. У тебя ровно три дня. Если к тому времени башка Ачаланатхи не окажется на этом столе, я навсегда покину эти земли, и ты меня больше не найдёшь.
[Системное уведомление: Дзынь! Чэньсян поручил вам спуститься в Подземный дворец горы Хуа и уничтожить аватара Недвижимого Владыки Ачаланатхи. Отправляйтесь на пятый ярус Подземного дворца, добудьте голову аватара и принесите её Чэньсяну в обмен на Топор, Разделяющий Небеса.]