Глава 1551: «Чувства отца и дочери»
— Докладываю: если не считать небольшого отряда, оставленного в качестве гарнизона у пролома…
— …здесь, считая вашу меху, у нас осталось всего семь мех «Феникс-Страж» и сорок три солдата. — Среди этих семи машин ваша лишилась огневой мощи для дальнего боя, её боеспособность не составляет и десяти процентов от номинальной.
— …Из шести остальных у двух полностью истощен звездный щит, а корпуса получили серьезные повреждения. Они всё еще могут двигаться, но в бою немногим лучше вашей мехи.
— …У оставшихся четырех «Феникс-Стражей» щиты держатся на честном слове, считайте, их нет. Еще есть запас звездных ракет и межзвездных бомб – в общем, ресурсов и вооружения осталось меньше трети от полного боекомплекта.
— …Что касается людей, почти все из сорока трех ранены. Трое – тяжело. Жизни их вне опасности, но воевать они не могут.
— …Еще у семерых травмы разной степени тяжести, что сильно бьёт по их эффективности. Такова обстановка на данный момент.
Выслушав отчет подчиненного, Сун Кэ-кэ почувствовала, как сердце уходит в пятки. Ситуация оказалась даже сквернее, чем она предполагала.
Она посмотрела на звездную карту: их текущее местоположение и цель проникновения разделяли еще три отсека.
Но в нынешнем состоянии вести этот измотанный отряд вперед было почти невозможно.
Кэ-кэ бросила взгляд на таймер. С начала абордажной операции прошло уже почти десять минут.
Неизвестно, что творилось снаружи. Вероятно, из-за того, что они находились глубоко внутри вражеского звездолета, связь работала с перебоями; синхронизация карты территории и то давалась с огромным трудом.
— Согласно первоначальному плану, — заговорила Сун Кэ-кэ, глядя на груду взрывчатки, сложенную в углу морпехами, — на всю абордажную операцию отводится двадцать минут.
— …Как только время выйдет, вся тяжелая звездная морская пехота должна отступить. В этот момент мы дистанционно активируем все бомбы, заложенные внутри этого космического боевого корабля.
Разумеется, взрывчатка в одной этой точке ничего бы не сделала такому гиганту. Но по плану на вражеском линкоре должно было быть сто точек подрыва.
Только представьте: что произойдет, если сто зарядов детонируют одновременно? Даже если их будет не сто, а всего половина – эффект окажется сокрушительным.
И теперь перед Сун Кэ-кэ стоял выбор: отступить прямо сейчас, бросив три оставшиеся точки подрыва, за которые отвечал её отряд, или… идти дальше.
Бой в этом отсеке сильно выбил их из графика. Существовал огромный риск, что они не успеют покинуть космический боевой корабль до истечения двадцати минут.
А взрывчатке всё равно, в безопасности они или нет, – она сработает точно по часам.
Сун Кэ-кэ сделала глубокий вдох. Она посмотрела в сторону пройденного пути: чтобы вернуться к пролому и вынести всех раненых, потребуется минимум пять минут. Если идти вперед, время на отход только увеличится.
И это без учета возможных стычек с врагом. Скорее всего, если они продолжат миссию, времени на эвакуацию просто не останется. К тому же, на руках было много раненых.
Сун Кэ-кэ снова глубоко вздохнула и приняла решение.
— Машина №5 и Машина №7, у которых самые серьезные повреждения корпуса, немедленно берите тяжелораненых и отступайте к пролому.
— …Оставьте нам семьдесят процентов своего боезапаса.
— …Когда наступит время эвакуации, если мы не вернемся – не ждите нас. Уходите немедленно.
— …Всем ясно?!
Услышав это, все сразу поняли её намерение. Она собиралась идти вглубь, чтобы довести задание до конца.
— Ясно.
— Есть.
Получив приказ, два поврежденных меха тут же начали сбрасывать часть своего вооружения и боеприпасов, передавая их остальным, чтобы хоть немного повысить их боеспособность. В это же время остальные заканчивали зачистку поля боя.
Было видно, как морские пехотинцы высыпают какой-то порошок на тела погибших солдат Сяолун. Тела стремительно превращались в пыль и исчезали.
Так во флоте Легиона «Кречет» теперь поступали с павшими боевыми товарищами. Это была технология Жуков: порошок на самом деле состоял из мириад бактериальных насекомых. Активируясь, они пожирали углеродную форму жизни, а когда пища заканчивалась – мгновенно погибали.
При этом, даже если солдат был еще жив, он не чувствовал боли. Насекомые сначала выделяли галлюциногенный токсин, погружая умирающего в безболезненный сон, и только потом наступала смерть.
В условиях межзвездной войны тела погибших почти невозможно забрать с собой. А оставлять их врагу опасно: если проиграть бой, враг может использовать останки, чтобы поглумиться над Звездной Империей Совиного Дракона. История знала немало таких примеров. Именно поэтому многие командующие, терпя поражение, предпочитали взорвать флагманский корабль вместе с собой, лишь бы их тела не достались противнику.
Вскоре поле боя было очищено.
— Капитан, мы уходим. Удачи вам, — уходящие солдаты еще раз отдали честь Сун Кэ-кэ и её группе, а затем посмотрели, как те исчезают в следующем отсеке.
— Пошли, — вздохнул пилот Машины №7. Он закрепил тяжелораненых на корпусе своей мехи и начал движение к выходу.
Уходя, они, казалось, снова услышали за спиной грохот выстрелов и взрывов.
Через пять минут они добрались до пролома. Оставленный там отряд, судя по всему, тоже вступал в стычку: вокруг валялись останки нападавших. Видимо, враг направил группу зачистки.
— Почему только вы? Где капитан и остальные? — Нервно спросил в канале связи пилот одной из мех гарнизона.
— Мы попали в засаду в одном из отсеков. Бой затянулся, потери были тяжелыми, — объяснил пилот Машины №7. — Учитывая количество раненых и состояние наших машин, капитан велела нам отходить. Они остались завершать задачу.
— А? Но ведь до времени эвакуации осталось меньше пяти минут! — Воскликнул кто-то с тревогой.
Ответа не последовало. Все смотрели на голографическую схему вражеского линкора, где горели красные линии маршрутов.
Линия их отряда, замершая было на месте, снова поползла вперед. Сейчас она застыла в последнем целевом отсеке, почти соединившись с остальными маршрутами. Но времени на то, чтобы выбраться оттуда, уже катастрофически не хватало.
Факт был налицо, просто никто не хотел его признавать. Все вглядывались в темный проход, отчаянно надеясь увидеть там фигуру капитана Ли Кэ-кэ и её людей.
— Что там снаружи? — Спросила пилотесса Машины №5, пытаясь унять внутреннее давление.
Взглянув в пролом, она почувствовала, что что-то не так: битва вдали стала еще яростнее, а количество звездолетов противника, кажется, увеличилось.
Пилот Машины №9 ответил:
— Около пяти минут назад подошло подкрепление врага. Это еще один флот Легиона Короля Троллей. Всего сорок тысяч кораблей, но нашему флоту приходится несладко. Мы не можем больше здесь задерживаться. Чем дольше мы тут торчим, тем больше опасность для нашего корабля-носителя.
Пилотесса Машины №5 посмотрела вверх, на их матку.
Тяжелый межзвездный дредноут класса «Золотой Скарабей», второй корабль серии!
Сейчас на броне корпуса виднелось множество следов попаданий. В местах расположения вспомогательных орудий виднелись разрушенные орудийные башни, валил густой дым, то и дело вспыхивали взрывы.
Самое страшное повреждение, которое она заметила, было на месте электромагнитной био-рельсовой пушки. Туда, судя по всему, пришлось прямое попадание главного орудия уровня Т6 или носового орудия линкора. На месте башни зияла огромная дыра, воронка глубиной в десять с лишним метров. Соседние отсеки тоже пострадали – виднелись обломки перекрытий.
К счастью, это был квази-Т7 звездный линкор, и такие раны для него были терпимы. Но время неумолимо уходило, а от капитана не было ни следа.
— До назначенного срока осталась одна минута, — напомнил пилот Машины №9. — Из соображений безопасности мы должны отходить сейчас. Если затянем, взрывная волна от бомб может нас задеть.
— Нет! Капитан еще не вернулась! — Сквозь зубы процедила пилотесса Машины №5.
— Я знаю, о чем ты думаешь, — мрачно отозвался Девятый. — Но капитан приказала тебе вывести раненых не для того, чтобы ты тут подыхала. Ладно наши мехи – они выдержат взрыв, но что будет с морпехами, которые закреплены снаружи? Их экзоскелеты выдержат? Ты об этом подумала?!
Пилотесса Машины №5 замолчала.
— Ладно, хватит болтовни. Всем приготовиться к отходу.
В конце концов, здравый смысл победил. Пилотесса Машины №5 бросила последний взгляд в темный тоннель и молча начала запускать резервную энергию в ногах мехи. В стопах «Феникс-Стражей» были спрятаны ракетные ускорители, но они работали на внутреннем ресурсе машины. Поэтому, когда они летели сюда, использовали внешние ускорители, берегая внутренние для экстренного отхода.
— Все готовы? У врага могут остаться внешние системы обороны. Даже при отступлении не проявлять легкомыслия!
— Готовы.
— Начинаем отход.
По команде четыре мехи «Феникс-Страж», словно ракеты, оторвались от корпуса вражеского судна и устремились к «Золотому Скарабею». Поднимаясь, они увидели, как в других точках вражеского корабля так же стартуют группы тяжелой звездной морской пехоты. Это походило на одновременный запуск десятков ракет с поверхности линкора.
Оставшиеся системы ближней обороны тяжелого стратегического эсминца «Призрачный Король Ханьба» не собирались отпускать их просто так. Зенитки продолжали плеваться огнем. Улетающие бойцы были на пределе: малейшая ошибка – и снаряд системы ближней обороны собьёт тебя в шаге от спасения. Никто не хотел множить потери на самом финише.
Пилотесса Машины №5, маневрируя под огнем, продолжала отчаянно смотреть на тот самый пролом. Она так надеялась увидеть, как капитан и её люди успевают выскочить наружу. Но там было пусто. Сердце окончательно упало: неужели случилось худшее…
— Не отвлекайся, целься на посадочную орбиту! — Раздался голос в канале связи.
На корпусе «Золотого Скарабея» один за другим открывались люки – врата дома, ждущие возвращения героев. Теперь им нужно было дотянуть свои отряды до этих шлюзов прежде, чем иссякнет энергия.
Зафиксировать координаты люка. Вперед!
В этот момент по командному каналу высшего уровня прозвучало объявление:
[Внимание. До детонации всех зарядов осталось тридцать секунд. Всем подразделениям морской пехоты немедленно покинуть вражеский корабль.]
[Повторяю: до взрыва двадцать пять секунд. Немедленно покиньте зону, немедленно!]
Услышав это, многие почувствовали, как внутри всё омертвело. Пилотесса Машины №5 сжала кулаки, перед глазами стояли лица её товарищей и решительный взгляд Ли Кэ-кэ, уходящей вглубь вражеского корабля.
Её меха успешно вошла в посадочный створ. Приземление вышло жестким: корпус с грохотом рухнул на палубу посадочного отсека, так что закрепленных снаружи солдат изрядно тряхнуло. Но, по крайней мере, они были в безопасности.
В то же мгновение пилотесса увидела через камеры, как на поверхности «Призрачного Короля Ханьба» начали расцветать огненные шары. Один за другим, словно гирлянда, взрывы опоясали тушу вражеского корабля…
…
На одной из фабрик в звездной системе Сяолун старый дварф-кузнец, работавший на своем посту, внезапно выронил инструмент. Новый сварочный пистолет полетел прямо ему на ногу. Если бы он упал, травма была бы серьезной. Хотя современные технологии позволяют легко лечить такие раны, боль-то никуда не денется.
В самый последний момент чья-то рука перехватила инструмент у самого пола.
— Старик Сун, ну ты чего в последние дни? — Строго спросил стоящий рядом дварф-кузнец. — Вечно витаешь в облаках. Чуть производственную травму не схлопотал. Медицина у нас, конечно, бесплатная, любую ногу починят, если совсем в фарш не расшибся, но зачем страдать-то лишний раз? Получишь еще психологическую травму, так и на работу потом выйти не сможешь, даже с целыми ногами.
— Виноват… извини, — старик Сун наконец пришел в себя. На лбу у него выступил холодный пот.
— Тебе точно нужен перерыв. Как раз и время отдыха подошло. Пойдем, старик-брат, я составлю тебе компанию.
Старый кузнец отложил инструменты, помог Суну закончить дела, и они вышли из рабочего цеха. Первым делом они зашли в умывальную комнату, смыли рабочую грязь и переоделись в свежую одежду.
— Хорошо-то как! Каждый раз после душа как заново родился, — довольно заговорил старый кузнец. — Помнишь, раньше-то на работе и условий таких не было? Радовались, если пожрать дадут. А сейчас в Звездной Империи Совиного Дракона работаешь – чисто рай на земле. График фиксированный, еда, зарплата… Даже для детей образование предоставляют. Всё продумали.
— …И ведь никто на нас, дварфов, косо не смотрит, не задирает. Одно счастье. Император Совиный Дракон – воистину великий правитель. За такого Императора не то что работать – жизнь отдать не жалко.
Тут он заметил, что старик Сун, уже одевшись, замер и долго смотрит на свой кулон. Кузнец заглянул ему через плечо. В кулоне светилось записанное изображение – семейное фото Сунов. В самом центре стояла статная дварфийка в боевом костюме.
— Всё о младшей дочке беспокоишься? — Ворчливо заметил старый друг. — Ты ведь сам тогда хорош был: «не нравится мне, что она хочет стать пилотом боевого меха!». Взял и выставил её из дома на пять лет, знать не хотел.
— Кто это её знать не хотел?! — Тут же вскинулся старик Сун. — Жена с сыном все пять лет за Кэ-кэ присматривали, я что, по-твоему, слепой был? Откуда бы они столько денег из дома брали, если бы не я?!
Старый кузнец хитро прищурился:
— Охо-хо, так ты у нас, значит, просто ломался? Ну и характер у тебя, упрямый как осел. Какая у отца с дочерью может быть вражда навек? К тому же, гляди, как девка тебя прославила! Сейчас она пилот боевого меха, во флоте Легиона «Кречет» на хорошем счету, я слышал, уже до звания бригадного генерала дослужилась!
— …Вот это я понимаю – успех. Нас, дварфов, в империи хоть и ценят, но всё больше по промышленной части. Тех, кто награду за воинское звание получил, по пальцам пересчитать можно. Штук десять на всю империю, не больше. Бригадный генерал… Эх, если бы мой обалдуй мне орден бригадного генерала притащил, я бы, наверное, и во сне от счастья улыбался.
Выслушав подначки друга, старик Сун огрызнулся:
— Задним умом вы все крепки. Спросите себя: если бы ваши дети захотели пойти в пилоты мехов, вы бы обрадовались?
Старый кузнец только хмыкнул и не ответил. Оба они прекрасно знали ответ. Сейчас-то они все завидовали Суну, но случись такое в их семьях – вели бы они себя ничуть не лучше старого Суна. Ведь для дварфа бросить исконное ремесло и уйти в пилоты – это чистой воды бунтарство и безумие.
— Ну, что было, то прошло, — примирительно сказал кузнец. — Главное, что сейчас всё наладилось. Вы ведь с Кэ-кэ помирились, она вон в отпуск к тебе приезжала. Все свои медали и ордена на тебя надевала, помнишь? Чего теперь-то дергаться?
— …К тому же, у нашей Звездной Империи Совиного Дракона есть технология воскрешения. У всех, кто на первой линии во флоте служит, есть такое право. Даже если дочка твоя на поле боя погибнет – её воскресят. Так что не о чем тут переживать.
— Легко тебе говорить, — буркнул Сун. — Ты знаешь, сколько Кэ-кэ пахала, чтобы до этого дойти? Видел бы ты её руки – все в мозолях. А шрамов сколько? На передовой ведь ранят постоянно. Подлечить-то подлечат, но… боль-то настоящая.
— …Она ведь с детства боли боялась. А каково это – умирать… Кэ-кэ… как же она это всё терпит-то…
Сун сжал кулон так крепко, что пальцы побелели. Голос его задрожал, а глаза подозрительно покраснели.
Старый кузнец перестал подшучивать. Он просто положил руку другу на плечо:
— Кэ-кэ отличная девчонка. Она под счастливой звездой родилась, ничего с ней не случится. Ты о себе лучше подумай. Если она узнает, что ты тут сам не свой, как ей на фронте спокойно воевать? Пошли лучше поедим. Я тебя сегодня, считай, от увечья спас, так что с тебя причитается!
— Ах ты старина! Только бы пожрать тебе! — Шмыгнул носом Сун, но пошел следом.