Глава 1244: «Можно ли воевать одним языком?»
Под предводительством младшего лейтенанта Чжана Чжао Чэнь подошел к полностью подготовленному звездному истребителю.
Так как раньше Чжао Чэнь пилотировал наземные истребители, ему первым делом требовалось освоить управление космической машиной. Хотя оба типа судов назывались истребителями, в их характеристиках и принципах пилотирования было немало различий. К тому же иная обстановка на поле боя диктовала свои правила безопасности.
Младший лейтенант Чжан, словно заправский инструктор, лично объяснял Чжао Чэню все тонкости управления этой моделью.
Все это время Чжао Чэнь, чтобы не выглядеть слишком уж гениальным, старательно делал вид, что глубоко задумывается, и намеренно совершал мелкие ошибки.
Так пролетело пять часов.
— Прости, брат Да Ань. Кажется, я немного тугодум, — со смущенной улыбкой произнес Чжао Чэнь.
Но младший лейтенант Чжан лишь хлопнул его по плечу и показал большой палец:
— Тугодум? Ты шутишь? Тебе хватило всего пяти часов, чтобы получить контроль над большинством систем и усвоить почти все знания о пилотировании. Это невероятно! Да, у тебя была база наземного истребителя, и раньше к нам уже приходили такие после переквалификации. Но чтобы достичь такой степени понимания, им требовалось как минимум три-пять дней!
Чжао Чэнь замер на мгновение.
Он и не предполагал, что даже при таком низком профиле и намеренных ошибках он все равно будет выглядеть в чужих глазах настолько блестяще.
— На сегодня закончим. Вернешься к себе – хорошенько все повтори. Завтра я назначу тебе курс имитации боя. Судя по твоей скорости обучения, думаю, дня через три ты уже сможешь вступить в строй нашего отряда и участвовать в совместных боевых действиях.
Младший лейтенант продолжал:
— Не зря ты так отлично проявил себя в прошлых боях, что тебя заметил сам генерал. Среди всех, кого я обучал, ты – талантливый человек номер один.
Слушая похвалы младшего лейтенанта Чжана, Чжао Чэнь даже почувствовал неловкость. Характер у этого офицера был действительно золотой: он относился к подчиненным по-простому, без тени высокомерия.
— Пошли, пошли, сейчас как раз время обеда. Сегодня я угощаю, — младший лейтенант приобнял Чжао Чэня за плечо, будто они были лучшими друзьями много лет.
Чжао Чэнь лишь глуповато хихикал в ответ.
Но в такой душевной атмосфере всегда найдется кто-то, кто решит испортить настроение.
— Ой-ой, талант? Талантливый человек номер один? — Раздался знакомый голос. — Младший лейтенант Чжан, не слишком ли громкая оценка? Прошло всего полдня, и этот тип уже стал в твоих глазах гением? А мы тогда кто?
Из-за угла вышел давешний прапорщик Цзинь, а за ним следовало несколько молодых людей. Звания у них были пониже – старшины да старшие сержанты. Очевидно, его подчиненные.
— Цзинь, не ищи на свою голову проблем, — младший лейтенант Чжан начал закипать.
Этот парень сегодня так и лез на рожон. Каким бы добрым ни был характер Чжана, он не собирался позволять вытирать о себя ноги.
— Да я просто хотел взглянуть на «великого гения», присланного к нам на корабль-носитель. Раз уж он такой талант, надо же его показать всем, верно? — Прапорщик Цзинь скрестил руки на груди, вызывающе улыбаясь.
Тут же подали голос и его люди. Будучи всего лишь офицерами сержантского состава, они не смели нападать на младшего лейтенанта Чжана, поэтому их целью стал Чжао Чэнь – такой же старшина, как и они сами.
К тому же они слышали, что этот выскочка – выходец из наземных истребителей, который совсем недавно был сержантом. Ишь ты, провел один бой на своей жестянке и сразу прыгнул через две ступени, став старшиной! Для этих мелочных людей такое было невыносимо. Как мог какой-то презираемый ими наземный пилот забраться им на голову? Это же прямое оскорбление!
— Покажите нам гения!
— Так вот он какой. На вид – ничего особенного. Он хоть раз сидел в кабине звездного истребителя?
— Он же из наземных, откуда ему знать, что это такое.
— Небось, даже в космос ни разу не выходил, только в небе над планетой и кружил.
— Завидую я им. Им не нужно мотаться повсюду, как нам, сидят себе на одном месте днями напролет. Не то что у нас: на всем звездолете бабу нормальную не найти.
— Слышь, браток, а там, где ты раньше гарнизоном стоял, женщин много было?
— Еще бы! На базах у этих наземников баб полно. Некоторые даже жен своих в поселениях рядом селят. Я как-то встречал парочку… до чего ж сочные были… а-а-а…
— Эй, ты чего? Откуда ты знаешь, насколько «сочные» жены у наших наземных братьев?
— А я что? Я не виноват. Когда мы в прошлый раз заходили в порт на отдых, стоило мне только козырнуть своим званием, как эти девки сами на меня вешались.
Глядя на эти рожи, было ясно: они намеренно провоцируют Чжао Чэня.
Их главным оружием стало его прошлое в наземных войсках. Любой обычный пилот наземного истребителя на его месте уже полез бы в драку от ярости. Подобные истории действительно случались и даже попадали в светские хроники. Обычно все заканчивалось тем, что пилот звездного истребителя получал выговор, а семьи наземных пилотов оказывались разрушены. Поэтому такие нападки всегда били в цель.
Но Чжао Чэнь был другим.
Тело, в котором он находился, действительно принадлежало выходцу из наземных войск, но в его собственном сознании и те, и другие были одинаковы – просто управляли разным оружием. Эти слова не задевали его глубоко.
Прошло несколько секунд молчания. Чжао Чэнь почувствовал на себе взгляды окружающих и сообразил: «Минутку. Нормальная реакция – это разозлиться. Но если я сейчас начну прыгать от ярости, это будет выглядеть странно».
Немного подумав, он ледяным взглядом окинул крикливых офицеров, а затем повернулся к младшему лейтенанту Чжану:
— Младший лейтенант. У меня вопрос. Пилотировать звездный истребитель можно и при помощи языка? Ах да. У прапорщика Цзиня язык работает очень активно. Значит ли это, что он великий пилот? А у его «языковой работы» есть какие-нибудь боевые результаты?
Чжао Чэнь говорил ровным, обыденным тоном, будто обсуждал погоду.
В таких провокациях чем спокойнее тон, тем сильнее эффект.
— Ты на что намекаешь, щенок!
— Мелкий наглец! Только звание получил и уже нос задрал?
— Гений, значит? А ну, выйди, померяемся силами! Я тебя так разделаю, что ты папой меня звать будешь!
— Подумаешь, везучий наземный пилот. Здесь космос, а не твоя зачуханная поверхность!
Чжао Чэнь смотрел на их беснующуюся толпу, не меняясь в лице. Лишь уголки его губ слегка приподнялись, и он издал короткий, полный презрения смешок:
— Хе.
Это стало последней каплей. Противники, размахивая кулаками, бросились вперед, желая проучить новичка.
— Хотите тронуть моего человека? — Младший лейтенант Чжан встал перед Чжао Чэнем, одарив нападавших холодным взглядом.
— Старина Чжан, — подал голос прапорщик Цзинь. — Нам не стоит вмешиваться в дела подчиненных.
Смысл был ясен: пусть рядовые разбираются с рядовыми, а офицерам лезть не гоже. Но младший лейтенант Чжан проигнорировал его слова, не сводя глаз с Цзиня:
— Что ты задумал, я и без тебя знаю. Пока я здесь, даже не надейся! Если такой смелый – давай мы с тобой померяемся силами.
С этими словами Чжан начал засучивать рукава. Цзинь лишь усмехнулся:
— По правилам корабля-носителя, частные драки – это нарушение дисциплины.
— Надо же, ты об этом вспомнил, — хмыкнул младший лейтенант Чжан.
— Но этот твой новичок оскорбил нас, своих старших, — прапорщик Цзинь снова посмотрел на Чжао Чэня. — Так что просто так это не закончится. Пусть извинится перед каждым из моих людей. И тогда я, так и быть, решу вопрос миром.
«Этот парень прямо-таки жаждет проблем», – подумал Чжао Чэнь. Его лицо постепенно становилось суровым. Он не хотел затевать ссоры в этой незнакомой вселенной, но если кто-то настойчиво ищет смерти, у Чжао Чэня найдется тысяча способов сделать так, чтобы человек исчез незаметно.
Младший лейтенант Чжан снова хотел вступиться, но Цзинь опередил его:
— Если младший лейтенант Чжан так настаивает, я, конечно, уважу ваше слово. Но сами знаете, подчиненные бывают упрямыми, характер у всех разный, не всегда уследишь. Этому парню еще служить на нашем авианосце, мы часто будем видеться. Неужели вы собираетесь каждый раз стоять у него за спиной?
Угроза была явной. Цзинь недвусмысленно давал понять: «Можешь защищать своего подопечного сколько влезет, но ты не сможешь быть рядом с ним каждую секунду».
Младший лейтенант Чжан пришел в ярость. Он ткнул пальцем в сторону Цзиня:
— Ты мне угрожаешь, Цзинь? Меньше всего на свете я боюсь угроз. Раз хочешь побить моего человека – сначала я побью тебя.
Выпад Чжана был стремительным. Кулак в мгновение ока достиг лица прапорщика Цзиня. Тот отлетел назад и тяжело рухнул на пол. Младший лейтенант Чжан удивленно посмотрел на свою руку – он явно не ожидал, что удар выйдет настолько мощным.
Люди Цзиня тут же окружили Чжана, требуя ответа за нападение на их начальника. Стоящий позади Чжао Чэнь внезапно все понял: прапорщик Цзинь намеренно шел на конфликт. Все эти провокации в адрес новичка были затеяны лишь для того, чтобы вывести из себя младшего лейтенанта Чжана. Цзинь знал его вспыльчивый нрав – нападать первым самому опасно, а вот спровоцировать Чжана на удар – милое дело. Чжао Чэнь, будучи новобранцем, стал идеальным детонатором. На таких огромных кораблях солдаты порой исчезают бесследно, и наверху на это часто закрывают глаза.
«Надо же, – с досадой подумал Чжао Чэнь, – моя способность притягивать неприятности работает в любой вселенной».
Шум потасовки начал привлекать внимание. Пилоты Пятого летного отряда, прознав, что их заместителя командира ударили, поспешили на подмогу. Тут же подтянулись и люди из Третьего отряда. Старые обиды вспыхнули с новой силой – обе стороны замерли в напряжении, готовые вот-вот сойтись в массовой драке.
— Что здесь происходит!
От громового окрика все разом затихли. Из толпы вышел человек, которого Чжао Чэнь уже видел – тот самый майор, что принимал его на корабль-носитель. Он шел к ним с ледяным лицом.
Чжао Чэнь прищурился. Появление этого офицера именно сейчас не могло быть случайностью. Он заметил, как поверженный прапорщик Цзинь поднялся на ноги, и на его губах на миг промелькнула торжествующая улыбка, прежде чем он подбежал к майору и принялся жалобно живописать свои страдания.
Младший лейтенант Чжан, в отличие от хитрого оппонента, в «языковом мастерстве» был не силен: его лицо раскраснелось от гнева и бессилия.
— Драка! Устроили потасовку прямо на корабле! — Майор не стал разбираться, кто прав, а кто виноват, и принялся орать на всех разом. Затем он рявкнул:
— Где командиры Третьего и Пятого летных отрядов!
— Здесь! — Почти одновременно отозвались два голоса. Такие события не могли пройти мимо них.
— Командир Третьего летного отряда Цао Чжэньлун прибыл! — Вперед вышел здоровяк, который походил скорее на бойца звездной морской пехоты, чем на пилота.
— Командир Пятого летного отряда Ли Цзянь прибыл! — Второй офицер оказался заметно стройнее своего коллеги.
Чжао Чэнь отметил, что оба носят звание старшего лейтенанта. Если он не ошибался, над ними должен стоять командир эскадрильи – офицер в звании майора, который руководит всей авиагруппой с мостика и сам в кабину истребителя обычно не садится. Но это точно был не этот майор.
Похоже, на одном этом авианосце интриг было выше крыши.
— Цао Чжэньлун, как ты управляешь своими людьми? — Напустился майор на командира Третьего отряда. — Это ангар, место подготовки к войне, а не бойцовский клуб!
Чжао Чэнь молча наблюдал за этим спектаклем. Командир Цао Чжэньлун стоял навытяжку и сносил выговор, не проронив ни слова.
— Майор У, какой ветер занес вас к нам? — Раздался новый голос. Из тени вышел мужчина лет сорока пяти – пятидесяти с зажженной сигаретой в зубах.
Майор У, увидев прибывшего, мгновенно сменил гнев на вежливую улыбку:
— О, я просто переживал, что вы в силу почтенного возраста можете не уследить за всем хозяйством. Вот и решил заглянуть. И как видите, не зря! Такое нельзя оставлять без внимания. Если у вас не хватает сил на дисциплину, я могу взять это на себя.
Чжао Чэнь перевел взгляд на новоприбывшего – судя по всему, это и был командир эскадрильи. Его воинское звание, вопреки ожиданиям, оказалось выше, чем у майора – перед ними стоял подполковник. Теперь ситуация стала окончательно ясна: это было столкновение старой гвардии и новой власти.